Кажется, у редакции Кинопоиска появилась небольшая традиция — каждый год отправлять в Канны человека, который там до этого не был. В 2025-м на фестивале впервые побывал редактор видео и подкастов Даулет Жанайдаров, а в 2026-м до Круазетт долетел руководитель зарубежного направления медиа Марат Шабаев. Свои впечатления и наблюдения он описывает в небольшом дневнике.
День 1
Утро начинается не с кофе, а Канны начинаются отнюдь не 12 мая. На самом деле фестиваль стартует аж за четыре дня до официального открытия — именно тогда открывается онлайн-бронь на первые сеансы. 8 мая можно бронировать показы 12 мая, 9 мая — 13-го, и так далее до самого конца Канн. Бронь открывается каждый день в 9 утра по французскому времени, а во время фестиваля — еще на два часа раньше.
Билеты разлетаются за секунды. Недавно завирусился пост французской журналистки, которая засмотрелась на спящего пса, опоздала на 40 секунд и осталась с носом. В целом ничего страшного в том, что вам не достались билеты, нет. Во-первых, существуют повторные сеансы, конкурсные фильмы показывают несколько раз. Во-вторых, некоторые билеты появляются позже — например, забронировавшие их люди сдают их обратно в электронную кассу. В-третьих, никто не отменял живую очередь. Другое дело, что все это здорово портит долгосрочное планирование: дерни за нитку — и тщательно спланированное расписание разойдется по швам.
***
Первый день, вероятно, самый скучный, потому что преимущественно уходит на дорогу до Круазетт. Рейс Петербург — Стамбул, Стамбул — Ницца, автобус Ницца — Канны. Добраться до квартиры, которую снимаю я в складчину с коллегами из других изданий. Принять душ. Забрать аккредитацию. Посмотреть церемонию открытия и первый фильм — внеконкурсную «Электрическую Венеру», необязательную французскую мелодраму про любовь и экстрасенсорную аферу.
День 2
День второй, а если по-честному, то первый. Именно сегодня начинаются конкурсные показы и стартует полноценный фестивальный загруз (минимум три фильма в сутки). «Двухнедельник режиссеров», самая синефильская программа смотра, открывается «Вареньем из бабочек» Кантемира Балагова. Говорят, что после показа режиссер быстро покинет Канны: то ли он остался недоволен сдержанными первыми рецензиями, то ли расстроился из-за финального монтажа ленты, над которым работали продюсеры.
Фильм действительно скорее не удался (см. рецензию коллеги Станислава Зельвенского), зато случилась покупка дня — потрясающий зеленый шопер «Двухнедельника режиссеров», созданный в сотрудничестве с онлайн-кинотеатром Mubi. Буду носить его следующие две недели.
***
Первые звезды — Джиллиан Андерсон и Ханна Айнбиндер вместе с режиссером Джейн Шёнбрун — поднимаются на сцену «Дебюсси» (второй по величине зал во Дворце фестивалей), чтобы представить хоррор «Подростковый секс и смерть в лагере „Миазма“» из программы «Особый взгляд».
Но гвоздем программы становится полуночный показ «Форсажа» в «Люмьере», главном и самом большом зале Дворца (2300 посадочных мест; для сравнения: в первом зале московского «Октября» — 1500). Гоночному блокбастеру стукнуло 25 лет, поэтому Канны решили отметить юбилей и пригласили Вина Дизеля, Мишель Родригез, Джордану Брюстер и Медоу Уокер, дочь покойного Пола Уокера.
Показ задерживается на час (!), потому что Дизель решает сделать селфи с каждым фанатом; очередь заранее выстроилась у красной дорожки. Все это дико напоминает известную гифку с грузовиком, который никак не может врезаться в столб. Вин позирует, бегает туда-обратно, раздает автографы, подставляет фотографам широкую спину — на пиджаке стразами выложено «Fast Forever», название финального фильма серии, который выйдет в 2028-м. Из-за чудовищной задержки приходится покинуть показ на середине, иначе завтра придется клевать носом на конкурсных показах.
