Любовь, смерть и капитализм: что читать после «Материалистки»

«Материалистка» Селин Сон (сейчас фильм доступен на Кинопоиске) вызывает у зрителей множество вопросов о любви в обществе потребления, влиянии капитализма на отношения, а также о том, что означает выбор главной героини в финале. Сон выстраивает свою картину через программные монологи и реплики, в которых персонажи фактически выдают манифесты о том, как должна быть устроена романтическая жизнь. Элиза Данте подобрала книги, которые помогут не только глубже погрузиться в темы фильма, но и разобраться в том, что влияет на выбор партнера, как законы рынка проникают в личную жизнь и кто же прав в «Материалистке».

«Мы всегда можем встретить спутника жизни — хоть в дикой природе, хоть в приложении. Но счастливый конец первого свидания не второе свидание, а менять друг другу подгузники и хоронить друг друга. Вы ищете спутника на старость и соседа по могиле. Кто наш партнер — это определяет всю нашу жизнь и то, как мы живем. Не на год-два, даже не на 10 лет, а навсегда».

С такой установкой сотрудница модного брачного агентства Adore Люси (Дакота Джонсон) подыскивает новых клиентов. Ее слова откликаются гостям свадьбы в Верхнем Ист-Сайде, ведь они звучат особенно веско во времена, когда традиционное понимание любви переживает кризис. Это явление описывает Виктор Вилисов в исследовании «Постлюбовь. Будущее человеческих интимностей», где он разбирает труды социологов об отношениях, нуклеарной семье, устройстве общества.

«Несмотря на очевидную дисфункциональность огромного процента нормативных отношений, существующих сегодня между влюбленными и близкими людьми, — пишет Вилисов, — любовь продолжает быть чем-то автоматически подразумеваемым для всех вообще». Автор подвергает сомнению каждое проявление любви как таковой, препарируя ее под разными углами и подыскивая ответы на вопрос о том, кого же мы все-таки пытаемся отыскать — пару на всю жизнь, безумную любовь или «соседа по могиле».

«[Подбирать пары] — это как работать в морге или в страховой компании. 180 см, 160 см. Худой, стройный, толстый. Белый, черный, азиат. Банкир, доктор, юрист, банкир. 100 тысяч, 200 тысяч, 300 тысяч. Курящий, некурящий».

Так Люси отвечает на вопрос Гарри (Педро Паскаль) о своей профессии. В течение всего фильма она вынуждена выслушивать довольно четкие запросы клиентов о возрасте партнера, предпочитаемом росте и весе, делать записи в красном молескине, напоминающие документы криминалиста или патологоанатома. В романе «Брачное агентство Джейн Остин» героиня Софи тоже приходит к профессиональным свахам, но с иным запросом: она требует романтики и партнера, который был бы похож на мистера Дарси, любил бы книги и танцевать на балах. Ее мало интересует материальное положение избранника, но нужен определенный рост и вес. По ходу сюжета Софи узнает, что агентство не планирует всерьез рассматривать анкету такой чудачки.

Фиона Вудифилд в форме ромкома играет со стереотипными представлениями об идеальной паре. Кто-то готов отказаться от отношений с реальными людьми, лишь бы отыскать своего принца Чарминга/мистера Дарси/Эдварда Каллена/Ретта Батлера (нужное подчеркнуть). Пока мужчины из «Материалистки» бесконечно требуют умных, самостоятельных женщин не старше 25, с идеальной фигурой и престижной работой, женщины бьются в поисках двухметрового брюнета из книжки двухсотлетней давности. Кажется, Гарри вышел как раз оттуда — настолько он нереалистично идеален.

«Я современная женщина. И я могла бы быть кем угодно! Но я решила стать невестой. Я выбрала это. И я выхожу замуж не потому, что мне необходимо скрепить отношения между двумя королевствами или чтобы моя семья получила за меня корову».

