«Империя света»: почему фильм Сэма Мендеса о любви и кино — главный провал этого года

Обсудить0

Новая работа Мендеса вышла в цифровой прокат 7 февраля. Это третье большое кино о кино за год. Увы, режиссер не избежал опасности общих мест в такой расхожей теме. Станислав Зельвенский терпеливо перечисляет все фальшивые ноты этого неловкого ретро.

Станислав Зельвенский

Критик Кинопоиска

В 1980 году Хилари (Оливия Колман) — женщина средних лет, страдающая биполярным расстройством — живет в приморском городке на юге Англии и работает начальницей смены в кинотеатре Empire, переживающем не лучшие времена. Работу Хилари любит, но фильмы никогда не смотрит. Ее одиночество слегка разбавляют безрадостные сексуальные отношения с женатым директором кинотеатра (Колин Фёрт). Когда в Empire устраивается чернокожий молодой человек Стивен (Майкл Уорд), у них с Хилари начинается роман.

Мелодрама Сэма Мендеса — третий за последние месяцы (после «Фабельманов» и «Вавилона») большой фильм, признающийся в любви к кино, то есть, можно сказать, к самому себе. Все три — ретро, все три, что характерно, провалились в прокате, но именно «Империя света» выглядит сегодня главным лузером. У осмеянного «Вавилона» три оскаровские номинации, у «Империи» всего одна (у оператора Роджера Дикинса, которого, как известно, номинируют на «Оскар», даже когда он спьяну делает селфи). На родине ситуация немногим лучше: в списках BAFTA, кроме Дикинса, упомянут Уорд, плюс «Империя» претендует на утешительный приз для местной кинопродукции.

Учитывая жанр фильма, его темы, имена его авторов, эти крохи — почти оскорбление. «Империя» принадлежит к тому типу «престижного кинематографа», который и снимается-то по большому счету не для зрителя, а для профессиональных жюри. Мендес — человек, взявший главные «Оскары» с «Красотой по-американски» и недавно едва не повторивший триумф с «1917». Музыка — Трент Резнор и Аттикус Росс. Монтажер — Ли Смит, любимец Нолана («Оскар» за «Дюнкерк»). Оливию Колман номинируют в последнее время почти как Дикинса — за каждый чих. А тут она играет женщину с психическим расстройством и молодым любовником, вокруг расизм и синефилия. И что же, ничего? С такими вводными пройти сезон наград с пустыми руками можно только в двух случаях: либо режиссер или главная звезда совершили какой-то чудовищный faux pas (этого не было), либо картина так однозначно, безнадежно плоха, что это понимают даже киноакадемики.

Колин Ферт и Майкл Уорд

Выделить, что именно у Мендеса в этот раз пошло не так, сложно, поскольку в этом фильме — первом, где он сам полностью написал для себя сценарий, — не так практически всё. Если, конечно, не радоваться тому, что Роджер Дикинс справился с теплыми ретротонами и сумел художественно снять дождь на набережной и фейерверки на крыше. Отметим еще выбор натуры: кинотеатр в стиле ар-деко, где происходит половина действия, фантастически живописен. Половина его, два из четырех залов, закрыта и заброшена. Хилари первым делом приводит новичка Стивена в элегантный холл, где был бар и до сих пор стоит рояль. «Что за место!» — восклицает герой, которого не взяли в колледж изучать архитектуру (предположительно, из-за цвета кожи). «Оно и вправду было очень красивым», — говорит Хилари. «Оно по-прежнему такое», — задумчиво отвечает Стивен, и женщина, повернувшись, внимательно смотрит на него, пока мы пытаемся проглотить эту костлявую метафору. Чтобы не снижать градуса, юноша тут же перевязывает ножку хромому голубю.

Роман между Хилари и Стивеном, фиш-энд-чипс-версия фасбиндеровского шедевра «Страх съедает душу», выглядит одновременно невероятным и слишком обыденным. Их отношения, особенно в первой половине фильма, не душевный и физический порыв двух живых людей, а коммюнике, выпущенное комитетом сентиментальных лейбористов. Уорд легко вызывает симпатию, но у героя слишком модельная внешность, а индивидуальность подменена благожелательной проекцией. Колман активно играет что-то свое и совсем в другую сторону. Пара ее коротких (тоже не слишком остроумных) сцен с отменно омерзительным Фёртом живее, чем вся предсказуемая романтическая траектория с Уордом.

Оливия Колман

Столь же малопримечательны и торопливы заметки на тему культурных конфликтов в тэтчеровской Британии. Скинхеды и обыватели-ксенофобы — это плохо. Ска — это хорошо. Когда режиссер пережимает с литературными цитатами, это всегда подозрительно, а Мендес за неполные два часа успевает устами Хилари обильно продекламировать Одена и Филипа Ларкина, а еще помянуть Элиота. А еще поставить Боба Дилана. Сколько Сэму Мендесу нужно нобелевских лауреатов по литературе, чтобы выразить свою мысль?

В помощь ему идет и история кинематографа. Здесь готовность Мендеса сказать пошлость в самый ответственный момент, отравляющая все его мелодрамы, начиная с «Красоты», проявляется особенно болезненно. Тоби Джонс, играющий (кажется, раз в четвертый) киномеханика, произносит, мудро щурясь, речь про 24 кадра в секунду. Камера (уже в другой сцене) с трепетом разглядывает его будку, где по стенам развешаны черно-белые вырезки с Брандо, Кэтрин Хепберн и Джоном Хьюстоном, пока в зале идет «Будучи там» Хэла Эшби — бюджетный аналог уже печально знаменитого финала «Вавилона». Некоторым авторам, вместо того чтобы в кульминации показывать людей, со слезами восторга сидящих перед экраном, стоило бы озаботиться эмоциями собственных зрителей, иначе вместо «Нового кинотеатра „Парадизо“» получается «Заводной апельсин».

Смотрите также

19 января 202313
2 января 202362
27 декабря 202228
31 января 20199

Главное сегодня

Вчера1
19 ноября5
Вчера13
Вчера4
Вчера6
Вчера2
Вчера3
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт. Возможность голосовать за комментарии станет доступна через 8 дней после регистрации