«Карамора»: мыльная опера под маской революции

Первый сериал, снятый Данилой Козловским, наконец-то выходит. Актер играет анархиста дореволюционных времен, столкнувшегося с мировым заговором: все правящие династии в Европе — вампиры. Насколько удачным получился этот эксперимент с альтернативной историей?

Василий Степанов

Кинокритик, главный редактор журнала «Сеанс»

На почту врывается вооруженное звено анархистов под руководством импозантного главаря по кличке Карамора. Для дам сердца он Петенька, для органов — Каразин, а играет его Данила Козловский, так что телеграфистки довольны. От милых, но до крайности перепуганных барышень у аппарата революционеры требуют телеграфировать во все уголки империи свои, очевидно, невыполнимые требования: отмена воинской повинности, роспуск третьего отделения, созыв Учредительного собрания. Подумать только, еще недавно князь Кропоткин диагностировал неготовность русского народа к революции — и вот уже террор в отделе посылок и бандеролей. Экспроприация средь бела дня!

Так группа Караморы жаждет продвинуться в состав могучей анархической организации «Бледные всадники» — в этом названии явно слышится отголосок вполне реально существовавшего, хоть и не такого уж всесильного «Черного знамени». Руководит «Всадниками» нигилист-порнограф Карл, которого играет Федор Лавров. Но, увы, анархия и карьера сочетаются плохо: боевая ячейка трещит по швам от амбиций и ревности после первой же серьезной вылазки. Террористы решают судить своего умеренного товарища особым трибуналом, и от смерти Карамору спасает визит гостя чуть более кровожадного, чем революция. Тощий загадочный мужчина в гусарском ментике (Филипп Янковский) стремительно разделывается с боевиками, но дает ускользнуть герою.

Данила Козловский

«Карамора» постмодернистски собран из фрагментов других историй — главный герой, например, сбежал из одноименного рассказа Максима Горького. Оттуда же явился и полицмейстер Симонов (Игорь Черневич), но зачем создателям сериала понадобились эти имена, по первым сериям неясно. В рассказе Карамора — человек без внятного нравственного компаса, он способен и на подвиг, и на предательство; конфликт в том, что он не понимает, кто он на самом деле. Карамора на экране, скорее, типичный сериальный герой, то есть фигура томно романтическая, состоящая из набора клише («Зло как гидра — кинешь бомбу в одного, и на его месте возникает десять таких») и жгучих взглядов. В своей альтернативной вселенной Козловский играет точно не Азефа, а скорее, Дон Жуана с револьвером.

Местами его выдуманный мир состоит из чистого неймдроппинга: вот мусолят Брэма Стокера, чей Дракула удостаивается отдельного экскурса, вот Маяковский (Николай Комягин из Shortparis) собственной персоной читает потерявшим голову от абсента (!) террористам «Багровый и белый отброшен и скомкан…», а вот появляются Желябов, Сталин и Нобель.

По такому же принципу, из знаковых вещей и моментов, складывается почти стимпанковская реальность «Караморы». Ночной Петербург залит электрическим светом; на экране — ретромашины, явно обогнавшие момент на пару-тройку десятилетий; на герое Данилы Козловского — кожаное пальто в духе Ивана Лапшина. Предъявленный на экране Петербург похож одновременно на то, что мы увидели в «Дуэлянте» и «Шерлоке в России». Это нарядный город с аккуратно разложенным реквизитом и обильно зафактуренными улицами, по которым ходит много нарядных статистов. Да, толчея в массовых сценах организована со всем возможным старанием, и, если бы не суетливый монтаж, здесь было бы что поразглядывать: художественный цех работал на совесть, как это бывало и раньше, в щепетильности продюсеру и режиссеру Козловскому не откажешь.

Никита Кукушкин

Несвойственную отечественным сериалам солидность «Карамора» демонстрирует и в том, что касается постановки экшен-сцен: брутальные вспышки насилия показаны изобретательно и с живодерским любованием. Замысловатая хореография, пластический грим — все это выполнено на высшем уровне. Но, как только дело доходит до диалогов, становится понятно, что автор сосредоточился на концепте (вампиры-охранители, революционеры-миллениалы), но не удосужился ни написать достойные реплики, ни предъявить способные к развитию характеры. «Революция не прощает сомнений, она требует крови», — декламирует герой Никиты Кукушкина по кличке Брем (еще одна отсылка к Горькому). «Барышня! В вас есть огонь справедливости», — соблазняет телеграфистку Данила Козловский. Артисты старшего поколения (Игорь Черневич, Филипп Янковский, Андрей Смоляков, Артур Ваха), кажется, творят себе роли из пустоты, выпутываются паузами, пластикой. А молодежь бубнит невыносимый текст и раздевается в кадре: обнажить хотя бы пятку — это, пожалуй, единственный шанс постановщика отвлечь внимание зрителя от невыносимости диалогов.

