Следить за инди-релизами непросто — каждый день в Steam и других цифровых магазинах появляются десятки проектов. Многие игры, даже хорошие, остаются незамеченными. У разработчиков не всегда есть бюджет на маркетинг, как у крупных студий, и им часто приходится разрываться между разработкой и продвижением проекта. Симулятор продавца гик-ларька, переносящий игрока в пору детства; путешествия средневекового японского монаха, который учится видеть красоту и боль мира; игра о проводнике потустороннего поезда — рассказываем о нескольких отечественных проектах, которые еще готовятся к релизу — но уже сейчас вызывают интерес.

Артём Коблов
основатель и креативный директор студии perelesoq (Torn Away, «Ларек на улице Ленина»)
«Ларек на улице Ленина» — нарративный симулятор продавца в провинциальном гик-ларьке нулевых. Здесь есть все, что любим мы сами и что ценят игроки: ненавязчивая торговля, куча разножанровых мини-игр, кастомизация, коллекционирование, мини-квесты, тамагочи-кот.

В «Ларьке» много отсылок, но его нельзя назвать бессвязным набором мемов и ностальгических триггеров. Это цельная история о шестнадцатилетнем парне со своим характером, амбициями и трудностями в отношениях с людьми. Желание впечатлить девчонку, глупая ссора с лучшим другом, предложение приятеля быстро и непыльно подзаработать — знакомые каждому ситуации разворачиваются неожиданным образом и складываются в единый сюжет.
В нашей игре можно сыграть на компьютере в пародийные хиты 1990-х и 2000-х. Исков мы не боимся, потому что отказались от пародий в пользу чистого сотворчества.
В мае 2025 года мы совместно с Институтом бизнеса и дизайна провели геймджем, на котором предложили молодым разработчикам сделать проекты на тему ностальгии. Игры-победители получились очень разными по жанрам и настроению. В них можно сыграть на внутриигровом компьютере в «Ларьке». Для талантливых начинающих команд это крутой шанс получить большой релиз в Steam, а для «Ларька» — способ обогатить игровой опыт. Некоторые из этих мини-игр мы бы просто не создали сами, так как увлекаемся другими жанрами.

Вообще, мир игры гораздо шире, чем стены ларька и пятачок перед ним. Игрок узнаёт о нем через товары, новости и случайных прохожих. У нас около 80 персонажей со своими характерами, личными историями и вкусовыми предпочтениями. Создавая их, мы использовали подход «А что, если?».
А что, если молодой таксист крутит баранку только ради спокойствия мамы, а втайне зарабатывает дрифтингом и копит бабки на свою кальянную? Насколько правдива эта история? Или это классическая выдумка «да у меня три бизнеса, брат, таксую для души»?
День из жизни героя выглядит так: проснулись-потянулись — да, прямо в ларьке, здесь наш Начальник складирует мебель своего повзрослевшего сына — и вперед, на разгрузку товаров! Заодно получаем поручения: их лучше выполнить, если хотим надбавку.
В дневную рабочую запару обслуживаем спешащих на работу взрослых, идущих из школы малышей и бездельников разных возрастов. Обязательно решаем парочку чужих проблем — или ненароком их усугубляем.
В обед выходим размяться, выполнить квесты и обязательно ввязаться в какую-нибудь уличную заварушку — куда же без нас. К вечеру возвращаемся за прилавок: продаем пивко уставшим работягам и запрещенку — импозантной полуночной публике. Перед сном выходим прогуляться и по желанию становимся затычкой в очередной бочке. А потом все, на боковую.


Игру хорошо принимают и у нас, и за рубежом. Интерес к постсоветской эстетике за рубежом цикличен: он был заметен десять лет назад и виден сейчас — взять хотя бы успех Юры Борисова и триумф «Аноры». Но в игровой индустрии такие кейсы до сих пор редкость. Тот же Atomic Heart — это все-таки про советский ретрофутуризм, а не про 2007-й, который так отчаянно хочется вернуть.
Объяснить контекст и прелесть российских нулевых иностранному игроку за те пять секунд, что он готов потратить на незнакомый контент в сети, — задачка со звездочкой. Коллеги по цеху часто спрашивают: зачем вы в это ввязались? Почему бы не взять популярную японскую эстетику или стандартное фэнтези?
«Ларек» далек от масштабных экономических тайкунов, но гораздо более разнообразен в плане игрового опыта, чем в среднем игры с большой ставкой на повествование. В нашей игре прогрессируют не механики торговли, а персонаж. Причем как в нарративном, так и в геймплейном смысле. Кирилл постоянно учится новому вместе с игроком, развивает бизнес неожиданными способами, совершает ошибки и пытается их исправить.

