«Мы по-разному ощущаем смерть»: Юра Борисов о бардаке, русской душе и европейских режиссерах

В рубрике «Главный герой», где мы публикуем монологи ключевых лиц российской киноиндустрии, выступает Юра Борисов. Один из самых узнаваемых актеров своего поколения рассказывает про работу с Серебренниковым, Меликян и Бондарчуком, а также рассуждает о том, почему сегодня общее ощущение того, что «русское кино в топе», важнее отдельных удач его участников.

Юра Борисов (1992) — именно так, не Юрий — окончил Театральное училище им. Щепкина, работал в московском театре «Сатирикон», сыграл во многих сериалах (в том числе в «Ольге» и «Законе каменных джунглей»). В 2018 году появился на экране в образе вертлявого гопника в фильме о 1990-х «Хрусталь» Дарьи Жук, затем сыграл главную роль в бандитской драме «Бык», посвященной той же эпохе (Гран-при «Кинотавра-2019»). С тех пор Борисов успел дать развернутое интервью Юрию Дудю, засветиться в списке 12 Rising Russian Talents Ready for the Global Stage на сайте Variety и поучаствовать в двух десятках кино- и сериальных проектов — от в разной степени исторических «Калашникова», «Союза Спасения» и «Красного призрака» до «Феи» Анны Меликян, нетфликсовского хита «Серебряные коньки», нового сезона «Эпидемии» и «Петровых в гриппе» Кирилла Серебренникова.

О выборе ролей

У меня катастрофически много времени уходит на выбор материала. Первый критерий — это сценарий. Если он не заинтересовывает с первых страниц или с идеи в заявке, дальше нет смысла тратить время. Видишь какие-то маячки — тему, мысль или характер, потом встречаешься с режиссером. И это самый главный момент — посмотреть друг другу в глаза и обсудить. Чек, чек... Если мы понимаем друг друга и нам кайфово обсуждать, что мы можем сделать, значит, будет интересно вместе работать и есть шанс создать что-то стоящее. Это ключевой момент, потому что кто такой режиссер? Тот, у кого есть идея. Как бы странно это ни звучало, у многих, оказывается, нет никакой ясной идеи. А бывает, идея есть, но она мне чужда. Она, может, и крутая, человек может быть очень интересным, но история не моя. Я учу себя останавливаться и думать. Если вовремя не понять, что вам не по пути, потом вы просто друг друга мучаете, перетягивая одеяло.

О Кирилле Серебренникове

Во время работы над «Петровыми» я каждый день жадно наблюдал за тем, что происходило вокруг. Такого огромного количества талантливых людей во всех цехах я не видел. Начиная с тех, кто строит декорации, ставит кадр и стоит за камерой, и заканчивая теми, кто приносит обеды.

Кирилл Семенович — это не просто «есть идея». Работая с ним, видишь комплекс логично выстроенных идей за каждым действием. Это настолько интересная система, что ты сразу принимаешь с благодарностью возможность помочь ему выразить то, что он задумал. Когда режиссер понимает, что делает, лучшее, что может сделать актер, — это помочь ему и стать в его руках идеальным пластилином. «Петровы в гриппе» — сложное, большое, метафоричное и многоплановое кино. Мне бывает скучно играть в прямолинейных фильмах. Обычно я занимаюсь тем, что ищу в сценарии третий, четвертый слой, пытаюсь понять, как они могут взаимодействовать и сочетаться. А тут изначально ничего не надо было придумывать — наоборот, я закопался в книгу и попытался для начала просто разобраться. Потом пришел на площадку, а Кирилл Семенович все уже нашел и понимает, все продумал и знает, как переносить на экран. Ценно, что при этом он все равно не прекращает поиски и открыт тому, что происходит прямо сейчас. Я не знаю другого человека, который так остро чувствует актуальность сегодняшнего дня.

О наивности и авторском кино

Делая кассовые фильмы, Анна Меликян всегда снимает авторское кино, просто это достаточно дорогое авторское кино по меркам России. В ее фильмах, в том числе в «Фее», виден ее взгляд на мир, и главная его драгоценность — это наивность. Аня достаточно наивный человек, который не стесняется говорить, что она снимает про любовь, что видит жизнь как любовь. Это оставляет человека без брони — такое не все позволяют. Мне кажется, что наивность — одна из самых важных вещей в жизни. Мы можем быть сколько угодно умными или сильными, но если мы не будем при этом наивными, то не сможем получать новое, узнавать мир, во что-то искренне верить. В этом смысле наивность — это способ оставаться живым. Но большинство людей воспринимают наивных людей как глупых, поэтому все наивности очень боятся.