Долгая и трудная история производства «Караморы» (проект менял студии и режиссеров) заставила Олесю Герасименко в материале «У нас запрет на реальность» отнести сериал чуть ли не к политическим высказываниям: шутка ли, представителей русского высшего света и императорскую семью буквально сделать кровопийцами? Но популистский потенциал в переносе вампирской темы на социально-исторические реалии создатели «Караморы» разглядели явно не первыми. Карл Маркс называл вампирами промышленников и капиталистов, Вольтер — трактирщиков, а Роберт Бернс — своих издателей. Сегодняшний интерес российского кино к нечисти тоже нельзя сбрасывать со счетов: есть «Вампиры средней полосы», есть «Пищеблок», есть «Сергий против нечисти», грядет «Ампир V». Так что в 2022 году мало предъявить яркий кросс-культурный образ вурдалаков-бумеров (по версии сериала, кровопийцы живут не вечно, а всего-то лет шестьсот). Это, конечно, мило, но ведь еще нужно дать героям интересные характеры и развернуть вокруг кровопийц большой, живой и непротиворечивый мир, в который сможет поверить зритель, открывавший когда-то учебник российской истории, но уже подзабывший, с чего там все началось и к чему привело.

Врач в Элисте сталкивается с первой вспышкой ВИЧ в СССР. Сериал про людей перед лицом неизвестности
В главных ролях:Аскар Ильясов, Никита Ефремов, Евгений Стычкин, Павел Майков, Виктория Агалакова, Елизавета Шакира
Режиссер:Сергей Трофимов, Евгений Стычкин
Смотрите по подписке
Смотреть

Смотрите также

Что смотреть в 2022 году: 50 самых ожидаемых сериалов
Сериалы

Что смотреть в 2022 году: 50 самых ожидаемых сериалов

3 января
12 лучших трейлеров недели: Данила Козловский борется с вампирами, а Зои Кравиц — с агорафобией

12 лучших трейлеров недели: Данила Козловский борется с вампирами, а Зои Кравиц — с агорафобией

14 января
Почему «Сопрано» — главный сериал XXI века
Культовые сериалы

ВидеоПочему «Сопрано» — главный сериал XXI века

19 декабря 2021
Полная история гламура в отечественном кино

Полная история гламура в отечественном кино

17 ноября 2021

Главное сегодня

Смотрите на Кинопоиске

ПодкастЧего боялись в СССР? Обсуждаем третью серию «Нулевого пациента»

Вчера
Чего боялись в СССР? Обсуждаем третью серию «Нулевого пациента»
«Точка кипения»: насколько правдивым получился фильм о ресторанной кухне? Очень, отвечает повар
Мнение

«Точка кипения»: насколько правдивым получился фильм о ресторанной кухне? Очень, отвечает повар

Вчера
«Лучше звоните Солу» на финишной прямой. Что показали в первой половине сезона?
Сериалы

«Лучше звоните Солу» на финишной прямой. Что показали в первой половине сезона?

Вчера2
Нолан собрал суперкаст для «Оппенгеймера». Звездная команда все еще влияет на сборы?

Нолан собрал суперкаст для «Оппенгеймера». Звездная команда все еще влияет на сборы?

Вчера
«Если Батлер не возьмет „Оскар“, я откушу себе ногу»: за что хвалят «Элвиса»

«Если Батлер не возьмет „Оскар“, я откушу себе ногу»: за что хвалят «Элвиса»

Вчера
Плюс Дача возвращается! На ней покажут «Джентльменов» и «Ла-Ла Ленд»

Плюс Дача возвращается! На ней покажут «Джентльменов» и «Ла-Ла Ленд»

Вчера
Главные фильмы перестройки и 1990‑х

Главные фильмы перестройки и 1990‑х

25 мая
Комментарии
Сейчас происходят тяжелые для всех события. Кинопоиск не хочет становиться площадкой для какого-либо противостояния, поэтому на время мы закрываем комментарии. Просим вас отнестись к этому с пониманием.