Дензел Вашингтон: «Если у тебя дар убивать, не использовать его грешновато»

Обсудить0

Звезда обоих «Великих уравнителей» — о безусловных добродетелях своего героя — киллера МакКолла и о своем грядущем телепроекте с интересным названием.

В прокате — «Великий уравнитель 2» про бывшего разведчика Роберта МакКола (Дензел Вашингтон), ставшего машиной по установлению справедливости (в первом части счет мертвых злодеев шел на десятки). В новом фильме МакКол, завязавший было с любимой кровавой работой, возвращается в зону комфорта. КиноПоиск побеседовал с Вашингтоном о киногении насилия, о том, как важно помогать людям, и о литературе.

— Это уже ваш четвертый фильм с Антуаном Фукуа (после «Тренировочного дня», «Великолепной семерки» и первого «Великого уравнителя»). Вы, наверное, друг друга без слов понимаете?

— Конечно, зачем разговаривать? Только силы тратить. Мы просто переглядываемся и тут же конструируем сложный диалог друг с другом. (Хохочет.) У меня такие же отношения были с покойным Тони Скоттом, с которым мы вместе сделали пять фильмов. Да и со Спайком Ли такие же! И с Эдом Цвиком! Все они мои близкие друзья, которым я не глядя доверю свою жизнь.

Дензел Вашингтон и Антуан Фукуа на съемках фильма «Великолепная семерка»Дензел Вашингтон и Антуан Фукуа на съемках фильма «Великолепная семерка»

— При этом «Великий уравнитель 2» — ваш первый сиквел. Почему вы никогда не соглашались на сиквелы, а сейчас решили, что можно и попробовать?

— Да просто мой персонаж обычно не доживал до финальных титров! Мы, кстати, долго думали над сиквелом к «Коду доступа „Кейптаун“», размышляли, как бы вернуть моего героя к жизни. Поняли, что никак, и решили, что лучше будет снять приквел. А потом все заглохло, и я даже не знаю, что случилось с тем проектом.

Здесь же студия хотела сделать сиквел из-за успеха в прокате, что логично. А потом я прочел сценарий и подумал: «Ну ничего себе! Это же полностью другой мир!» Ощущение такое, будто это и не сиквел вовсе, а новый фильм, хотя и в том же жанре. Теперь мой герой МакКолл работает водителем и по-отечески дружит с соседом Майлзом. Вот именно эта динамика — его отношения с талантливым оборванцем с района — меня и заинтересовала в проекте больше всего.

«Великий уравнитель 2»«Великий уравнитель 2»

— Наверное, это очень странный опыт для вас, когда приходится доставать персонажа с антресолей, смахивать пыль и снова примерять на себя?

— Да, но так как это совершенно другая история, то и персонаж другой. Он сильно изменился. Когда мы с ним расстались в предыдущем фильме, он совсем не умел строить отношения с людьми, всех сторонился, вел жизнь затворника-одиночки. А когда мы к нему возвращаемся, он шофер, постоянно работает с незнакомцами и не чувствует себя при этом неловко. Так что, он излечился? Что с ним стало-то? Что произошло за эти четыре года?

— Ваш герой находит литературные аллюзии в своей жизни: видит себя в «Старике и море», в «Человеке-невидимке». Те книги, которые он читал, помогли ему измениться?

— Думаю, да. Я как-то обедал с Райаном Куглером, мы обсуждали с ним другие проекты. А потом он упомянул книгу «Между миром и мной» и сказал, что собирается встречаться с ее автором Та-Нехиси Коутсом. Я не читал книгу, не знал вообще, о чем она, но заинтересовался описанием Райана этой «истории взросления черного парня в белой Америке». Тут же ее купил и проглотил за один вечер. Я подумал: раз уж мой персонаж читает постоянно, почему бы ему не почитать эту книгу? А заодно почему бы ему не дать эту книгу своему юному подопечному, чтобы тот научился уму-разуму?

«Великий уравнитель 2»«Великий уравнитель 2»

— Если бы вы были книгой, то что бы это была за книга?

— Я был бы «Сиддхартхой» Германа Гессе.

— Как реагируете на фанатов, которые высказывают свое мнение о вашей работе? Смиренно, как Будда?

