«Империя света»: почему фильм Сэма Мендеса о любви и кино — главный провал этого года

Обсудить0

Новая работа Мендеса вышла в цифровой прокат 7 февраля. Это третье большое кино о кино за год. Увы, режиссер не избежал опасности общих мест в такой расхожей теме. Станислав Зельвенский терпеливо перечисляет все фальшивые ноты этого неловкого ретро.

Станислав Зельвенский

Критик Кинопоиска

В 1980 году Хилари (Оливия Колман) — женщина средних лет, страдающая биполярным расстройством — живет в приморском городке на юге Англии и работает начальницей смены в кинотеатре Empire, переживающем не лучшие времена. Работу Хилари любит, но фильмы никогда не смотрит. Ее одиночество слегка разбавляют безрадостные сексуальные отношения с женатым директором кинотеатра (Колин Фёрт). Когда в Empire устраивается чернокожий молодой человек Стивен (Майкл Уорд), у них с Хилари начинается роман.

Мелодрама Сэма Мендеса — третий за последние месяцы (после «Фабельманов» и «Вавилона») большой фильм, признающийся в любви к кино, то есть, можно сказать, к самому себе. Все три — ретро, все три, что характерно, провалились в прокате, но именно «Империя света» выглядит сегодня главным лузером. У осмеянного «Вавилона» три оскаровские номинации, у «Империи» всего одна (у оператора Роджера Дикинса, которого, как известно, номинируют на «Оскар», даже когда он спьяну делает селфи). На родине ситуация немногим лучше: в списках BAFTA, кроме Дикинса, упомянут Уорд, плюс «Империя» претендует на утешительный приз для местной кинопродукции.

Учитывая жанр фильма, его темы, имена его авторов, эти крохи — почти оскорбление. «Империя» принадлежит к тому типу «престижного кинематографа», который и снимается-то по большому счету не для зрителя, а для профессиональных жюри. Мендес — человек, взявший главные «Оскары» с «Красотой по-американски» и недавно едва не повторивший триумф с «1917». Музыка — Трент Резнор и Аттикус Росс. Монтажер — Ли Смит, любимец Нолана («Оскар» за «Дюнкерк»). Оливию Колман номинируют в последнее время почти как Дикинса — за каждый чих. А тут она играет женщину с психическим расстройством и молодым любовником, вокруг расизм и синефилия. И что же, ничего? С такими вводными пройти сезон наград с пустыми руками можно только в двух случаях: либо режиссер или главная звезда совершили какой-то чудовищный faux pas (этого не было), либо картина так однозначно, безнадежно плоха, что это понимают даже киноакадемики.

Колин Ферт и Майкл Уорд

Выделить, что именно у Мендеса в этот раз пошло не так, сложно, поскольку в этом фильме — первом, где он сам полностью написал для себя сценарий, — не так практически всё. Если, конечно, не радоваться тому, что Роджер Дикинс справился с теплыми ретротонами и сумел художественно снять дождь на набережной и фейерверки на крыше. Отметим еще выбор натуры: кинотеатр в стиле ар-деко, где происходит половина действия, фантастически живописен. Половина его, два из четырех залов, закрыта и заброшена. Хилари первым делом приводит новичка Стивена в элегантный холл, где был бар и до сих пор стоит рояль. «Что за место!» — восклицает герой, которого не взяли в колледж изучать архитектуру (предположительно, из-за цвета кожи). «Оно и вправду было очень красивым», — говорит Хилари. «Оно по-прежнему такое», — задумчиво отвечает Стивен, и женщина, повернувшись, внимательно смотрит на него, пока мы пытаемся проглотить эту костлявую метафору. Чтобы не снижать градуса, юноша тут же перевязывает ножку хромому голубю.

Роман между Хилари и Стивеном, фиш-энд-чипс-версия фасбиндеровского шедевра «Страх съедает душу», выглядит одновременно невероятным и слишком обыденным. Их отношения, особенно в первой половине фильма, не душевный и физический порыв двух живых людей, а коммюнике, выпущенное комитетом сентиментальных лейбористов. Уорд легко вызывает симпатию, но у героя слишком модельная внешность, а индивидуальность подменена благожелательной проекцией. Колман активно играет что-то свое и совсем в другую сторону. Пара ее коротких (тоже не слишком остроумных) сцен с отменно омерзительным Фёртом живее, чем вся предсказуемая романтическая траектория с Уордом.

Оливия Колман

Столь же малопримечательны и торопливы заметки на тему культурных конфликтов в тэтчеровской Британии. Скинхеды и обыватели-ксенофобы — это плохо. Ска — это хорошо. Когда режиссер пережимает с литературными цитатами, это всегда подозрительно, а Мендес за неполные два часа успевает устами Хилари обильно продекламировать Одена и Филипа Ларкина, а еще помянуть Элиота. А еще поставить Боба Дилана. Сколько Сэму Мендесу нужно нобелевских лауреатов по литературе, чтобы выразить свою мысль?

В помощь ему идет и история кинематографа. Здесь готовность Мендеса сказать пошлость в самый ответственный момент, отравляющая все его мелодрамы, начиная с «Красоты», проявляется особенно болезненно. Тоби Джонс, играющий (кажется, раз в четвертый) киномеханика, произносит, мудро щурясь, речь про 24 кадра в секунду. Камера (уже в другой сцене) с трепетом разглядывает его будку, где по стенам развешаны черно-белые вырезки с Брандо, Кэтрин Хепберн и Джоном Хьюстоном, пока в зале идет «Будучи там» Хэла Эшби — бюджетный аналог уже печально знаменитого финала «Вавилона». Некоторым авторам, вместо того чтобы в кульминации показывать людей, со слезами восторга сидящих перед экраном, стоило бы озаботиться эмоциями собственных зрителей, иначе вместо «Нового кинотеатра „Парадизо“» получается «Заводной апельсин».

Смотрите также

19 января 202313
2 января 202362
27 декабря 202228
31 января 20199

Главное сегодня

Вчера0
Вчера2
Вчера9
Вчера3
Вчера0
Вчера0
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт. Возможность голосовать за комментарии станет доступна через 8 дней после регистрации