В июле 2026-го Sony объявила о полном отказе от выпуска игр на дисках с 2028 года. Реакция сообщества оказалась острой: тысячи возмущенных комментариев, десятки петиций, аккуратные мнения от блогеров и разработчиков. Компания явно задела нерв поклонников, переживающих, как они будут владеть, передавать и сохранять видеоигры в эпоху, когда любой цифровой товар можно отозвать. Разобраться в этом мы попросили игрового журналиста и экс-главреда «Игромании» Александра Кузьменко.
Александр Кузьменко
Историк видеоигр и независимый эксперт
Недавно в доме я установил огромный шкаф. Карельская береза, два с лишним метра в высоту, прозрачные стеклянные дверцы с красивыми стальными ручками. Шкаф был нужен для одной цели — наконец-то разобрать кочующие за мной много лет картонные коробки и систематизировать огромную коллекцию игр, накопленную за последние десятилетия. Расставив диски и картриджи, я сидел и битый час смотрел на шкаф, как Конфуций на берегу Хуанхэ, который так и не дождался проплывающего трупа врага. Думал или горевал: теперь уже неважно.
Четыре полки с играми для PlayStation 2. Три с играми для PlayStation 3. Одна — с играми для PlayStation 4. Там, где должна была быть полка с играми для PS5, сиротливо стоял один диск. Мне его подарили сами разработчики, веселые инди-панки из Астрахани.
Диски, они же физические носители, в 2026 году умерли.
Несколько недель назад Sony выступила с рутинным, написанным унылым корпоративным языком пресс-релизом, где сообщалось, что с 2028 года компания прекращает выпуск игр на дисках и переходит на 100%-ную цифру.
Этим заявлением Sony, сама того не ведая, подняла такой информационный шум, что ее главному маркетологу, наверное, дали премию (или уволили, что в случае с современными корпорациями куда вероятнее).
Рассерженные игроки в первый же день написали несколько петиций и собрали сотни тысяч подписей. Независимые разработчики вышли на виртуальный пикет в одном из тредов-миллионников на Reddit. С аналитикой про будущее рынка видеоигр высказались все мировые издания — от Financial Times до районной газеты «Вельские вести». Дали свои комментарии Ив Гиймо (директор Ubisoft), Дэн Хаузер («отец» GTA), Хидэо Кодзима (этого и так все знают). Не остались в стороне практически все лидеры мнений. Возможно, за исключением Дональда Трампа (но мы относимся с пониманием — его сейчас волнуют куда более серьезные проблемы).
Попробуем трезво разобраться, почему такой вроде бы простой вопрос, как окончательный переход от пластикового мира к цифровому, столь взволновал человечество.
Корпоративная цифрономика
С точки зрения большого бизнеса все предельно логично. Игра на диске, особенно когда мы говорим про ААА-тайтлы на больших консолях, стоит приблизительно 60–80 долларов. Неважно, скачиваете ли вы ее из стора или покупаете в коробочной версии, — цена одинакова.
Не нужно быть знатоком Карла Маркса и Макса Вебера, чтобы понимать: физическая версия обходится издателю дороже. Напечатать диски, купить пластиковые коробки, развести все это на гигантских контейнеровозах по четырем океанам и двумстам странам, разместить на полках магазинов… Очевидно, это допрасходы и острая головная боль для десятков тысяч человек на каждом из этапов.
Простой пример из недавней статистики. Главный хит Ubisoft этого года — Assassin’s Creed: Black Flag Resynced — в первые недели разошелся нестыдным тиражом в 3 млн копий, из которых физических дисков было продано всего 10 000 штук.
10 000 на 3 миллиона. Делим, вычитаем, вносим в ячейку Excel, рисуем отчет и принимаем логичное решение лавочку с дисковыми копиями сворачивать. Простая скучная экономика.
Можно сколько угодно думать об этике, социальной роли современных IT-корпораций и прочей романтике в розовых очках, но те десять человек, которые сидят в совете директоров любой крупной компании, мыслят исключительно категориями квартального отчета. Осуждать их за это можно, но совершенно бессмысленно. Примерно как ругать бухгалтерию за маленькую зарплату или Росгидрометцентр за заморозки посреди лета.
