В прокате — «Роднина», байопик трехкратной олимпийской чемпионки, которая побеждала, вопреки слабому здоровью, коварным соперникам и менее мотивированным партнерам. Так, по крайней мере, смотрится на экране: фанаты следуют только за Ириной, конкурентки подсыпают стекло, а мужчины местами мешают. Это вольное переложение адаптация автобиографии героини, чью достоверность Кинопоиск попросил оценить автора Sports.ru и ведущую канала о фигурном катании «Лутц с полубильмана» Полину Крутихину.
Жук не ревновал Роднину к Зайцеву, а переход к Тарасовой был решением Ирины
Как в фильме
Станислав Жук, переименованный сценаристами в Жукова, красиво отвечает на подколы конкурента своих учеников Алексея Панкратова (в нем угадывается олимпийский чемпион Олег Протопопов), терпеливо ждет Роднину на льду, вопреки неблагоприятным прогнозам врачей, и поддерживает ее, даже когда его собственная карьера висит на волоске из-за доносов. Единственный его минус — слишком утилитарный подход к фигурному катанию: тренировки под метроном вместо музыки и занятия на износ ради идеальной синхронности.
На экране тандем Жука и Родниной распался прямо на свадьбе Ирины, причем понять мотивы экранного Станислава сложно: он не то ревнует ученицу к ее партнеру Александру Зайцеву, не то скорбит по ее успешной карьере. Тренер поспешно уходит с банкета, а когда фигуристка догоняет его, он грубит, намекает на лишний вес и просит искать другого наставника.
Наставницей становится Татьяна Тарасова, которая всего на два года старше Родниной. В фильме она появляется уже на излете карьеры Ирины: помогает готовиться к Играм в Лейк-Плэсиде, куда дуэт буквально вызывает партия. Сама фигуристка воспринимает это приглашение без энтузиазма: изнурительные тренировки ставят под угрозу брак с Зайцевым, мешают материнству, а главное, не слишком вдохновляют.
Как было на самом деле
Настоящий Жук был куда более противоречивой фигурой, в том числе в жизни Родниной, которая, по ее словам, не заботилась так ни об одном из любимых мужчин, устраняла последствия бурных вечеров в гостиницах и терпеливо выслушивала колкости в свой адрес. На романтическую симпатию со стороны тренера она даже не намекает, да и вряд ли та могла возникнуть при такой фанатичной преданности Станислава работе.
В реальности расставание с Жуком произошло по инициативе Родниной, хотя склонил ее к этому действительно он. В автобиографии «Слеза чемпионки» фигуристка жалуется на то, что тренер даже после олимпийского золота воспринимал ее как ребенка, давал непомерные и бессмысленные нагрузки, а самое главное, интересовался работой с начинающими парами куда больше, чем с ней. Причиной была не ревность к мужу, а зависть к карьерным успехам: за победами Родниной зрители якобы не видели вклада Станислава.
С Тарасовой Ирина начала сотрудничать за шесть лет до Игр в Лейк-Плэсиде и за год до той самой свадьбы, на которой по сценарию от нее отказывается Жук. Вместе они успели пройти две Олимпиады, но золотом Инсбрука-1976 создатели фильма пожертвовали во имя хронометража.
Киновоплощение Тарасовой как начинающего тренера, неспособного приструнить своенравную ученицу, впрочем, может быть своеобразным уколом в адрес реальной Татьяны, с которой Ирина заочно спорит до сих пор. Роднина, например, постоянно подчеркивает, что пришла к ней исключительно за красивыми программами, а спортивную нагрузку благодаря огромному опыту и наработкам Жука определяла самостоятельно.
Стекло в коньки Родниной подсыпали не в Европе, а на чемпионате СССР
Как в фильме
Детально воплотить на экране все первые 30 лет жизни героини было невозможно, поэтому авторы сконцентрировались на трех ключевых турнирах: Евро-1969 в Гармиш-Партенкирхене, ЧМ-1973 в Братиславе и на финальной Олимпиаде-1980 в Лейк-Плэсиде.
Не связанные и разбросанные по хронологии соревнования объединяет то, что на всех них героиня борется прежде всего не с соперниками, а с политическими предубеждениями. В Гармиш-Партенкирхене конкурентка из Чехословакии подсыпает Ирине в ботинок битое стекло, а зрители на трибунах выкрикивают провокационные лозунги. В Братиславе посреди произвольной программы таинственным образом выключается музыка: Роднина и Зайцев продолжают кататься, несмотря на угрозы рефери не засчитать все элементы, выполненные в тишине.
Наконец, в Лейк-Плэсиде пару встречают разгневанные фанаты американских фаворитов и политические активисты. Проблемы начинаются уже в олимпийской деревне: Роднину и Зайцева селят в номер, который Александр несколько раз сравнивает с тюрьмой, местные устраивают протесты с требованиями вывести советские войска из Афганистана, а фигуристов отстранить из-за наличия в программе запрещенных элементов. Корреспонденты не дают прохода вопросами и постоянной съемкой, а ключевые соперники Тай Бабилония и Рэнди Гарднер доводят Роднину до отчаяния, просто появившись на ее тренировке.