— Знаете, у нас есть консьерж в здании, где мы живем в Нью-Йорке. Отличный парень, любит поговорить и постоянно со мной обсуждает все мои фильмы. Каждый наш разговор, как правило, заканчивается так: «Когда вы уже снимете нового „Уравнителя“?» А я ему говорю: «Вот же ты пристал со своим „Уравнителем“! Мы „Ограды“ недавно снимали — ты смотрел?» А он такой: «Ну да, хорошее кино, сойдет, но „Уравнитель“ — совсем другой уровень!» Что подтверждает еще одну мысль, которую я почерпнул в реальной жизни. Когда я снялся в «Кличе свободы», очень серьезном фильме про Стивена Бико, один мой друг, доктор-реаниматолог, сказал: «Я не хожу в кино, чтобы смотреть истории о жизни и смерти. Моя работа — одна сплошная такая история. Я хожу в кино, как раз чтобы от этого сбежать».

«Клич свободы»«Клич свободы»

В тот момент я понял, что даже если история важна для меня, то это не значит, что она важна еще для кого-нибудь. Но я рад, что у меня хватает сил и желания и на душераздирающие драмы, и на развлекательное кино, и на «Ограды», и на «Уравнителей».

— Ну, «Уравнителей» тоже не назовешь образцом жизнерадостности. Там хватает насилия. Вы, как продюсер, пытались как-то сдерживать потоки кровищи на экране, чтобы все это не становилось слишком уж натуралистичным?

— Не то чтобы тут было необходимо сдерживаться. Насилия в фильме в меру, и оно вполне оправданно. А главное, оно очень изобретательное, а потому как раз и развлекательное. Мы же там совершенно дикое оружие используем! Кредитные карты, например. Кредитные, еще раз повторю, карты! Но, по-моему, это круто, и это все диктуется режиссерским стилем, который у Антуана очень узнаваемый.

— По словам Фукуа, для МакКолла «насилие — это зона комфорта». Немного мрачновато, нет? Почему мы должны сопереживать такому человеку?

— У всех есть свои таланты. Все хотят выиграть войну, но не все хотят на ней сражаться. Мы хотим быть защищенными, но мы не хотим знать, какой ценой нам это достается. МакКолл — один из тех, кто готов влезть по локоть в кровищу.

«Великий уравнитель 2»«Великий уравнитель 2»

— А вы верите в такое понятие, как «оправданное преступление»?

— А по-вашему, то, что он делает, — это преступление?

— Ну, он убивает людей.

— Но людей иногда убивают как раз за их преступления, приговаривая их к смертной казни. Вряд ли бы вышло очень киногенично, если бы он просто всех отлавливал, сдавал властям, а те бы вершили над преступниками суд и выносили приговор. Скукота, я заснул два раза, пока произносил это предложение! (Хохочет на весь отель.)

Смотрите, МакКолл наделен определенным набором навыков. Он пообещал своей жене, что никогда не будет больше заниматься такими вещами. Но в этом он находит умиротворение. Это его дар — убивать. Или суперспособность, как говорит нынешняя молодежь. А если у тебя есть дар, не использовать его грешновато.

— Про вас говорят, что вы и сам как МакКолл — любите помогать другим.

— Ну, я стараюсь помогать всем, когда могу. Иногда деньгами, иногда советом, иногда просто поддерживаю морально. Мне нравится, когда симпатичные мне люди добиваются успеха в том, что делают. Поэтому для меня в этом фильме настолько важной была сюжетная линия отношений между моим героем и его юным соседом. МакКолл берет на себя роль ментора, а это приятная и полезная миссия.

«Великий уравнитель 2»«Великий уравнитель 2»

— Вы и в реальной жизни с менторской миссией, судя по всему, неплохо справляетесь. У вашего сына вон как дела в гору идут...

— Да, Джон Дэвид играет главную роль в «Черном клановце» у Спайка! Я всегда знал, что он талантливый парень, и вот он наконец начинает это подтверждать.

— Какие вы ему советы давали?

— Много учиться. Не спешить строить карьеру, а сначала набраться ума. Пойти в театр и научиться актерскому ремеслу. Не волноваться о своем имидже. Отстаивать свои финансовые интересы и не работать за еду. Не париться об Instagram и о количестве лайков, а просто делать свое дело. Продолжать расти как актер и оставаться скромным.

