I just came to say goodbye. I didn`t want you to see me cry, I`m fine. But I know it`s a lie (Skillet, The last night)
2 AM and she calls me cause I'm still awake,
'Can you help me unravel my latest mistake?
I don't love him. Winter just wasn't my season'
Yeah we walk through the doors, so accusing their eyes
Like they have any right at all to criticize,
Hypocrites. You're all here for the very same reason
Откровения Мицуки Хаясе
Сегодня она смотрела на водную гладь, в бассейне было так спокойно, уютно, а ностальгия не давала отчаянию утопить сознание. Сладко потянувшись, Мицуки вспоминала все, что когда-то было – плавание, победы, надежды, русоволосого Такаюки. Сначала друг, а потом… Потом просто смысл жизни. Ну как так могло произойти в ее маленьком мирке, где Наруми было отведено скромное место парня ее лучшей подруги?
Я наверно очень часто выбирала неправильные дороги, плохо поступала с близкими из своего прошлого и предала всех – себя, Такаюки, Харуку, даже Синдзи, ослабела в вечной схватке за счастье в любви. Но сегодня в который раз подумала – кончено, я так не могу. Нет, наверно не в который раз – наконец в голове оформилась четкая мысль «Я не вещь. И ты мне больше не нужен». Мне все равно, поверит он или нет, остановит или как всегда спокойно проводит взглядом. Я ведь не маленькая уже, и наше с ним будущее не игрушка, мне не нужна слабая безвольная рыба вместо возлюбленного.
3 года назад. Это случилось словно вчера для Хару и так давно для нас. Он думал лишь о ее страданиях, своей вине и совершенно не замечал меня, то калеча душу бурной депрессией, то вылечивая всплесками любви. Харука – она сильная, мы никогда не знали всей ее силы. Она быстро оправится от любых потрясений, и, легонько смущаясь, добьется своей цели. А я не такая. Была когда-то – еще в школе, но теперь поменялась местами с той вечно краснеющей девчонкой Хару, которая теперь отрастила красивые рыжие волосы. А я свой длинный синий хвост остригла, и храбрость словно ушла вместе с ним, доверие же вместе с сердцем навеки перекочевали к Такаюки.
Он до сих пор живет в мире своих грез, но прошлое не вернуть, с его счастьем и болью, и не искупить нашу вину перед Харукой. Моя драгоценная подруга, бывшая девушка Такаюки - она потеряла время, но я тоже пострадала – смотрела на человека, которого люблю всем сердцем, страдающего у больничной койки Харуки, которая мне дороже сестры, и ничего не могла поделать. Может я эгоистка, но я слишком много дала Такаюки, чтобы ничего не желать взамен. А понять его характер можно было еще раньше – когда он бросал свою «официально провозглашенную» девушку, чтобы побыть со мной, послушать те смешные бредни на нашем холме. Я не провидица и по незнанию отнимала Такаюки у той, что имела свои права на него. Мы ведь с ним и с Синдзи были просто веселой троицей друзей, и я не виновата, что хотела постоянно видеть своего друга, быть с ним, рассказывать и слушать. Мне так долго удавалось обманывать себя.
Если он вернется к Харуке, то пусть даст ей ту любовь и заботу, которую так жаждала я в своем замкнутом одиночестве. Ведь тот, кого я люблю, такой невнимательный и жестокий – совсем как ребенок. Это дети обычно слепы к эмоциям другим. Тогда в кинотеатре… Он поступил с Судзумией так же как и поступал потом со мной каждый день нашей совместной жизни. Ее полные боли слова, я никогда не забуду.
Я не хочу слушать. Я не хочу слушать это. Я не хочу, чтобы опять было плохо. Неважно, если все кончено, не важно, если ты меня не любишь, но если ты мне это скажешь, я…
Бойкая Акане, сестричка Харуки, хотела быть во всем на меня похожей – а я не оправдала надежд. Да и Синдзи – кажется, он меня любил? Я тоже была слепа и никого не замечала кроме Такаюки Наруми, он был мне очень нужен, а его доброта почему-то причиняла боль. Может быть, если я начну новую жизнь, сменю работу, выброшу оставшиеся проспекты – нам ведь так больше не снять себе квартиры – то смогу выкинуть три года из памяти, эти ночи, его отстраненность или нежность. Не думаю, что он когда-нибудь осознает, что вместе со мной потерял часть своей души. Он все такой же слепец, как и в детстве, этот Такаюки. Но я наверно еще долго не смогу забыть и буду по привычке ждать – судьба, смеясь, поменяла нас с Харукой местами. Если он выберет ее, то пожелаю им счастья, она заслужила. Если меня… Даже гипотетически призрачная надежда причиняет мне боль и мешает рассуждать холодно и здраво, хоть я всегда была вспыльчивой и порывистой.
Пока я так и не смогла ответить на вопрос, каков должен быть окончательный выбор между порядочностью и долгом на одной чаше весов и любовью на другой. Но мое плачевное состояние, полнейшая слабость служат доказательством неприглядной правды. Любовь, увы, не все оправдывает, особенно если ты не чувствуешь взаимности – страшней всего мысль, что Такаюки все равно с кем быть, так же как и нет разницы, поступать ли в престижный университет или идти работать официантом. Правильный или неправильный, но выбор всегда причиняет боль, и с уже израненной в молодости душой нам нужно идти дальше. Мне всегда хотелось встряхнуть его, докричаться, как-то доказать, что я живой человек, а не его обнаженная кукла под покрывалом. Я никогда не скажу ему, что истинным счастьем для меня было бы стать его единственной.
Если боль неизбежна, я сейчас возьму это письмо, сожгу его и выпью стакан виски за наше призрачное счастье. Никто никогда не узнает, что я написала ему в день цветения сакуры. А потом я, тихонько захлопнув дверь, уйду, оставив на память кружку с дельфином, улыбнусь за дверью и соберу остаток воли, чтобы не разрыдаться. Но вот слезы уже бегут по щекам, и так странно ломит сердце. Новые туфли жмут, но я так же забуду Такаюки, мой сладкий несбывшийся сон, как тот отломанный каблук, не зная, то ли он в этот момент, там в комнате, хочет догнать меня, то ли вздохнул сейчас с облегчением. Я устала выбирать. Теперь поворот сюжета нашей жизни за ним. Ведь, если наши беспокойные сердца всегда бились вместе, он поймет.
2 AM and I'm still awake, writing a song.
If I get it all down on paper, it's no longer inside of me,
Threatening the life it belongs to...