Из рук в руки
Немного отвлечемся и поговорим о том, чем были физические носители (дискеты, картриджи, CD, DVD и далее по эволюции технологий последних 50 лет) для среднего и малого (но тоже любящего деньги) бизнеса.
В США, все еще главном мировом рынке видеоигр, в 2000 году появилась сеть магазинов Gamestop. На пике развития у нее было около 10 000 точек по всему миру, а оборот достигал 10 млрд долларов. Gamestop — типичный геймерский магазин, аналогов которому полно в любой стране: на прилавках продаются консоли, джойстики-контроллеры, игры, коллекционки, фигурки, книги с руководствами и прохождениями. Заходи и выбирай, как в волшебной пещере Аладдина.
Но главный секрет и чуть ли не 50% оборота сети — это не продажа гиковских чудес, а неприметный ящик размером с манеж для новорожденных детей, который доверху завален дисками, картриджами и потертыми коробками. Над манежем — аршинная надпись: «УЦЕНЕННЫЙ ТОВАР».
Если в этой куче сокровищ хорошенько порыться, можно найти прошлогоднюю Call of Duty за 30 долларов, вполне товарного вида коллекционку Civilization за 20 или раритетное издание Dr. Mario 1990 года для самой первой Game Boy. Стоит что-то вроде пяти баксов, примерно как дешевый бургер в американском «Макдаке» на фудкорте в том же ТЦ, где Gamestop арендует свои 35 законных квадратов.
Схема проста: купил новую игру, прошел, принес в Gamestop, сдал за полцены и тут же получил наличные. Продавец за прилавком прибавил к ее цене 10 долларов, прилепил наклейку с новым прайсом и закинул в манеж. Профит сразу всем — и игрокам, и комиссионке.
Десятки лет рынок таких б/у игр был неотъемлемой частью игровой культуры и устраивал абсолютно всех. А теперь с исчезновением физических носителей он физически — простите за каламбур — перестанет существовать.
Охотники и собиратели
Ладно, забудем на минутку о небогатых американцах, которые ходят в игровой секонд-хенд. Людям во все времена были нужны зрелища независимо от достатка и социального положения. Основной шум по поводу отмены дисков поднимает совсем другая категория людей — идейные, с достатком, в хорошем смысле этого слова ****** (чокнутые). Коллекционеры.
Охотники за редкими дисками и собиратели гигантских библиотек нераспечатанных картриджей, служители культа первых изданий и кладовщики запаянных в заводской пластик редких фигурок популярных игровых персонажей из давно забытых видеоигр.
Вы наверняка не раз видели в интернете фотографии их гаргантюанских коллекций несметных сокровищ винтажного счастья, которые, только по примерным оценкам, стоят от десятков до миллионов долларов.
Коллекционирование — хоть марок, хоть марочных коньяков, хоть марочных видеоигр — своего рода мания, а настоящий в добром смысле слова маньяк, когда его лишают любимого развлечения, может разбушеваться как пятьсот Фантомасов.
С победой цифрового мира над пластиковым этих добряков жальче всего.
Экспедиция 35
А чем переход на цифру грозит обычным людям, которые просто любят игры?
Не включаем паничку, мыслим трезво: отмена физических носителей в совсем недалеком будущем грозит цифровым рэкетом и посмертным забвением.
Больше десяти лет назад великий американский актер Брюс Уиллис, тогда еще находящийся в здравом уме и твердой памяти, но уже чувствовавший неизбежное приближение страшной болезни, вдруг озаботился вопросом завещания и решил передать после своей кончины всю его коллекцию Apple Music детям. А Брюс Уиллис — известный меломан. В этой его коллекции треков на десятки тысяч долларов — серьезные деньги.
