Тиль Швайгер: «Боевики в Германии обычно проваливаются»

Актер, играющий главную роль. (Смеется.) Вообще говоря, первые два-три драфта сценария были написаны на английском, лишь потом я перевел его на немецкий, потому что понял, что хочу сыграть этого героя. И сыграть со своей дочерью, которая играет сироту, находящуюся под защитой моего персонажа. Но история мне кажется настолько сильной, что я готов выйти с ней на международный уровень. Ведь так есть шанс получить внимание гораздо большей аудитории, чем с фильмом на немецком. И в этом случае нужен актер, которого все знают лучше, чем меня. Наверное, американец. Я еще не знаю, кто это будет.

Знаете, вообще-то я не снимаю фильмы по два раза. Я даже считаю, что фильм нужно снимать всего один раз. (Смеется.) Но так как я хотел сняться сам в этой роли, то я согласился на такой план. Кстати, по плану в англоязычном ремейке останется моя дочь в главной женской роли. Она выросла в Штатах, у нее отличный английский. Остается только найти остальной каст. Думаю, мы даже снимем часть фильма в Германии. Скорее всего, интерьеры, а остальное, например, в Торонто.

Фокус в фильме на том, что с тобой делает война, на том, какой вред она наносит людям. Особенно на том, какой отпечаток она откладывает на солдатах. Я всегда представлял этот фильм как историю о двух сиротах. Солдат-сирота, который одинок, хотя у него есть один лучший друг, но это не то. Когда-то в его жизни была любимая, но ему пришлось расстаться с ней из-за его работы. И эта девочка, у которой действительно никого нет. И они вместе в бегах. Двое разных людей, объединенных чем-то. Такой «Босиком по мостовой» с пушками. Двое сломленных героев, помогающих друг другу.

Нет, вся история абсолютно выдуманная, но отдельные эпизоды и диалоги основаны на реальных историях и диалогах, которые мне рассказал настоящий солдат. Я с ним разговаривал месяцами, днями и ночами, много бутылок вина ушло на то, чтобы он открылся.

Знаете, если говорить о предпочтениях аудитории в Германии, то существуют исследования, которые показывают, что боевики в нашей стране обычно проваливаются. Немцы любят комедии. Поэтому я снимал комедии, ведь в этой нише еще кое-как удается сражаться с Голливудом и его продукцией. Я снимался как актер в боевиках, но сам никогда не делал подобные фильмы, потому что это огромный риск. Но я хочу сказать, что у нас не классический боевик. Да, в нем много действия, но это не чистый жанр. Знаете, это не боевик для молодых мужчин и не комедия для девушек вроде «Мистер и миссис Смит». В нашем фильме есть настоящая драма. И есть моменты, в которые можно хорошо посмеяться; комедию я не забываю. Это настоящий микс жанров. Так что это большой вызов для нас — выпускать подобное кино на немецкий рынок. Но, знаете, я показывал фильм своего рода фокус-группе, бывшим военным. Они были тронуты, глубоко тронуты.

Это еще нужно обсудить с дистрибьюторами, но, конечно, я с удовольствием приеду. Я всегда приезжал представлять свои фильмы и с радостью вернусь в Россию.

Да, съемки начнутся уже в августе.

О, он чем-то будет похож на сиквел «Красавчика». (Швайгер смешно произносит название фильма по-русски: «Каравчик».) Помните, в конце первой части там такая идеальная романтическая комедия; он больше не козел, и все счастливы. А во второй части мы видим героев два года спустя, они живут вместе, а сказка кончилась. Началась реальная жизнь. Так и в «Соблазнителе». В конце мы видим идеальную семью, а во второй части понимаем, что никаких идеальных семей не бывает. Тристан, дантист, бросает свою жену, и он теперь с очень молодой девушкой и совершает какие-то безумные поступки. То есть мы усилили его линию. А Генри пытается быть кинопродюсером, с этим тоже много связано шуток. Будет очень весело!