Вроде бы напрашивается байка об идеальном самозванце, том самом хрестоматийном «парне, который пришел на прослушивание за компанию и победил», однако перед нами — как упоминается в одной из сцен — empty vessel (пустой сосуд), только украшенный барельефом Клуни.