С такими словами в предсвадебной агонии бьется одна из клиенток Люси, которая не очень-то хотела замуж. Здесь Селин Сон будто бы задает вопрос о том, зачем вообще нужен брак, помимо шаблона про «долго и счастливо». Влияние социальных норм на личность — тема Саяки Мураты, которая в гиперболизированной манере рассказывает историю Кэйко Фурукуры. Ей уже за тридцать, она живет одна и работает в круглосуточном мини-маркете. Героиня смирилась со своей «ненормальностью», но намеки родителей и соседей продолжают ее выводить из себя. Тогда Кэйко решает притвориться среднестатистической женщиной, желающей брака и стабильной работы.

В книге Мурата переворачивает понятие «нормальности». Чтобы решиться на брак, надо все-таки понять, кому это нужно: вам или «им», ведь часто поведенческие стереотипы приводят к необратимым последствиям. Более развернуто и метафорично Мурата об этом рассуждает в сборнике «Церемония жизни».

«Каждый год, что вы проживаете без мужа, увеличивает ваши ожидания от него многократно, но это не значит, что он вам причитается и что его можно создать на заказ, потому что это не симуляция. Если бы моей работой было создать вам мужчину, то, конечно же, я бы его создала со всем, что есть в этом списке. Но я не могу! Потому что это не машина и не дом — мы говорим о людях. Люди — это люди. Они такие, какие есть. И все, кого я могу надеяться найти для вас, — мужчина, которого вы сможете вытерпеть лет пятьдесят и которому вообще понравитесь. И вы никакой не „улов“! Потому что вы не рыба».

Такой тирадой разразилась Люси, когда ей в очередной раз зачитали огромный список требований (собеседница аргументировала запрос тем, что она сама «хороший улов»). Сегодня, находясь в поисках партнера, многие теряют контакт с реальностью и начинают мыслить категориями дейтинговых приложений. Журналистка Жюдит Дюпортей начинает свою книгу с того, сколько сил и нервов она потратила, чтобы вписать свое тело в нормы запросов пользователей дейтингов. Она проводила дни в спортзале и купила скинни-джинсы, чтобы доказать кому-то в интернете, что достойна любви. После этого она узнала, что Кремниевая долина скрывает секрет: каким бы красавчиком или красавицей вы себя ни считали, это ничего не значит в эпоху Tinder.

Дюпортей выяснила, что дейтинговые приложения присваивают каждому пользователю рейтинг, который формируется почти так же, как рейтинг Эло в шахматах: алгоритм сравнивает кандидатов на свайп вправо с другими такими же профилями. В зависимости от того, кто больше получает свайпов и от какой категории профилей, определяется рейтинг. Иными словами, если вас свайпают только условные красавчики, ваш рейтинг выше, чем у тех, кого свайпают не-красавчики. Искусственный интеллект не понимает стандартов красоты, поэтому человек с высоким рейтингом — тот, кого большинство посчитали конвенционально привлекательным. Это лишь одна особенность работы приложений, внутри эти системы еще страшнее.

«Ты можешь найти кого-то получше. Ты же знаешь толк в математике. По роду деятельности я встречаю сотни очень востребованных, первоклассных мужчин, но таких, как ты, мы в нашей профессии называем единорог. Ты из области фантастики. Твой брат тоже был единорогом. Почему мои клиентки не могут умерить свои ожидания? Да потому, что, вопреки всему, мужчины вроде тебя реально существуют.

«Ты идеальный: ты умный, у тебя идеальный доход, идеальное образование, идеальный образ жизни, идеальный рост, ты хорош собой, у тебя отличное тело, ты обаятелен. Ты рожден богатым, рос богатым, и сейчас ты богат. Ты десять из десяти в каждой категории. Поэтому я не понимаю, почему ты тратишь время на такую, как я.

