Каково это — играть робота: Не моргать, не есть и медленно двигаться

Обсудить0

Исполнители ролей Терминатора, R2-D2, Робокопа и других выдающихся роботов из кино — о трудностях, с которыми они столкнулись во время съемок.

Тяжеленные костюмы и спрятанные под шлемами лица, особенности роста и телосложения, повадки механизмов и странная любовь к людям — накануне выхода на российские экраны фильма «Бегущий по лезвию 2049» КиноПоиск вспомнил, с какими трудностями приходилось сталкиваться актерам, которые создали в кино образы выдающихся роботов.

«День, когда остановилась Земля» (1951)

Лок Мартин — робот Горт

Вспоминает режиссер фильма Роберт Уайз:

«Одной из проблем оказался сам персонаж Горт. Мы знали, что нам необходим некий костюм, в который кто-нибудь заберется. Это было до того, как у нас появились все эти великолепные баскетболисты ростом в два метра или два двадцать, так что мы искали очень высокого мужчину, посещали специальные кастинги и обращались в кастинг-отделы. А потом кто-то вспомнил, что в Китайском театре Граумана работает очень высокий швейцар. Его рост составлял 235 см, и мы наняли его, чтобы он находился в этом большом костюме. Он не был сильным человеком, а костюм оказался тяжелым, так что стоять в нем он мог не дольше получаса».

«Запретная планета» (1956)

Фрэнки Дарро — робот Робби

Из воспоминаний коллеги Дарро, актера Роберта Дикса:

«Я помню парня, который работал внутри робота Робби. Он был маленьким человеком, его звали Фрэнки Дарро. Один раз он напился и не смог управлять роботом. Он залез внутрь этой штуковины и просто не смог ничего сделать. Там были разные сложные уровни, педали и все в таком духе, чтобы управлять Робби изнутри. Наконец он сказал: „Я не могу справиться с этим“. И если я правильно помню, когда он вылез наружу, он был абсолютно мокрым от жары, с головы до ног».

«Его звали Роберт» (1967)

Олег Стриженов — робот Роберт / Сергей

«Мне очень интересно было играть в этой картине двух физически идентичных и даже практически одинаково одетых персонажей, без использования всяких бород и подобных внешних приспособлений. Первая сцена, которую снимали, — выход из театра с моей партнершей Марианной Вертинской. Накануне я задумался: как все-таки играть робота? И почему-то вспомнился фильм „Буратино“. Я попробовал использовать пластику куклы. Это подошло» (Источник).

«Звездные войны» (1977 — настоящее время)

Энтони Дэниелс — C-3PO

«Практически каждое утро я хожу в тренажерный зал. Вот только поднимаю не тяжеленные веса, а легкие, но делаю это много раз, сотни раз, чтобы оставаться стройным и подтянутым. Потому что костюм C-3PO очень тяжелый и громоздкий. Так что надо быть худым, чтобы в него влезать. И все мое домашнее задание сводится к слежению за своей фигурой, чтобы я помещался внутри. А еще мне повезло: за все эти годы я неоднократно исполнял роль С-3РО. Я был им так много раз, что это научило меня всегда оставаться в роли» (Источник).

Кенни Бейкер — R2-D2

«В основном я был неподвижен и не мог вести диалог. Но я управлял роботом... Джордж [Лукас] кричал мне в мегафон: „Посмотри сюда! Посмотри туда!“ Затем я поворачивал голову, и возникало ощущение, будто робот понимает, что делает. Вот и всё. Знаете, нужно было просто пробовать и делать его осмысленным. Я не участвую в крупных сценах с боями, с огромными истребителями или штурмовиками. Как правило, меня там нет. Я могу попасть всего в один кадр, зато этот кадр будет посвящен R2-D2. Я не могу двигаться внутри робота, не могу перемещать его. Так что обычно я появляюсь на крупных планах» (Источник).

Про взаимодействие с С-3РО:

«Мы оба были внутри наших дроидов, так что никакого реального взаимодействия между нами не было. Мы не могли ни видеть, ни слышать друг друга. Джордж Лукас хотел, чтобы я выражал какие-то эмоции — грусть или радость. И мне было так же сложно, как и С-3РО. Ему приходилось записывать свой диалог позже, да так, чтобы все слова соответствовали движениям. Зато у него имелись хотя бы руки и ноги, без которых, уж поверьте, совсем трудно общаться. Чтобы забраться в свой костюм, он (актер Энтони Дэниелс — Прим. КиноПоиск) приходил на площадку за час до начала съемок. Мне хватало пяти минут. Когда съемки заканчивались, крышка поднималась, и я спокойно уходил. Ему же требовался еще час, чтобы освободиться от костюма. Так мы почти и не встречались» (Источник).

