Сад, который должен быть раем для всех, кислый крыжовник как символ счастья, бесконечная дорога нищих по степи — в русской классике природа всегда была больше, чем просто пейзаж. Она была местом встречи человека с собой, с другими и с вечностью. Дарья Трайден перечитала пять рассказов, которые помогают понять, почему мы до сих пор ищем в природе ответы на главные вопросы.
Дарья Трайден
Писательница
После пандемии коронавируса тексты, исследующие отношения человека с природой, стали выходить куда чаще. Причина проста: люди, запертые в тесных квартирах, отчаянно тянулись к миру за пределами бетонных стен. Нам хотелось простора, деятельности, солнца, ветра и воздуха. Мы жаждали ощутить себя частью природы не только в том, что касается болезни и смерти, но и в том, что витально, прекрасно и живо.
Интересно, что сильнее всего это проявилось в русскоязычном литературном мире. Многое из того, что было переведено на русский и издано после 2020-го, завоевало свою популярность на английском языке куда раньше. Так, «Выгон» Эми Липтрот в оригинале был опубликован в 2016 году, а в русском переводе — в 2021-м. Книга «К реке. Путешествие под поверхностью» Оливии Лэнг появилась в 2011 году, а на русском впервые издана лишь в 2019-м. Чем ближе к году пандемии, тем сильнее сокращался разрыв между публикацией в оригинале и переводом на русский язык. Например, «Сад против времени: в поисках рая для всех» все той же Оливии Лэнг вышел в 2024 году и на английском, и на русском сразу.
Кажется, что в русскоязычной литературе отношения человека и природы не занимают постоянного места, не наследуют более ранним произведениям и не вписываются в понятный дискурс. Если генеалогию Оливии Лэнг можно проследить к Вирджинии Вулф, Вите Сэквилл-Уэст и дальше, к викторианским романам, то в нашем языковом пространстве прочерчивание таких связей проблематично. Этому есть ряд причин: во-первых, Октябрьская революция разорвала преемственность в искусстве; во-вторых, советские книги о природе воспринимались как несерьезные, детские (сколько диктантов школьники написали по Михаилу Пришвину!); в-третьих, само отношение людей и окружающего их пространства исторически стало сложным. То, как современная британка чувствует связь времен в своем собственном восприятии природы, не совпадает с нашим опытом. Наше прошлое кажется более проблематичным и более сырым, не осмысленным четко и до конца. Бунин, описывающий красоты августовского утра в поместье, — наш тонко чувствующий предшественник-натуралист или угнетатель крестьян, напропалую занимающийся харассментом на фоне зеленого сада? А все эти тургеневские сцены, в которых спорят западники и славянофилы, — что современному читателю до этого, даже если вокруг стоят всё те же деревья и поют те же птицы?
Мы не уверены, что унаследовали мир. Мы подозреваем, что каждому предыдущему поколению давалась какая-то другая природа, другие координаты, определяющие отношения внутри физического мира. Но вот уже шестой год мы читаем книги, которые приближают нас к миру растений и зверей. И это вновь ставит перед нами вопрос о преемственности. Чтобы вписать зарубежную и современную русскоязычную экопрозу в литературную традицию, нам необходимо осмыслить связь книг сквозь время. Вот несколько рассказов, которые можно перечитать для лучшего понимания нашего прошлого и настоящего. Помещики и врачи, городские служащие и нищие, дети и взрослые — у каждого из них была своя природа, и все они, как и Оливия Лэнг, пытались понять, возможен ли рай для всех. Так какие же отношения с природой мы унаследовали?
Тургеневские «Записки охотника» — один из первых примеров русскоязычной прозы о природе. В этом сборнике рассказов переплетаются наблюдения за природой и встреченными во время охотничьих вылазок людьми. Крестьяне рассказывают о своих жестоких господах, высокомерный камердинер бросает простодушную деревенскую возлюбленную, дети припоминают страшные истории, сидя у костра, а повествователь-охотник все бродит и бродит, стараясь победить свою скуку.