Я старше тех, с кем ты мог бы встречаться, а значит, моя красота увянет быстрее, и у меня меньше лет на то, чтобы забеременеть. Если женишься на 25-летней, через 10 лет она будет как я. Если женишься на мне, через 10 лет я буду как моя мать. Я родилась бедной, росла бедной, и, хотя я работаю, я в долгах. Колледж я бросила и актрисой не стала. У меня нет приданого. Скорее у меня отрицательное приданое».

Люси произносит эти слова на свидании с Гарри — тем самым мужчиной, который словно сошел со страниц романа Джейн Остин. Героини Салли Руни чем-то напоминают Люси: они думающие взрослые девушки, которые научились понимать, как все работает. В центре сюжета «Прекрасный мир, где же ты» — две подруги, которые в письмах рассуждают на те же темы, что и «Материалистка»: любовь и отношения, капитализм и социализм, дейтинговые приложения и поиски родственной души.

Помимо прочего, героини книги пытаются разобраться, как мы пришли к рыночным отношениям в любви и почему «деньги тянутся к деньгам». Руни, будучи убежденной марксисткой, пытается понять, почему «рожденные бедными и выросшие бедными» живут так, как Люси, и почему для них важно быть независимыми и сильными.

«Я тоже немного подсчитал. И готов сделать тебе предложение: я люблю тебя сейчас, как любил и прежде, и буду любить до смерти. Это пожизненная гарантия. И я не забуду об этом, даже когда будет хреново. Я поставлю в календаре на каждый день напоминание себе о том, что люблю тебя. Я буду твоей стабильностью».

Такие условия совместной жизни предлагает Джон (Крис Эванс) своей возлюбленной Люси, потому что больше ничего не может ей дать, кроме обещания. Мы не знаем, сдержит ли он его, но в экономическом плане его предложение звучит не слишком убедительно, учитывая, что он все еще перебивается подработками и живет в чуть ли не в коммуналке. В романе «Велнесс» история начинается схожим образом: главный герой Джек — нищий фотограф из арт-сквота, но он считает, что его любовь к Элизабет сильнее внешних обстоятельств. Нейтан Хилл показывает, что происходит после того, как слова не забрать назад, а предложение вечной любви уже сделано. В «Велнесс» мы видим Джека и Элизабет 20 лет спустя как состоявшуюся пару с ребенком, ипотекой, неврозами и невысказанными обидами. Они все еще любят друг друга, но, может быть, воздействие их любви является таким же продуктом самоубеждения и веры, как плацебо.

«Это плохая идея — быть с 37-летним официантом, живущим с соседями по квартире. Я бы сказал, что точно не стоит встречаться с парнем, у которого 2000 долларов на счету, в городе, который ему не по карману, а он все пытается здесь стать театральным актером, ведь как-то ему сказали, что у него хорошо получается. Ни свадьба, ни брак со мной не будут такими, как ты хочешь. Я даже отношений тебе дать не смог, как ты хотела. Прошли годы, а мне все еще не по карману быть с тобой».

Монолог героя Эванса напоминает строчку из песни LCD Soundsystem «New York, I love you, but you’re bringing me down». У Джона нет сил бороться за свою любовь, он знает, что проигрывает во всех битвах. Он не смог покорить город, выстроить карьеру, даже жилье нормальное не в силах найти, что уж говорить о девушке мечты. Он приехал сюда ради творческой реализации, почти как героиня «Свечей Апокалипсиса». В этой автобиографичной книге, составленной по мотивам собственного блога, Татьяна Замировская рассказывает, как работала продавцом и менеджером в бутике дорогих свечей на Манхэттене, пока писательство, ради которого она приехала в Нью-Йорк, не приносило ей денег.

Нью-Йорк, как Лондон или Москва, умеет расщеплять личность, может делать близких далекими, отбирает умение слушать и ампутирует сочувствие. Лирическая героиня Замировской будто потерялась в мегаполисе и вынуждена испепелять себя сомнениями, пока ее мучают покупатели и снобы-начальники. Но заканчивается ее роман заметок хеппи-эндом, так же как у Джона с Люси.