За двумя зайцами
А-а, в Африке горы вот такой вышины! А-а, в Африке реки вот такой ширины! Но по мнению Яна Ларри, для того, чтобы увидеть невиданные прежде чудеса, вовсе необязательно отправляться в далёкие страны и покорять новые континенты, достаточно лишь воспользоваться изобретением профессора Ивана Гермогеновича Енотова. Глоток ароматной газировки, по вкусу напоминающей лимонад, и вот ты уже размером с блоху, и можешь кататься верхом на стрекозе, или охотиться на муравьёв, или… Или быть съеденным каким-нибудь пауком, а то и вовсе безобидным кузнечиком. Да, в мире насекомых зевать нельзя – мигом попадёшься кому-нибудь на зубок.
Ох уж эти писатели – достаточно одной их прихоти, и персонаж мгновенно меняет размер, форму, а то и облик целиком. Однако Ларри стал одним из первых, использовавших этот метод для погружения героев не в выдуманный сказочный мир, а в мир самый что ни на есть реальный, тот, с которым мы сталкиваемся каждый день, убедив маленьких читателей, что чудеса совсем рядом, стоит только руку протянуть, и для того, чтобы открыть для себя что-то невиданное и интересное, нужно лишь поменять угол зрения. Неудивительно, что повесть о приключениях в стране дремучих трав, стала популярной и книга многократно переиздавалась, и тем более закономерно, что экранизация произведения задержалась на целых полвека – воплотить на экране всё разнообразие встреченных героями во время своего путешествия представителей фауны, виделось задачей далеко не простой.
В распоряжении Валерия Родченко было, казалось, всё для создания хорошей экранизации истории Карика и Вали: отличный актёрский состав, способный украсить любой фильм, технические возможности для макросъёмки насекомых, отличный литературный источник. И нельзя сказать, что он этими возможностями не воспользовался – даже сейчас эпизоды взаимодействия уменьшившихся персонажей с огромными пауками и медведками выглядят довольно убедительно, а крупные планы всевозможных жуков и гусениц вызывают ассоциации с персонажами фильмов ужасов и встретиться с ними в тёмном переулке желания не возникает. Голос Василия Ливанова, исполняющего роль профессора энтомологии, неслучайно пестрит знакомыми с детства интонациями Николая Николаевича Дроздова, а мастера комического эпизода Михаил Светин и Ольга Волкова создают на экране чудесную историю внезапно вспыхнувшего светлого чувства.
Однако чрезмерное увлечение деталями в ущерб основной идее фильма сыграло с режиссёром злую шутку, лишив ленту внутреннего баланса. Развитие линии взаимоотношений персонажей второго плана и порой излишне подробная демонстрация возможностей макрообъективов съедают изрядную долю общего хронометража картины, превращая историю о приключениях в микромире в рассказ об умении доблестной советской милиции находить пропавших детей. Хотя, возможно, это и к лучшему, ведь великолепная игра взрослых актёров компенсируется мискастом исполнителей главных ролей. Увы, Родченко – далеко не Нечаев, и даже не Грачевский, так что Карика и Валю играют дети симпатичные, но лишённые не только актёрского таланта, но и какого-либо обаяния, а старательность, с которой они выполняют команды режиссёра, только подчеркивает невыразительность и фальшивость получившихся персонажей.
Приправив получившийся винегрет призывами беречь природу в сочетании с откровенными сказочностями вроде очеловечивания жука, Родченко окончательно изменил вектор фильма, трансформировав мир реальный в нарочито фантастический. И вот уже нет ничего удивительного в том, что после встречи главных героев с уменьшившимся профессором все хищные насекомые исчезают будто по мановению волшебной палочки, а дорога домой становится безопасной и приятной. Это сказка, дружок, здесь не бывает иначе. Поэтому непопулярность получившейся смеси документального кино о жизни членистоногих с морализаторской детской картиной вполне закономерна: как говорится, одна травинка, ещё не лес, одна идея – ещё не фильм.