О Бондарчуке и холодном море

Мне было очень интересно посмотреть, как работает большое кино в нашей стране. На «Вторжении» Федора Сергеевича была самая организованная съемочная площадка в моей жизни. Это было удивительно, мне казалось, что в России такое невозможно. Это, конечно, не значит, что все идет по плану. Конечно, постоянно случаются сбои, но как только кто-то видит проблему, она мгновенно превращается в задачу. Миллиард людей каким-то образом так синхронизированы, что все, когда нужно, готово, все работает, никто никуда не опаздывает, ничего никто не просирает. А это постоянно происходит в русском кино, как бы ты все заранее ни просчитал.

Однажды на съемках одного проекта в Абхазии я плыл в ледяной воде. Весна, Черное море, апрель. Едет лодка, за ней привязана на веревке другая лодка, с нее снимают, как я плыву. По сюжету я должен в последний момент рукой захватиться за борт. Я весь дрожу, плыву изо всех сил, и что-то мне за эту лодку все не хватает десяти сантиметров захватиться. Она проплывает мимо меня, меня сверху снимает коптер. Я в открытом море, от берега метров пятьсот. Они отплывают, катер глохнет — я остаюсь один рыбкой в открытом море, и у меня реально начинает сводить руки и ноги. А режиссер орет с берега: «Тебя снимает коптер. Давай, пока они заведутся, быстро снимем, как ты плывешь. Плыви, плыви на камеру». Я плыву. Силы кончаются, начинаю тонуть, хотя очень хорошо плаваю, но уже тело сводит. И абсурд в том, что меня все видят, все понимают, что происходит, но помочь мне никто не может. И я плыву, плыву, плыву, что-то мне орут, орут, орут, и я очень замедляюсь, начинаю как черепашка двигаться, а они не могут завести лодку, а я плыву до берега очень-очень медленно. Вот так реально деревянным выхожу на берег.

Об иностранцах и русском душевном бардаке

До недавнего времени нашей главной экспортной нишей были авторские фестивальные фильмы, и никому бы в голову не пришло смотреть российский сериал на Netflix. У меня тоже есть такие проекты, и я это не ощущаю как какой-то свой личный или профессиональный успех — скорее, радуюсь, что стала возможна такая ситуация для индустрии. И если у нас не будет каких-то политических недопониманий с другими странами, такое международное сотрудничество будет активно развиваться, а значит, будет происходить самая важная вещь — обмен культурами.

Нам важно искать общий язык, и я сейчас снимался в проекте «Купе номер шесть» — он буквально про это. Хотя он сделан в России, режиссер и зритель в этом фильме видят страну не так, как мы, это взгляд со стороны. Попал я в него случайно: фильм «Бык» поехал на фестиваль в Карловы Вары, и Юхо Куосманен, режиссер «Купе», был членом жюри. Он посмотрел «Быка», позвонил продюсерам и сказал, что нашел героя. Мы сделали пробы, через пару дней меня утвердили. Потом к проекту также присоединилась Люба Мульменко. В съемочной группе были люди из Финляндии, Эстонии, Германии. Я очень плохо говорил по-английски в тот момент, но мы общались. Не словами, а выработав какой-то общий язык взаимодействия. Финны с русскими похожи, это помогло, между нами не было дисгармонии.

Несмотря на то, что я хочу работать с разными командами, мне бывает тяжело долго общаться с людьми из других стран. С удивлением обнаруживаю, что через пару-тройку недель тоскую по русским дуракам, разгильдяйству, бессмысленности бытия. Ловлю себя на том, что мне хочется все раскидать без причины в пику тому, как у них все отлажено.

Мне кажется, мы по-разному ощущаем смерть. У европейцев ощущение, что есть жизнь, а все, что дальше, будет просто не жизнь. Европейский менталитет более гладкий, что ли, упорядоченный и очень материалистичный. У нас какое-то более сложное бытовое отношение что к смерти, что к жизни. По нему я и начинаю скучать, а вместе с тем по раздолбайству и неоднозначности. С точки зрения прагматичного человека, это плохие качества, но при этом необходимые мне, чтобы гармонично с самим собой существовать.

О стремлении приносить пользу

Я не могу сказать, что с приходом популярности в моей жизни произошла конкретная перемена. Честно говоря, никогда не задавался этим вопросом. Стало проще начать какое-то дело, это точно. Люди тебя знают, у них уже есть к тебе доверие, им заранее интересна твоя идея, хотя я пока не могу сформулировать свою собственную. Она не оформлена, но мне страшно интересно все, что связано с развитием человечества и планеты. Психология, биология. Я безумно люблю журнал Discovery, меня завораживают научные открытия, улучшающие жизнь — то, как люди строят на крышах небоскребов сады, строят инфраструктуры, пытаются менять курс глобального развития. Например, Боян Слат, который придумал плавучие системы очистки океанов от пластика.