Когда он был маленьким, то смотрел фильм «Доблесть» (за роль в котором Дензел получил свой первый «Оскар». — Прим. КиноПоиск) каждый божий день. Он выучил все реплики, выключал звук и по очереди озвучивал то Мэттью (Бродерика), то Моргана (Фримана), то меня. И он с самого детства умеет имитировать любой акцент. Он мне оставлял сообщения на автоответчике, где изображал то англичанина, то ямайца, то парня из Бронкса. Иногда разыгрывал меня и прикидывался продавцом кондиционеров или, например, судебным приставом, сообщающим мне, что у меня накопились штрафы за неправильную парковку. Звонит такой и наговаривает сообщение: (начинает безупречно имитировать восточно-лондонский акцент) «Мистер Вашингтон, вас беспокоят из министерства транспорта. Спешу сообщить, что у вас задолженность...» И я хотел тут же кинуться эту задолженность оплачивать, но потом задумался: почему клерк из министерства транспорта говорит с кокни-акцентом? Хотя ладно, бывает, вырос в Лондоне. Но почему он при этом говорит голосом моего сына?!

«Доблесть»«Доблесть»

— Вам понравился «Черный клановец»?

— Я был слишком занят, наблюдая за своим сыном! Не, ну, Спайк тоже молодец, но до него ли тут, когда мой малыш Джон Дэвид дает жару? Мне надо его еще раз посмотреть. А там столько всего надо переварить! Но я ужасно горд за сына. Да и за Спайка. Я помню, недавно какая-то газета проводила опрос среди критиков на тему «Какой ваш любимый фильм Спайка Ли». В итоге в списке оказалось семь разных фильмов. Не так много режиссеров, у которых наберется такое большое количество их лучших работ.

— А что вы думаете о том, что в «Оскарах» ввели новую категорию «Самый популярный фильм» (эта новость появилась как раз в день интервью, но сейчас уже известно, что новую номинацию вводить все же передумали. — прим. ред.)?

— Как это отдельную категорию? Отдельную от чего?

— От лучшего фильма. У «Черной Пантеры», например, есть серьезный шанс на победу.

— А как они будут определять, какой фильм популярный, а какой не очень? То есть один будет популярный, а один лучший? А популярный не может быть лучшим? Расскажите это «Титанику» и «Властелину колец»! Кто придумал эти бредовые правила?

— Зато церемония будет на час короче.

— Что-то не похоже! За счет чего же они ее будут сокращать, если они добавляют новые категории?

— Просто награды в менее важных категориях будут вручать в рекламных паузах.

— Стоп-стоп. Нет таких категорий, как менее существенные! Они все важные. Совсем что-то организаторы потеряли берега. Они хотят сказать, что мой «Оскар» за лучшую роль второго плана чем-то хуже моего «Оскара» за главную роль? Ничего подобного! Выглядят они одинаково и стоят рядом — не отличишь один от другого.

Дензел Вашингтон / Фото: Getty ImagesДензел Вашингтон / Фото: Getty Images

— Вы как-то в ранних своих интервью утверждали, что вы не кинозвезда, а актер. А разве актер может быть таким популярным, не являясь при этом кинозвездой?

— Это все ярлыки, которые люди на тебя навешивают, стоит тебе только добиться хоть какого-то успеха. Но я не понимаю, что значит быть кинозвездой. Что они делают, какая у них профессия? Сниматься для обложек журналов и позировать на красных дорожках? А над ролями работать когда? К тому же я не ограничиваюсь этим. Я играю на сцене, продюсирую, режиссирую. Я только что отыграл на Бродвее целый сезон в пьесе Юджина О’Нила «Продавец льда грядет». Так вот, режиссер этого проекта Джордж Уолф будет лично ставить и продюсировать в паре со мной мини-сериал для HBO, основанный на первой из цикла десяти пьес Августа Уилсона «Черный зад мамаши Рейни». Надеюсь, к концу года у нас все будет на мази, и тогда мы сможем выпускать по одному мини-сериалу в год. Каждый из них будет экранизацией одной пьесы, так что теперь нам с Джорджем будет чем заняться в ближайшие десять лет.

Но спасибо всем тем, кто считает меня кинозвездой, я им благодарен и все такое.

Смотрите также

6 сентября 201810
30 августа 201856
Вчера3
18 ноября2

Главное сегодня

Вчера4
Вчера3
Вчера0
Вчера3
Вчера3
Вчера0
Вчера0
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт. Возможность голосовать за комментарии станет доступна через 8 дней после регистрации