В игре есть система репутации с двумя ключевыми показателями: уровень гиковства и уровень бандитства. На них влияют не только глобальные сюжетные развилки, но и повседневный стиль. Забыли убраться возле ларька? Продали ребенку запрещенку? Или, наоборот, вовремя достали пиратский диск с новым Гарриком Поваром? По району мгновенно поползут слухи. А они напрямую влияют на контингент покупателей и доступность товаров.
От крупных сюжетных решений, в свою очередь, зависит не только судьба самого ларька, но и благополучие Кирилла и его близких. Игра не наказывает за желание повеселиться и попробовать серые схемы, но любой риск имеет осязаемые последствия. Прямо как в жизни.

Люба Нурмухамбетова
сооснователь студии Advena Games, гейм-дизайнер и художник
Mountain Home, или «Горная хижина», — игра про японского монаха Сайгё, который оказался на земле, страдающей от сильного проклятия. Все люди, которые здесь раньше жили, погибли, остались только их печальные призраки, а также множество разных ёкаев, злых и добрых.

Главному герою предстоит помочь призракам, прогнать злых демонов, познакомиться со множеством добрых духов и, самое главное, выяснить причину проклятия и постараться его снять. В этом ему будут помогать хитрый лис Кицунэ, ставшие его спутниками цукумогами и поэтическое вдохновение.
Когда мы выбирали визуальный стиль для «Хижины», мы не хотели делать очевидных для японского сеттинга вещей. В игре есть поэзия, которая должна помогать герою бороться с окружающими его несчастьями. Первые варианты визуала были более поэтичными. Но потом мы решили, что мир вокруг должен выглядеть суровым, игрок должен чувствовать, что над ним довлеет проклятие. Тогда на контрасте с этим поэтические вставки смотрятся как что-то особенное, как истинное утешение.
При создании визуального стиля мы вдохновлялись японскими нэцкэ, керамикой раку и такими художниками, как Ёситоси Мори и Дзиро Такидаира.
Мы выбрали несколько оригинальных стихотворений из сборника «Горная хижина» японского поэта Сайгё. Но в игре стихи больше присутствуют как сама идея поэзии, которая преображает мир. Для того чтобы герой в игре написал стихотворение, игрок должен найти правильное место. Иногда оно становится доступным только после того, как местность очищена от скверны или оттуда изгнан демон. Само составление танки выглядит как маленькая мини-игра, в которой нужно найти правильную последовательность действий, чтобы пейзаж перед героем изменился.


Нас больше волновал не сам процесс сочинения танки, а то, как поэзия будет встроена в общую механику игры. Написание стихов увеличивает «жизнь» героя, которая у нас называется «спокойствием». Чем больше времени игрок посвятит исследованию мира и нахождению проявлений прекрасного, тем больше в его душе гармонии и тем дольше он сможет противостоять демонам во время ритуалов изгнания.
Японская демонология — одна из самых богатых и подробно разработанных. Нет нужды придумывать что-то свое. Мы потратили много времени на сбор материалов по японскому фольклору. Истории для персонажей игры мы сочиняем сами, но в их основе известные мотивы и сюжеты японских сказок и кайданов. Мы пригласили поучаствовать в разработке консультанта по японской демонологии Дарью Трынкину. Она автор нескольких книг о ёкаях на русском языке.
В игре будут ёкаи-противники и ёкаи-помощники. Для победы над противником понадобится все, что имеет отношение к его истории. Это могут быть и важные для него предметы, и разговор о событиях прошлого, и подходящие молитвы, и помощь цукумогами.

У нас есть молитвы, это что-то вроде заклинаний. Противники монаха будут испытывать разные негативные эмоции. В японской культуре много историй о том, как слишком сильные эмоции приводят к тому, что человек, который их испытывает, превращается в демоническое существо. Для того чтобы провести ритуал и успокоить призрака или изгнать демона, нужно найти и применить правильные молитвы, соответствующие конкретной эмоции. Иногда придется использовать несколько молитв в нужной последовательности, а иногда нужно найти способ изменить эмоцию противника на какую-то другую. Сделать это можно, выяснив его предысторию.
Каждый ритуал уникален, напрямую связан с историей призрака или демона. Будут и такие противники, которые ценят поэзию и для помощи которым нужно прямо в бою почитать стихи.
Mountain Home будет переведена в том числе и на японский язык. Нам всегда интересно смотреть, как люди, не являющиеся частью русской культуры, воспринимают ее со стороны. Часто это приносит своеобразные откровения. То, что нам кажется обыденным и привычным, для человека другой культуры может выглядеть удивительным.

Мы не работали для японской аудитории раньше и не знаем, понравится ли ей наш проект. Но мы надеемся, что «Горная хижина» сможет заинтересовать ее свежим взглядом на богатую и удивительную японскую культуру.

Артём Найденов
гейм-директор и гейм-дизайнер студии Siberian Koala
Going My Way? — это камерный детективный хоррор о проводнике странного поезда, который снова и снова проходит один и тот же маршрут, но каждый новый цикл отличается от предыдущего. Игрок знакомится с пассажирами, запоминает их истории, привычки и странности, а затем пытается понять, кто из них все еще человек, а чье место уже занял двойник-скиталец. Скитальцы — пугающий и не до конца изученный феномен в мире игры. Они способны принимать облик людей, но полностью следовать чужой роли не могут. Скитальцы ошибаются в деталях, путаются в показаниях, ведут себя не так, как люди, которых они заменили. Это игра про наблюдательность, паранойю и неприятные решения, за которые приходится отвечать.

