В последней трети Тыквер спохватывается и начинает поспешно наводить мосты между Востоком и Западом самыми прямолинейными и неправдоподобными способами из возможных. И маленькая экзистенциальная комедия сперва прогибается, а потом и вовсе ломается от свалившихся на нее геополитических и общегуманистических смыслов.