«Чужой» (1979)

Иэн Холм — андроид Эш

«У Джона Хёрта, как вы знаете, была там [в фильме] очень известная сцена, когда Чужой вырывается из его живота. Я помню, что накануне съемок к нему пришли какие-то американцы и спросили: „Эй, Джон, у тебя завтра большая сцена. Есть идеи, как ты будешь все это играть?“ Джон посмотрел на меня, подмигнул и сказал: „Я действительно не знаю... Я думаю... Я просто... подключу все имеющееся у меня воображение... И просто... сделаю это“. Думаю, что его слова касаются и моей работы. Я просто сделал это» (Источник).

«Бегущий по лезвию» (1982)

Рутгер Хауэр — андроид-репликант Рой Бэтти

«У моего персонажа есть несколько моментов, где он декламирует стихи, и мне это безумно нравится, потому что он понятия не имеет, что именно выходит из его рта. И я сказал [режиссеру Ридли Скотту]: „Могу ли я передать чувство поэзии, а может, чувство прекрасного? И есть ли у меня душа? А чувство юмора? Или мне вести себя как семилетний ребенок? Могу ли я любить свою сестру? Могу я быть бесполым, но в то же время сексуальным? Я могу быть злым?“ И, конечно, злость была очень, очень важна для Ридли. Это была первая роль в моей жизни, когда я имел возможность создавать персонажа вместе с режиссером и сказать: „Окей, у нас есть такие-то качества. Давай оживим их настолько, насколько сможем. А после, если у нас получится, покажем героя с совершенно неожиданной стороны, которая искупит все, что он сделал“» (Источник).

«Гостья из будущего» (1984)

Евгений Герасимов — робот Вертер

«Костюм, который мне сшили, не предполагал никаких, скажем так, нюансов, которыми пользуется человек. Так вот в результате все было зашито. И костюм был для робота сделан, а человек все-таки иногда хочет в туалет сходить. Вот я восемь с лишним часов находился на съемочной площадке без возможности куда-то сходить. Поэтому я, естественно, старался не есть до съемок, не пить много, и уже после съемок вечером (иногда это уже практически ночью было), приезжая домой, с друзьями где-то в компании я уже мог себе позволить и поесть, и попить, и так далее» (Источник).

«Терминатор» (1984)

Арнольд Шварценеггер — Т-800

«Нужно признать, что Т-800 — это машина, а машины все делают иначе, чем люди. Вы должны брать оружие не глядя, как будто досконально знаете каждое движение. Если вы говорите о чем-то, то не подбираете слова, а отчеканиваете их, как машина. Если вы стреляете, то не моргаете. Звучит довольно просто, но требует много практики» (Источник).

«Терминатор 2: Судный день» (1991)

Арнольд Шварценеггер — Т-800

«В моей роли самым сложным было то, что по мере развития сюжета Терминатор приобретает определенные человеческие качества. В этом заключался гений Кэмерона — показать развитие машины. Мальчишка говорит Терминатору: „Обещай, что больше никого не убьешь“ — и приказывает мне разговаривать не как автомат, а как живой человек. Так что по ходу фильма я постепенно превращаюсь из машины-убийцы в нечто такое, что пытается быть человеком, но не всегда успешно. <...> Мы снимали эпизоды не подряд, поэтому нам постоянно приходилось решать, каким уровнем человечности должен обладать на данный момент Терминатор. В течение первых нескольких недель я постоянно спрашивал Джима: „Здесь у меня слишком много человечности или слишком мало?“» (из книги Арнольда Шварценеггера «Вспомнить все: Моя невероятно правдивая история»).

Роберт Патрик — Т-1000

«Я пришел на пробы и сказал: „Позвольте я повернусь спиной к камере, и оператор сделает на меня наезд“. И когда началась съемка, я медленно повернул голову и взглянул прямо в объектив. Причем я сделал это очень-очень медленно. Так медленно, как только мог. В этот момент Джеймс Кэмерон откинулся на спинку стула и произнес: „Вау! Что это было?“» (Источник)

«Чужие» (1986), «Чужой 3» (1992)

Лэнс Хенриксен — андроид Бишоп 341-В

«Я играл себя двенадцатилетнего, моя эмоциональная жизнь в этом возрасте была такой. Когда я получил эту роль, первое, что я сделал, так это посмотрел на актеров, которые исполняли похожих героев: Рутгер Хауэр в „Бегущем по лезвию“, Иэн Холм в первом „Чужом“. Они были феноменальны. Я думал: как же я буду конкурировать с ними? И наконец придумал ответ: да никак не буду. Я просто сосредоточился на восприятии Бишопом жизни, на его желании помочь и сделать мир лучше. Я сыграл себя в 12 лет, но мой герой сумел реально кому-то помочь. Я действительно прожил эту роль, и она оказалась исцеляющей» (Источник).