Примерная продолжительность игры — около четырех часов. В зависимости от темпа игрока и того, насколько внимательно он будет изучать пассажиров, диалоги и детали окружения, это значение может меняться.
В целом игра построена так, чтобы игрок получил удовольствие за одно полноценное прохождение. Мы не делаем бесконечный рогалик или процедурную историю, у игры есть авторский сюжет, важные события и несколько финалов.
Реиграбельность строится не на перемешивании или генерации контента, а на том, что после первого прохождения игрок иначе смотрит на знакомые реплики, поведение пассажиров и события, происходящие в мире. Особо любопытные и дотошные игроки смогут пройти Going My Way? несколько раз, чтобы заметить больше деталей, проверить другие решения и лучше «собрать» общую картину происходящего. Нам хочется, чтобы повторное прохождение ощущалось не как «еще один забег», а как возвращение в историю, где ты теперь замечаешь то, что раньше пропустил.
Мир за окном состава пустынный и холодный. Поезд идет через темные глухие леса, одинокие и заснеженные деревушки и пустоши.
Но за этой внешней пустотой скрывается мрачный, бюрократический и немного абсурдный мир. За пределами поездного состава распространяется странная эпидемия бессонницы, все чаще появляются сообщения о скитальцах, а вокруг происходит множество других необъяснимых событий и явлений.
Многое из того, что происходит за пределами поезда, игрок узнаёт из газет, служебных распоряжений и историй самих пассажиров. Нам важно ощущение, что поезд едет не через набор «уровней», а через живую реальность, которая сильно больна.


Главная механика в голове игрока — наблюдение и сравнение. Проводник слушает пассажиров, запоминает их истории, изучает их багаж, привычки, еду, реакции и поведение, а затем сопоставляет с тем, что было в прошлых циклах. Если пассажир вдруг путается в показаниях, ведет себя не так, как раньше, или приносит с собой вещи, которые ему не подходят, это может быть важным сигналом.
Поезд в игре — не просто транспорт, это не до конца понятное явление, как и скитальцы. В игре есть этап, когда состав погружается в темноту (именно в этот момент скитальцы и некоторые пассажиры могут совершить что-то ужасное). Чтобы выйти из этого «лимба» и продолжить путь, проводник обязан отдать одного из пассажиров поезду. Это одна из его служебных обязанностей.
С точки зрения геймплея, кормление поезда напрямую связано с расследованием. Если игрок уверен, что перед ним скиталец, решение отправить его в печь может казаться оправданным. Но если он ошибся — или у него просто не было другого выбора — и в итоге отправил в топку обычного человека, это становится не просто сюжетной деталью, а последствием его невнимательности или принятого риска.
Игрок теряет пассажира, теряет возможную информацию, а игра, в свою очередь, учитывает, сколько людей и скитальцев вы в итоге довезли до финальной станции, поэтому каждое решение влияет на общее ощущение прохождения и финальный результат.

А чай — это не просто бытовая деталь, с его помощью можно влиять на поведение пассажиров, открывать дополнительные разговоры или, наоборот, пытаться удержать ситуацию под контролем.
Попутчики почти не взаимодействуют друг с другом в прямом смысле слова. Мы не делаем симулятор, где каждый пассажир постоянно общается с остальными в реальном времени. Но в игре есть система комбинаций и реакций для тех, кто оказывается в одном купе.
Для проводника важно не только поговорить с пассажиром, но и понять, рядом с кем его посадить. Кто-то может отказаться говорить, если рядом находится неприятный ему попутчик, кто-то начинает нервничать, оказавшись рядом с кошкой, а кто-то, наоборот, оставшись в купе в одиночестве, может рассказать гораздо больше, чем обычно. Есть и более опасные попутчики, которые способны убить того, кто сидит рядом. Поэтому рассадка — это не просто бытовая задача, а еще один способ управлять ситуацией, получать информацию или ошибаться — со всеми последствиями.
Железная дорога — очень сильный образ для игр, у нее есть маршрут, замкнутое пространство и люди, которые временно оказались «заперты» вместе. В этом смысле мы, конечно, существуем в культурном поле, где есть и The Last Express, и The Final Station, и Metro Exodus, и множество других историй о поездах.
Но Going My Way? — история не про большое путешествие, не про экшен и не про приключение в духе «добраться из точки А в точку Б». Наш поезд — это скорее ловушка, ритуал и рабочее место одновременно. Игрок не просто едет внутри истории, он обслуживает ее, слушает людей, принимает решения, ошибается, жертвует, сверяет детали и пытается понять, кто в этот раз уже не человек, а опасный скиталец.

Если говорить коротко, то это не игра о том, куда едет поезд, а игра о том, кого ты решишь довезти до следующей станции.