Я часто думаю, правильно ли распоряжаюсь собственной известностью. Что я делаю для мира, делаю ли я что-то? Я ведь ни хрена не делаю, можно было бы делать гораздо больше. А есть люди, у которых получилось отлично сформулировать. Вот, например, проект «Помощь» Никиты Кукушкина, где я состою в попечительском совете, — приложение, где можно поддержать пожилых людей в разных городах, купив им продукты. Когда он рассказал про него, я охренел, как это круто, просто и ясно. Важно ведь, что мы можем быть открыты друг другу, не быть врагами. Думаю, это свойство нашего поколения, потому что мы выросли в относительно мирное время, на наших глазах никого не убивали. То есть наши родители не доверяли миру, их родители и бабушки с дедушкой миру не доверяли, а мы почему-то миру доверяем. У меня есть такое ощущение. Почему-то все чаще мы не хотим заборов на участках, где стоят наши дома. Мне хотелось бы транслировать это дальше, налаживать мосты между людьми. А вот Никита придумал эту тему, и это мост, и таких мостов, я уверен, будет становиться только больше.


Что смотрит Юра Борисов и вам советует

«Отец»

Среди фильмов, которые в этом году были номинированы на «Оскар», мне понравился «Отец». Очень тонкая работа Энтони Хопкинса, на которой все держится, а также с помощью монтажа создан совершенно особый мир на грани реальности и нереального.

«Доминион»

Еще мне запал в душу фильм «Доминион» — документальный продюсерский проект Хоакина Феникса о том, насколько неправильно устроены огромные современные фермы по производству мяса. Меня вообще очень сильно волнуют проблемы переработки мусора и неправильного использования ресурсов, так что на меня этот фильм произвел огромное впечатление.

«Дылда»

Из русских фильмов последних лет, конечно, в первую очередь хочется отметить «Дылду», хоть о ней уже и столько всего сказано. Уникальное кино, в котором есть свой язык — и режиссерский, и операторский. И актеры существуют в этом пространстве особенно интересно. Я считаю, что это со всех точек зрения очень крутое кино.

«Хенд Мейд»

Документальный фильм, который снимали разные режиссеры под руководством документалиста Жени Григорьева. Кино про что-то самое важное, что у каждого свое, сделанное собственными руками. Про то, что человек ищет всю жизнь.


Автор: Наиля Гольман

Фото: Слава Новиков

Говорящие камни, пальцы-сосиски и разные версии себя: нашумевший фильм-калейдоскоп теперь в подписке
В главных ролях:Мишель Йео, Джейми Ли Кёртис, Ке Хюи Куан
Режиссер:Дэн Кван, Дэниэл Шайнерт
Смотрите по подписке
Смотреть

Смотрите также

Фильм недели: «Красный призрак». Тарантино в снегах под Смоленском

Фильм недели: «Красный призрак». Тарантино в снегах под Смоленском

14 июня 2021
Чем запомнится «Нулевой пациент»? Мы выбрали 10 пронзительных моментов
Смотрите на Кинопоиске

Чем запомнится «Нулевой пациент»? Мы выбрали 10 пронзительных моментов

Вчера
Юра Борисов дал интервью Дудю. Рассказал о подражании Бодрову и удалении зубов ради ролей

Юра Борисов дал интервью Дудю. Рассказал о подражании Бодрову и удалении зубов ради ролей

1 сентября 2020
Движение вдоль: Репортаж со съемок фильма «Серебряные коньки»

Движение вдоль: Репортаж со съемок фильма «Серебряные коньки»

11 августа 2019

Главное сегодня

Культовое кино

Это «Нечто»! 5 причин посмотреть полярный хоррор Джона Карпентера 40-летней давности

Сегодня
Это «Нечто»! 5 причин посмотреть полярный хоррор Джона Карпентера 40-летней давности
На Кинопоиске выйдет комедия «Кибердеревня». Ее снимут Валерий Федорович и Евгений Никишов
Индустрия

На Кинопоиске выйдет комедия «Кибердеревня». Ее снимут Валерий Федорович и Евгений Никишов

Вчера0
«Точка кипения»: хроника пикирующего шеф-повара
Рецензия

«Точка кипения»: хроника пикирующего шеф-повара

Вчера1
Чем запомнится «Нулевой пациент»? Мы выбрали 10 пронзительных моментов
Смотрите на Кинопоиске

Чем запомнится «Нулевой пациент»? Мы выбрали 10 пронзительных моментов

Вчера
Кто вы в «Сейлор Мун»? Важнейший тест по аниме

ТестКто вы в «Сейлор Мун»? Важнейший тест по аниме

Вчера14
«Если Батлер не возьмет „Оскар“, я откушу себе ногу»: за что хвалят «Элвиса»

«Если Батлер не возьмет „Оскар“, я откушу себе ногу»: за что хвалят «Элвиса»

час назад
«Род мужской». Как хоррор Алекса Гарленда разоблачает токсичную маскулинность
Крупным планом

Подкаст«Род мужской». Как хоррор Алекса Гарленда разоблачает токсичную маскулинность

Вчера0
Комментарии
Кинопоиск не хочет становиться площадкой для противостояний, поэтому комментарии к большинству материалов остаются закрытыми. Просим вас отнестись к этому с пониманием.