Через пару дней, правда, выяснилось, что история с Уиллисом — фейк из какой-то желтой газеты, но информационная машина уже не на шутку завелась. Из своих скучных юридических болот моментально выпрыгнули эксперты по авторскому праву и начали расшатывать интернет. Выяснилось, что, когда мы ставим галочку под этими длинными и никем не читаемыми документами, которые называются пользовательским соглашением (так называемое End User License Agreement, или EULA), в них всегда есть несколько специальных абзацев:
- Приобретая треки, игры, электронные книжки и цифровое что угодно, вы автоматом соглашаетесь с тем фактом, что ваш аккаунт и права на все купленное в этом аккаунте не подлежат передаче или продаже другим лицам.
- Если вы антисистемщик и Робин Гуд, который не послушается предостережения корпоративных юристов и передаст все логины/пароли хоть кому-нибудь, любая корпорация вас моментально заблокирует и лишит контента.
- Если вы, не дай бог, вдруг откинули калоши, ваша безутешная вдова и плачущие дети не получат от корпорации ничего, а заодно приобретут перманентный бан за некорректные вопросы (тут я, конечно, преувеличиваю).
Все эти EULA примерно одинаковым языком (не удивлюсь, если даже в одной адвокатской конторе) написаны у всех крупных корпораций.
Переводя с их юридического языка на человеческий: ВАШ ЦИФРОВОЙ КОНТЕНТ ВАМ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ.
Более того, это не ваша частная собственность, которая рьяно охраняется любым более-менее демократическим государством.
Даже если послать к чертовой бабушке западный мир победившего киберпанка и юриспруденции, а взять в пример отечественные реалии, то в российской Конституции есть статья № 35, где сухо, но четко сказано:
- Право частной собственности охраняется законом.
- Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
- Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения.
- Право наследования гарантируется.
Но для пользовательского соглашения (и уже неважно, какой мировой корпорации, торгующей цифрой) это всё пустые слова. Цифра не собственность.
Цифровые борцы в духе Греты Тумберг продолжают свои Reddit-бунты. Они устраивают интернет-митинги, подписывают петиции и устраивают digital-бузотерство. Из последнего — акция #PSBlackout. Суть забавная: несогласные активисты призывают с 23 по 30 августа 2026 года всех игроков выйти из аккаунта PSN, выключить консоль из розетки и таким образом достучаться до злой, противной и жестокой корпорации Sony.
Поддержим? Конечно. Мой аккаунт для прессы с эксклюзивными релизами для PlayStation компания Sony и так удалила буквально через пару недель после известных событий февраля 2022 года, так что я уже 5 лет как невольно с вами.
Недавно в доме я установил огромный шкаф. Карельская береза, два с лишним метра в высоту, систематизированная огромная коллекция игр, накопленная за несколько десятков лет. Однажды, проходя мимо шкафа, я вспомнил, что где-то на чердаке у меня десять картонных коробок с книжками — купленными, подаренными, доставшимися по наследству, так и не возвращенными в библиотеку (уж прости, читатель, мне этот мелкий грешок).
И ведь у них никто не отзовет лицензию. Не удалит из коробки. Максимум сожжет, но чем такие перформансы с книжными кострами заканчивались в истории, мы прекрасно помним.
Я достал с полок шкафа все диски для PS2, для PS3, для PS4 и тот единственный, подаренный веселыми инди-разработчиками, для PS5 и поставил на их место книги.
Когда отключат интернет, когда исчезнет электричество, когда человечество скатится в новое средневековье, этот злосчастный шкаф будет стоять.
А диски? Лягут через 100 лет в витрину какого-нибудь марсианского политехнического музея будущего в зале «Досуг земного человека первой четверти XXI века», а посетители будут ходить, глазеть, присвистывать и говорить «вау!».
А что думаете вы об отказе Sony от физических изданий игр?
Поделитесь своим мнением в комментариях на сайте! Мы приветствуем аргументированную дискуссию.
Фото: Stanislav Kogiku / SOPA Images / LightRocket via Getty Images, Jaap Arriens / NurPhoto via Getty Images, Brandon Bell / Getty Images, Michael M. Santiago / Getty Images