«Эмилия Перес»: дикий мюзикл с мексиканскими страстями и поющей Зои Салданой

Обсудить0

Материал не предназначен для читателей младше 18 лет.

В цифре вышел один из фаворитов последнего Каннского фестиваля — испаноязычный мюзикл Жака Одиара о женщинах и наркокартелях. В Каннах ему выдали награду жюри и коллективный приз за женскую роль — он достался сразу всем сыгравшим в фильме актрисам. О Мексике Одиар, возможно, знает и не очень много, но зато о человеческой природе ему по-прежнему есть что сказать.

Ксения Реутова

Журналистка, кинокритик

Юристка Рита Моро Кастро (Зои Салдана) тратит свой незаурядный талант на помощь подонкам. В начале фильма она пишет адвокату из своей фирмы блистательную речь, которая помогает освободить женоубийцу. После этого удачно завершенного дела Риту с мешком на голове увозят на встречу к человеку, которого в Мехико знают как жестокого наркобарона Манитаса дель Монте (Карла София Гаскон). Манитас хочет совершить транспереход. Задача Риты — за щедрое вознаграждение найти нужного врача и клинику, а также организовать тайную перевозку жены (Селена Гомес) и детей Манитаса в Швейцарию. Выполнив поручение, героиня переезжает на заработанные деньги в Лондон. Четыре года спустя она встречает там женщину по имени Эмилия Перес и понимает, что ее миссия еще не завершена.

Француз Жак Одиар изначально писал не сценарий к фильму, а либретто к опере. Эмилию Перес он позаимствовал из романа своего друга Бориса Разона «Ecoute». Там, правда, персонаж был второстепенным. Одиар расширил историю и придумал множество мелких деталей, которые больше подошли бы какой-нибудь мексиканской теленовелле, а не серьезной европейской драме. С оперой, увы, не сложилось, но взамен «Эмилия Перес» стала мюзиклом, песни к которому создали французская певица Camille и композитор Клеман Дюколь.

Музыки в фильме много. Песенно-танцевальные номера здесь не разбавляют сюжет, как это часто бывает в голливудских проектах, а органично его продолжают: в одной сцене герои произносят обычные диалоги, а в следующей уже поют ровно о том же самом. В интервью Одиар в качестве источника вдохновения называет классические мюзиклы, существующие в отчетливо политическом контексте: «Шербурские зонтики» и алжирская война, «Кабаре» и нацисты. Предполагается, что «Эмилия Перес» и мексиканские наркокартели продолжают этот ряд, вот только хитов в картине Одиара нет совсем; в музыкальном плане это больше похоже на «Аннетт» Леоса Каракса, где актеры тоже драли горло за идею, а не ради того, чтобы кто-то после выхода из кинозала насвистывал привязавшуюся мелодию или восхищался их вокальными данными.

Селена Гомес

Оперная структура, разбивающая действие на пусть и не пронумерованные, но четко выделяемые акты, и декорации мюзикла (а это именно декорации — всю Мексику на самом деле сняли во Франции) служат Одиару защитными шторками против обвинений, под которые фильм так легко подставляется. Во-первых, что знает французский режиссер о жизни в Мексике? Во-вторых, разве ему есть что сказать об опыте, через который проходит заглавная героиня?

Ответ на первый вопрос находится в два счета. Одиар, может, и не знаток мексиканских реалий, но он и визуализирует не их, а порожденные ими образы. Ведь не надо быть испанцем, чтобы ставить в театре «Кармен». Это, кстати, поняли и приняли французские критики, расхвалившие картину на Каннском фестивале, и не одобрили некоторые американские, по понятным причинам ощущающие с Мексикой куда более тесную связь, чем европейцы.

Со вторым вопросом все чуть сложнее. Испанская трансгендерная актриса Карла Гаскон, звезда сериалов и мыльных опер, вносит в образ Эмилии Перес столько страсти и столько явно личных переживаний, что назвать метания ее героини искусственными или чрезмерными не повернется язык. Тем более что в кадре она существует в окружении таких же взрывных и воинственных женщин. Салдана, освобожденная наконец-то и от синего лба и желтых глаз из «Аватара», и от зеленого грима из «Стражей Галактики», выдает потрясающий перформанс — возможно, лучший в карьере. Не отстает от двух главных актрис и Селена Гомес в роли жены, потерявшей мужа; и песен, и реплик у нее меньше, но энергия в эпизодах с ее участием бурлит та же самая.

Карла Гаскон и Адриана Пас

Однако сам транспереход служит для Одиара не столько конкретным физическим событием, сколько метафорой перерождения. Эмилия хочет не просто видеть себя в зеркале женщиной, она хочет переписать с нуля всю свою жизнь, замолив грехи прошлого. Вместе с Ритой она основывает организацию, которая помогает семьям искать тела родственников, сгинувших в войнах наркокартелей. И именно в этом, а вовсе не в мексиканских страстях, кроется суть фильма.

Большинство картин Жака Одиара рассказывают о выходе человека за очерченные ему судьбой и обстоятельствами пределы. Мелкий преступник из «Мое сердце биться перестало» по ночам лупил битой должников, а днем играл на пианино, мечтая стать концертирующим артистом. Арабский гопник из «Пророка» поднимался на вершину криминальной иерархии. Затюканный тамильский иммигрант в «Дипане» в одиночку уничтожал целую банду. Даже с самым тяжелейшим грузом можно воспарить, даже в самом, на первый взгляд, никчемном и якобы пропащем существе есть искра, из которой может возгореться пламя. Вполне логично, что поиски очередного внутреннего пожара завели Одиара в Мексику, к пылким во всех смыслах персонажам, из которых и высекать ничего не надо — они уже и так горят.

Смотрите также

15 ноября 20249
14 ноября 202464
13 декабря 202435
13 ноября 202411

Главное сегодня

Сегодня0
Вчера5
Сегодня6
Сегодня4
Сегодня2
Сегодня6
Сегодня2
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт. Возможность голосовать за комментарии станет доступна через 8 дней после регистрации