В издательстве «Азбука. Голоса» и в Яндекс Книгах вышел третий роман ростовской писательницы Марины Чуфистовой «Отец Серёжа». Ее первые книги «День, когда Бога не стало» и «Йалка» стали финалистами престижных литературных премий, но новая история о молодом священнике незаслуженно тихо встречена широкой литературной общественностью. Татьяна Худякова исправляет это обстоятельство и рассказывает, почему на роман стоит обратить внимание.
Татьяна Худякова
Литературный обозреватель
Марина Чуфистова — одна из ярких представительниц очень условного направления, которое в российских книжных медиа окрестили южной готикой. По большому счету главная объединяющая сила книг этого жанра — пространство российского юга от Ростова-на-Дону до Кавказа. Обычно в этот котел бросают понемногу: социальные проблемы, фольклор, эхо 90-х, мрачные тайны прошлого и суровый быт настоящего. Все это в избытке присутствует и в «Отце Серёже».
Сюжет строится вокруг классического тропа «чужак приезжает в город». Вернее, не в город, а в ростовский хутор Богданов. Туда на смену почившему старенькому батюшке прибывает молодой священник отец Сергий, он же отец Серёжа. Приезжает не по доброй воле — это ссылка за некую провинность. Его примечательная фигура неловко торчит в этой южной глубинке, как дерево посреди степи: он нечеловечески красив («будто рожден для того, чтобы стать натурщиком для икон»), он приехал из большого города без жены, он ездит на дорогой «Тесле», носит модные кроссовки, роскошный подрясник и — о ужас! — тайком курит. Местные жители смотрят на него со смесью недоверия и восторга.
— Голос какой, — кто-то снова шептал. — Мне его закажи, когда помру.
⟨...⟩ Сергей почти привык к тому, как на него реагируют, но если бы умел краснеть, если бы эта способность не атрофировалась за годы службы, он бы краснел каждый раз, когда сталкивался с тем, как разглядывают его прихожане.
При этом окружают молодого батюшку своеобразной заботой: жена местного сторожа каждый день приносит ему ужин и подкармливает конфетами, две веселые сестры-атеистки регулярно снабжают сплетнями, а полублаженная Машенька, которая по причине удаленной у нее матки «не считалась женщиной», делает всю работу при храме, не беря за это денег.
Вскоре проявляются детали и в биографии опального священника, и в лоре хутора. Отец Серёжа когда-то женился по большой любви на девушке Вике, дочери состоятельного человека. В ссылку вслед за мужем она не спешила, а сам он, несмотря на внешний лоск, оказывается искренне верующим человеком, который если и сомневается в своем призвании, то только в том ключе, что ему, возможно, стоило выбрать монашество.
В Богданове же царит своя атмосфера. Местные прихожане находятся с одной стороны под давлением авторитета недавно умершего настоятеля, который под конец жизни стал несколько безумен и чуть ли не выстроил вокруг себя тоталитарный культ. С другой — хутором негласно правит местный бизнесмен Дубров с полным букетом грехов 90-х, которые так хочется отмолить в церкви. А рядом с ним зловещей тенью следует молодой тщеславный помощник Котовский, «сын маминой подруги», крепко втершийся в доверие ко всей семье. На фоне разочарованности всемогущего Дуброва в собственных бестолковых детях и некогда горячо любимой жене Котовский становится для него ближе всех.
Каждый герой исполняет свою партию в романе, создавая полифонию, и вот мы уже сочувствуем (напрасно) внезапной страстной влюбленности бывшего бандита в несчастную церковную Машеньку.
Он сидел на коленях и ждал. Она молча смотрела на него. Кажется, реснички дрогнули. И вот он уже уткнулся лицом ей в колени. Он громко вдохнул ее запах. Пахло стиральным порошком. Обнял ее ноги и зарылся в складки домашнего платья. Он уже знал, что не уйдет сегодня. Даже если она его выставит на мороз, он будет, как пес, сидеть под дверью.
Местных жителей терзают обычные человеческие страсти: любовные драмы, интриги, семейные ссоры, алкогольная зависимость, свадьбы, похороны, травмы взросления. Кроме того, в храме обнаружился какой-то мутный тайник — подпол, чуть прикрытый линолеумом, где может храниться все что угодно, от сокровищ до скелетов. На этом фоне главный герой проходит собственные личные кризисы — в отношениях с женой, с семьей, с собой и, конечно, своей верой. В общем, вряд ли отец Серёжа выкроит время, чтобы закончить диссертацию вдали от городского шума, как собирался.
Отец А. часто повторял: «Чтобы устоять во время землетрясения, надо держаться за крепкое древо. Древо знаний». Жаль, ему это не помогло.
Несмотря на приметы времени — и нашего, и недавнего прошлого, — «Отец Серёжа» в стилистическом отношении не заигрывает и не экспериментирует. Он написан зрелым и чистым языком классического русского романа. Представляется, что это своеобразный реверанс: отец Серёжа — немного чеховский «Архиерей», немного толстовский «Отец Сергий», кто-то наверняка увидит здесь сходство и с «Молодым папой» Паоло Соррентино. И, еще рискну предположить, немного отец Александр Шмеман — не литературный, а реальный священник православной церкви в Америке, известный богослов, чьи дневники стали важнейшей книгой для нескольких поколений русскоязычной интеллигенции XX века. Отцу Серёже досталось от того пристрастие к курению, красивым вещам и некоторая общая усталость от людей. Он точно так же мечтает просто работать по призванию, не отвлекаясь на пустые разговоры и чужие проблемы.
Сергей затянулся уже смелее и расправил плечи. В домике с маленькими окнами и низким потолком он будто старался уменьшиться, согнуться, стать компактнее, стать незаметнее. Выбирая такую профессию, ты навсегда становишься заметным.
«Отец Серёжа», несмотря на некоторую герметичность (повествование почти не выходит за пределы хутора), — многослойный роман, который, как хороший репортаж, дает высказаться каждому. При этом читатель едва ли утонет в многообразии историй и судеб, за ними легко и приятно с интересом наблюдать, совсем не путаясь в именах и числах.
И все же однозначного впечатления роман Чуфистовой не оставляет. Отец Сергий состоит из броских деталей: выдающаяся красота, душевные метания, модные кроссовки, дорогая машина, вредная привычка, низкий гемоглобин. При этом они так и остаются пестрыми мазками, не складываясь в четкий портрет. А на фоне других ярких и драматичных персонажей главный герой и вовсе несколько теряется. Создается ощущение, что болезненно амбициозный Котовский и его терзаемый поздними страстями шеф куда интереснее самой писательнице и, как следствие, читателю. Впрочем, если верить в авторскую осознанность, это можно счесть за прием: отец Сергий выполняет роль своеобразного триггера и нарушителя сонного спокойствия этого южного захолустья. Еще один вопрос, который неизбежно возникнет у любого читателя, хоть немного знакомого с укладом церковной жизни: возможно ли такое, что жена священника (читай, матушка) не сопровождает мужа в его переезде? Эта деталь, остающаяся без пояснений, несколько нарушает доверие ко всей истории.
Финал же, судя по всему, оставивший многих читателей в недоумении, кажется вполне логичным и иллюстрирует установку-мантру, рефреном проходящую через весь роман: «Делать свою работу». И неважно, что вокруг — хутор с темным прошлым, где на тебя смотрят с недоверием, или монастырь на Русском Севере, где считают святым.