Как было на самом деле
Подсыпанное соперницей стекло не выдумка, а реальная история, но случилась она не за границей, а на чемпионате СССР. Зрители в Гармиш-Партенкирхене, по воспоминаниям фигуристки, прониклись их парой сразу — не то умилились юности спортсменов, не то пожалели их из-за отсутствия тренера.
Эпизод с выключенной музыкой реален, хотя и в нем усмотреть политическую подоплеку сложно: в тот же день прокат американцев чуть не сорвался из-за посторонних предметов на льду. Турнир в Братиславе, пожалуй, самая точная историческая реконструкция в фильме: выступление Родниной с Зайцевым и действия героев за бортиком в жизни были настолько кинематографичными, что их не пришлось дополнительно усиливать.
Роднина не планировала сниматься с Олимпиады в Лейк-Плэсиде, а противостояния с американцами на разминке не было
Как в фильме
В кино Роднина неохотно, но все-таки соглашается поехать на последнюю в карьере Олимпиаду. За год до Игр главные конкуренты советской пары — Тай Бабилония и Рэнди Гарднер — впервые за 14 лет лишают СССР традиционного золота на чемпионате мира. Роднина и Зайцев тот турнир пропускали из-за рождения ребенка и призваны были спасти честь сборной.
Финал противостояния — разминка перед короткой программой на Олимпиаде. Роднина начинает ее в раздевалке. Неудачные тренировки и страх проигрыша не дают ей выйти на лед. Пока тренер отбивается от корреспондентов, ситуацию спасает Жуков, мотивирующий Ирину пламенной речью о долге перед страной и ее гражданами, проснувшимися ранним утром, чтобы в прямом эфире увидеть триумф всенародной любимицы. Станислав на этих Играх тоже оказался неслучайно: он привез две другие советские пары, но в самый драматичный момент счел более важным поддержать бывшую ученицу.
Окрыленная Роднина бежит на лед, и они с Зайцевым начинают давить на соперников фирменными элементами. Шестиминутная разминка давно закончилась, все остальные дуэты ушли, только советская и американская пара пытаются вывести друг друга из себя фрагментами собственных программ.
Борьбу нервов выигрывает Ирина: Гарднер ошибается и после двух падений уезжает со льда. С соревнований американцы снимаются, а вместе с ними и любые сомнения в победе советской пары. Во время их проката вдоль борта проходит Жуков, фирменным жестом отщелкивая ритм, как во время совместных тренировок под метроном.
Как было на самом деле
Олимпиада в Лейк-Плэсиде — последний турнир в карьере Родниной, именно он становится кульминацией фильма. Ради мощного финала соперничество утрировано: в реальности Бабилония и Гарднер дрогнули уже на предстартовых тренировках, Ирина не собиралась сниматься с соревнований, а организаторы никогда не позволили бы превратить шестиминутную разминку в прокаты двух пар.
По законам кино Роднина за несколько минут эволюционирует из потерявшей веру в себя фигуристки до чемпионки, выносящей соперников взглядом. В пересказе Тарасовой противостояние с американцами выглядело куда более скромно: «На разминке Гарднер упал пять раз. Он упал с волчка, флипа, перебежки и не мог ни разу поднять партнершу в поддержку. Судьи сидели как парализованные, зал молчал. Жуть! Не надо было быть специалистом, чтобы увидеть, как он психически подавлен».
Американская и советская версия снятия конкурентов Родниной разнятся. Американцы утверждали, что Гарднер не смог выступить из-за травмы паха, наши — что он действительно не выдержал психологического прессинга Ирины. Сценаристы, очевидно, придерживались второй точки зрения, но сделали реальность более драматичной, превратив разминку в гонку вооружений под стать плакатам, с которыми сидят актеры массовки.
Впрочем, подобный эпизод в карьере Ирины и Александра действительно был. Произошел он не на соревнованиях, а на сборах в СССР. Оказавшись на льду с новыми партнерами, Роднина и Уланов активно пытались впечатлить друг друга элементами — победила, по воспоминаниям фигуристки, конечно же, она.
В кадре Жук выглядит полноценным соавтором олимпийской победы: именно он подбирает нужные слова для бывшей ученицы, пока Тарасова с удивительным смирением принимает отсутствие Родниной на льду. Зайцев по традиции появляется лишь в тот момент, когда сценарий требует исполнения парных элементов. Кажется, что и его не слишком сильно волнует потенциальное снятие с соревнований.
В жизни красивое примирение с бывшим тренером так и не состоялось. В Лейк-Плэсиде Станислав был занят собственными учениками, а через несколько лет после Олимпиады вынужденно эмигрировал в Японию. Советское руководство отстранило его от работы из-за снижения результатов и неэтичного поведения. Вскоре он вернулся, но места в отечественном спорте так и не нашел.
Вердикт
«Роднина» не такое наивное кино, как трилогия «Лед», «Последний аксель» и прочие фантазии на тему фигурного катания, выходившие в России в последние годы. Фильм достаточно точно следует автобиографии спортсменки. Другое дело, что для объективной картины явно не хватает позиций остальных героев. Но создателям оказалось проще заменить им фамилии, превратив из реальных личностей в фон для чемпионки.
Автор: Полина Крутихина
Фото: Валентин Мастюков, Вячеслав Ун Да-Син / ТАСС, Зуфаров Валерий, Яковлев Александр / ТАСС, Яковлев Александр / ТАСС