Фосс доказал, что для работы в неожиданном жанре не нужно менять привычки, ведь куда более эффективно заставить работать любимые методы на новые смелые цели.
Весь этот джаз можно рассматривать как своеобразный символ недолгой режиссерской вольницы; он существует в предельном измерении «авторства» — хотя бы потому, что автобиографичен настолько, насколько это вообще возможно. И потому, что исследует если не сам процесс творчества, то мучительную работу сознания творца.