День 3
Первый настоящий полуночный показ (не просто по времени, как «Форсаж», а из секции Midnight, куда попадают жанровые внеконкурсные фильмы) — французский боди-хоррор «Кровь». Про саму ленту сказать особо нечего, но реакция аудитории во время Midnight и конкретно в «Люмьере» очень заряжает. Каннские зрители очень живо реагируют на все заставки компаний перед фильмом, всегда воодушевленно свистят, скажем, когда появляется логотип Neon, и активно забукивают Canal+. Оказывается, незадолго до начала фестиваля 600 французских кинематографистов подписали петицию против главы медиагруппы Венсана Боллоре, который известен своими консервативными взглядами. В ответ Боллоре пригрозил добавить всех подписантов в черные списки. Учитывая, что Canal+ поддерживает едва ли не каждый первый французский фильм, звуки неодобрения будут звучать до самого конца фестиваля.
День 4
Мой первый круглый стол в Каннах — на террасе отеля JW Marriott. Отсюда открывается дивный вид на нежно-лазурный залив и умопомрачительные яхты (кажется, одна из самых роскошных принадлежит Джеффу Безосу). На таком фоне проходит разговор с Венсаном Касселем по случаю премьеры «Параллельных историй» Асгара Фархади в основном конкурсе. Кассель оказывается очень милым собеседником и рассказывает в том числе немного про работу с Майком Уайтом, который снимает четвертый сезон «Белого лотоса» как раз в Каннах (группу заметят коллеги через несколько дней после финала фестиваля). Интервью ждите к выходу фильма в российский прокат.
***
Вечером еще один звездный момент. В зале «Дебюсси» — внеконкурсная премьера режиссерского дебюта Джона Траволты. «Пропеллер: Ночной рейс в один конец» — безделушка, экранизация собственного рассказа о первых впечатлениях от авиации середины ХХ века. Но не самим фильмом славен этот показ, а тем, что президент фестиваля Тьерри Фремо неожиданно награждает почетной «веткой» актера «Криминального чтива», надевшего кокетливый белый берет. Редкая возможность присутствовать в историческом моменте. Еще две почетные «ветки» вручили Питеру Джексону на открытии и Барбре Стрейзанд на закрытии (она не приехала), но это были награды ожидаемые, объявленные заранее.
День 5
Утренний сеанс «Внезапно» Рюсукэ Хамагути (вы можете помнить режиссера по фильму «Сядь за руль моей машины») — в «Люмьере». Сосед за четыре минуты до начала, когда еще не погас свет, уже распаковал пачку сухариков и начал задорно хрустеть. Кажется, в восемь часов утра на ограничения всем наплевать: есть в залах строго-настрого запрещено, равно как и проносить на показы еду. Мало ли, захотите закидать тухлыми помидорами Николаса Виндинга Рефна. Напитки проносить можно, но с нюансами — банки с газировкой у меня неизменно отбирали, а вот на многоразовую бутылку с водой никто ни разу не посмотрел косо. При этом запакованную еду (например, орешки) еще могут разрешить, а вот что-то открытое (круассан из пекарни неподалеку) отберут точно.
***
Питание во время фестиваля — болезненный момент для журналистов. Рядом полно дорогих ресторанов, а поесть быстро и бюджетно можно разве что в «Макдоналдсе». Впрочем, взять бургер с собой, присесть у фонтана с видом на Дворец (берегитесь наглых чаек и голубей!) — это особый шик, то самое смешение высокого и низкого.
С напитками никаких проблем нет. В пресс-комнате и на террасе для журналистов безлимитно наливают кофе, а еще раздают баночки с соком и газировкой. Говорят, что раньше еще угощали розе, но эти времена остались в прошлом.
День 6
Впервые посетила мысль, что можно пойти на «Мандалорца и Грогу» вместо очередного фильма о проблемах европейских буржуа.
