Эстлунд рассуждает не о пошлом закате Европы, а о границе между безопасной халтурой потуг современных концептуалистов и почти террористическими выходками художников, отказывающихся существовать в стерильных условиях арт-пространств. Эта разница оказывается применима и к простым человеческим отношениям