В рассказе «Стучит!» главный герой нанимает лошадей у крестьянина Филофея, чтобы поехать в ближайший город; у него кончилась дробь и захромал коренной конь. В дороге и Филофей, и охотник любуются плывущими мимо видами — широкими лугами, сияющей под луной рекой. Но Филофей вдруг настораживается: ему слышится стук приближающегося экипажа. По звуку крестьянин понимает, что это порожняя телега с коваными колесами. Филофей рассказывает, что в округе, бывает, орудуют разбойники. Вскоре к ним приближается телега с шестью пьяными весельчаками. Они орут, свистят, горланят песни и не позволяют себя обогнать. Филофей и нарратор готовятся к худшему исходу. Напоследок крестьянин сожалеет о том, что его тройка лошадей достанется чужим недобрым людям. Однако все в итоге обходится, и охотник с Филофеем в целости доезжают до Тулы, а потом благополучно возвращаются в деревню. Дробь куплена, новый коренной жеребец тоже. Можно продолжать охоту.
Когда охотников настигает дождь, один из них предлагает обогреться в соседнем имении. После купания подают чай. Начинаются разговоры. Врач Иван Иваныч рассказывает о своем брате Николае Иваныче, который всю жизнь лелеял мечту о покупке поместья, где будет расти крыжовник. Наконец это осуществляется. Иван Иваныч едет к брату в гости и обнаруживает перед собой самодовольного обрюзгшего человека, который упивается обретенным имуществом. Ослепленный счастьем, Николай Иваныч не чувствует, что его долгожданный крыжовник жесткий и кислый, не замечает, что река грязна, а сад и двор не устроены. Счастье, которое брат Ивана Иваныча испытывает на лоне природы, кажется Ивану Иванычу отвратительным. Устами своего героя Чехов ставит вопрос о том, сколько земли нужно человеку: похоронные три аршина, поместье для комфортной и сытой жизни, весь мир? Но что такое весь мир? Как выразить эту нужду, если здесь невозможны сделки купли-продажи?
Чеховские рассказы известны не только точным и тонким изображением человеческой внутренней жизни, но и выразительными пейзажными зарисовками. В чеховских текстах природа не выделяется в декоративную финтифлюшку, хорошенькую, но бесполезную — она неотделимо вплетена в ткань текста, делая его живым и цельным.
Этот небольшой рассказ не только рисует социальное неравенство, проявляющееся с самого детства, но показывает, как природа предлагает радость и облегчение, правда ненадолго и не всем. Петька, десятилетний служащий парикмахера, впервые в жизни покидает город. Мать мальчика, кухарка Надежда, берет его на дачу в Царицыно к своим господам. Начинаются блаженные дни: дружба с гимназистом Митей, купание, прогулки и рыбалка. Но счастье заканчивается так же внезапно, как и началось: из города приходит письмо, требующее мальчика назад.
Леонид Андреев — автор известного романа «Красный смех», в котором показываются ужасы войны и беспросветный хаос насилия, преследующий человека повсюду. Андреев, мрачный и пессимистичный, принадлежал поколению русско-японской и Первой мировой, застал Октябрьскую революцию, но разочаровался в возможности справедливого мира. Писателя не назовешь пасторальным певцом полей. Тем интереснее посмотреть, как он работает с темой природы и как связывает ее с тяготами человеческой жизни.
В этой истории про двух странствующих нищих, старика и мальчика, природа имеет значение не одного лишь фона. Земля, по которой бродят обездоленные, одновременно страшна и красива. Дома больше не существует, но тоска о нем жива, и поэтому путешествие, открывающие новые города, приводящее к рекам и обширным полям, пронизано грустью. Старик и мальчик бредут, останавливаясь лишь для отдыха и ночлега, и конечной точки у пути нет. Само пространство располагает к бесконечности движения. Жалкие судьбы нищих не контрастируют с огромной величественной степью, но соединяются с ней, тяготеют к ее неуютной просторности.
Этому мрачному социальному сюжету, обычному для Горького, универсальности добавляет именно природа. Можно открыть детские дома для сирот, и странники-богомольцы могут перестать просить милостыню, но нужда и бездомность остаются, продолжая гнать нас вперед.
Михаил Пришвин написал множество рассказов о природе для взрослых и детей. Во многих взрослых текстах он так или иначе обращается к теме охоты: описывает повадки птиц, которых идет добывать, изучает пейзаж, рассказывает о дрессировке собак и подготовке подсадных уток.
В небольшом рассказе «Лес» Пришвин, заядлый охотник, живописующий азарт и красоту этого занятия, вдруг предстает перед читателем с другой стороны. Писатель задается вопросом об отношениях между любовью и убийством, проблематизируя то, что обычно оставалось за пределами его прозы.