День 7
Фестиваль перевалил за экватор, и это ощущается по количеству кашляющих людей в зале. Это в целом понятно: кондиционеры безбожно шпарят по ногам во время просмотра, на улице беспощадное солнце, но при этом вечером на Круазетт очень зябко и дует ощутимый ветер. Я вспоминаю Берлинале-2020, после которого мир погрузился в ковидный липкий кошмар. Румынский режиссер Раду Жуде как раз пошутил на премьере своего фильма «Дневник горничной», что инкубационный период хантавируса — несколько недель, и предупредил, что ничего хорошего ждать не стоит.
Примерно в это время я и заболеваю, до конца фестиваля (и несколько дней после) буду кашлять и хрипеть, но спокойно переношу болезнь на ногах. К счастью, обошлось без температуры.
День 8
Самый сладкий день в Каннах — за четыре дня до финала фестиваля. Почему? Все просто, это последнее утро, когда зрители вынуждены вставать в семь часов, чтобы забронировать билеты. А значит, в следующие дни продолжительность сна качественно вырастет! Сон — тема не менее болезненная, чем еда. Некоторые полуночные сеансы заканчиваются в половине третьего (это если начинаются без задержек), а первые утренние могут стоять уже в половине девятого. Приоритеты каждый расставляет для себя сам. Кто-то снимает квартиру в пяти минутах ходьбы от Дворца, но это очень больно бьет по карману. Я же, например, просто решаю не ходить на полуночные сеансы. Если надо, то можно всегда поймать утренний повтор, хотя это намного менее атмосферный опыт.
***
Вечером — премьера «Минотавра». Многие заранее прочили фильму «Золотую ветвь», даже не посмотрев его (конкурс был не самым сильным, а Звягинцева в Каннах очень любят). Неожиданно увидел Ксению Собчак на красной дорожке — начинаю подозревать, что у меня все же поднялась температура. После сеанса весь «Люмьер» 10 минут аплодирует режиссеру и актерам, у многих в глазах стоят слезы. Еще один исторический момент в копилку воспоминаний.
День 9
Русский след в Каннах повсюду. Мамы с детьми в общественном транспорте. Магазин постсоветских продуктов с гречкой и российским пивом. Песни под гитару на набережной. Адской громкости шансон из тачки, припаркованной у супермаркета. Русская речь льется отовсюду; невозможно записать голосовое сообщение, не заметив пару любопытных ушей, которые поворачиваются в твою сторону. В такие моменты задумываешься, не переместился ли сюда фестиваль «Маяк» в полном составе.
День 10
Вчера в Каннах был замечен Кевин Спейси. Прошелся по красной ковровой дорожке фильма про Францию времен Виши «Наше спасение». Погулял по дворцу. Счастливая пенсия во время отмены. К слову, пройтись по красной дорожке не очень трудно. Вообще, в «Люмьер» можно попасть только по ней (журналистов обычно пускают сбоку и ближе к лестнице). Я прошелся полноценно три раза: один получился совершенно случайно, два — вполне намеренно, для красивых фотографий с дорожки. Но сделать это получается только днем — вечером дорожку оккупируют дамы в роскошных платьях, которые пришли покрасоваться и убежать с фильма через 10 минут.
День 11
Итоги фестиваля: 36 просмотренных фильмов и несколько написанных текстов. Познакомился со многим коллегами (например, впервые увидел Зельвенского не в окошке видеоконференции), подружился с молодыми критиками из канала «каннские псы», съел всего два круассана (почти что преступление) и выпил ноль бокалов розе. Впечатлений хватит на многие месяцы вперед. Ощущение того, что мне удалось посмотреть новые фильмы Мунджиу, Хамагути и Жуде одним из первых в мире, стоит очень многого (больше, чем полторы сотни тысяч, потраченных на визу, билеты, жилье и еду).
День 12
Хочется домой и смотреть финальный сезон «Пацанов». Еще один рывок — последний конкурсный фильм, марш-бросок по сувенирным лавкам, церемония закрытия. Автобус, два самолета, такси — и я снова в Петербурге. С легкой душой снимаю с шеи бейдж и надеюсь когда-нибудь еще раз надеть похожий.
Фото: Геннадий Авраменко