Вживляя в шизоидный постмодернистский фарс документальные кадры о скотобойнях и прочий злободневный материал, авторы превращают фильм фактически в агитку, где пропагандистское содержание не вяжется с формой, которая и без того не вяжет лыка в психотическом угаре.