«Робокоп» (1987)

Питер Уэллер — Робокоп

«Когда его (костюм робота — Прим. КиноПоиск) впервые привезли, осложнения возникли не только со съемками, но и с самой конструкцией. На самом деле мне пришлось забраться в него и в тот же день сниматься в сцене. Я не мог в нем двигаться. Команде пришлось разрывать его, вносить коррективы, и я чувствовал себя очень подавленно. <...> Я реально ненавидел эту штуковину. Первые пять дней он сжимал меня, вызывал клаустрофобию и мешал работать. И такой же занозой в заднице этот костюм стал для моих гримеров. Но, знаете, потом это стало даже забавным! Я не понимал, что такое жизнь, если был не в костюме. Я играл и чувствовал, что мне все по кайфу, моя жизнь в полном порядке. Я чувствовал себя, как один из тех заключенных, что не может дождаться часа, когда поскорее вернется в свою тюрьму» (Источник).

«Звездный путь: Следующее поколение» (1987—1994)

Брент Спайнер — андроид Дэйта

«Довольно быстро я понял, что могу делать в этой роли почти все, что хочу, и аудитория либо примет меня, либо нет. Некому было сказать мне: „Ой, это совсем не то, что сделал бы андроид“. Или: „Вот так бы андроид никогда себя не повел“. Потому что в тот момент на еженедельном телевидении не было никаких других андроидов. Сравнивать было просто не с чем. У нас даже возник вопрос: „Должны ли мы играть этого персонажа как машину, как робота или нужно приблизить его к человеку?“ И все согласились, что было бы очень утомительно, если бы я исполнял роль машины на протяжении долгого времени. Так что мы решили сделать ставку на человечность, которая со временем лишь возрастала в герое» (Источник).

«Лексс» (1997—2002)

Джеффри Хиршфилд — робот 790

«Слава богу, я больше этим не занимаюсь. Вы даже представить не можете, насколько тяжело это было. Я стоял в конце студии в этом „хоккейном шлеме“, в котором не мог пошевелиться, и управлял глазами 790-го. А параллельно мне приходилось коситься вниз, чтобы подсмотреть текст и прокричать его» (Источник).

«Искусственный разум» (2001)

Хэйли Джоэл Осмент — робот Дэвид

«Играть Дэвида было тяжелой работой, но я получил огромное удовольствие, и чем дальше мы продвигались, чем больше я погружался в персонажа, тем приятнее становилось. Каждый день оказывался настоящим приключением с этим героем — во многом благодаря его уникальности. Мы начали с таких очевидных вещей, как движение его тела и восприятие им окружающего мира. Затем мы взяли эти элементы и постепенно, по мере развития сюжета стали их размывать, так что вы видите: Дэвид становится менее механистичным и более человечным. Но некоторые робохарактеристики мы пронесли через всю историю, поэтому вы всегда знаете, что внутри он все равно остается роботом» (Источник).

Джуд Лоу — робот Жиголо Джо

«Джо — довольно необычный персонаж. Это робот, который должен быть чертовски хорош в своем деле. Чтобы придать ему человеческой энергии, которая преломляется его механической стороной, я изучал пантомиму, некоторые танцы и даже движения павлинов. Как робот, запрограммированный на различные виды соблазнения, я должен был умело владеть этим искусством — трансформациями, разными физическими движениями, чтобы соответствовать роли. В общем, цель была в том, чтобы я соединил некоторые приемы, а также комбинировал органику и пластику, был романтичным и одновременно футуристичным» (Источник).

«Мир Дикого Запада» (2016 — настоящее время)

Эван Рэйчел Вуд — робот Долорес Абернати

«Миллион вещей делает эту роль сложной. Имею в виду, что вы, как актер, должны постоянно задавать вопросы. Мы даже прозвали эти вопросы „мыслями бота“. Потому что все время возникали спорные моменты, из которых потом и складывался персонаж: „Должна ли я щуриться от солнечных лучей? Я от этого не пострадаю? Это заложено в мою программу?“ Так что приходилось постоянно останавливаться и предаваться „мыслям бота“: „Это режим анализа? Или действие персонажа? В каком я сейчас режиме?“» (Источник)

Смотрите также

27 сентября 201712
3 октября 201738
2 октября 201750
30 августа4

Главное сегодня

Сегодня4
20 ноября2
19 ноября5
20 ноября19
20 ноября4
20 ноября6
Сегодня0
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт. Возможность голосовать за комментарии станет доступна через 8 дней после регистрации