Гор Вербински: «Джонни Депп — голос этого фильма»

Хороший вопрос. Всегда сложно сбалансировать цвета, нет светлого без темного. Это похоже на управление тонами в живописи. Думаю, важно, чтобы злодеи в фильме были по-настоящему страшными. Просто не хочется утонуть в чем-то одном. Мне кажется, в «Одиноком рейнджере» мы постоянно перемещаемся от страшного к смешному, от смешного к романтическому, от романтического к грустному, от грустного к экшну, а оттуда снова к чему-то страшному. Я точно не советовал бы приводить на этот фильм маленьких детей. Мне кажется, в нем есть что-то для всех поколений, в том числе и для бабушек с дедушками, и для их внуков. Но мы старались быть очень аккуратными с жестокими сценами, вы правы. Та сцена, о которой вы говорите, очень важна для образа каннибала Бутча Кэвендиша. Он восхитительный злодей. Воображение в данном случае куда более живописно, чем то, что я мог бы показать в кадре. Поэтому я и не хотел бы показывать что-то подобное на экране, и тут мне не пришлось идти на компромиссы, чтобы расширить аудиторию. Это мой выбор.

Что касается Уолта Диснея… Знаете, я до сих пор переживаю из-за того, что мальчику пришлось убить свою собаку! Он был смелым рассказчиком. Люди часто думают о Disney как о бренде, но ведь это же человек, который убил маму Бэмби! Он не боялся подобных вещей. Ведь они являются двигателем для твоей истории.

Мы впервые обсуждали проект в 2006 году, но я начал работать над сценарием только в 2010-м. До этого его разрабатывали Тед и Терри, и у нас с ними очень различался взгляд на то, как нужно рассказывать эту историю. Но надо отдать им должное, что идея возродить «Одинокого рейнджера» и купить права принадлежит именно им. Я тогда тактично устранился. В 2010 году ко мне пришел Джонни и сказал: «Помогай». Я тогда сказал, что могу помочь, но только если будут снимать тот фильм, который я себе представляю. Моя идея заключалась в том, чтобы рассказ шел от лица Тонто, чтобы он вышел практически на первый план. Нельзя заполучить Джонни Деппа на одну из ролей и оставить его на подпевках. Ощущался бы очевидный провал в кастинге.

Что касается сверхъестественных сил, то мне казалось, что мы достаточно раскрыли эту тему в «Пиратах». Не хочется готовить постоянно один и тот же коктейль просто потому, что он имел успех у публики. Скорее всего, второй раз это уже не сработает. Это закономерность: как только ты наглеешь, становишься самоуверенным, думаешь, что вот это-то и нужно аудитории, публика остается разочарованной. Проблема в том, что зрители каждый раз ждут чего-то нового.

Их так много! Это очень разношерстная компания: Серджио Леоне, от Текса Эйвери до «Монти Пайтон», Полански… Хэл Эшби оказал на меня огромное влияние.

Эта история очень известна в Штатах. Все ее слышали. Нельзя просто сказать: это все неправда, потому что это рассказано белыми людьми, теми, кто писал учебники истории. Мы никогда не слышали ее из уст человека, который реально был там и видел все своими глазами. Мне хотелось сказать: садитесь поудобнее и послушайте, что было на самом деле. Это был способ не повторяться и в то же время радикально изменить саму легенду, придумать ее заново. Получается, что как режиссер я рассказываю историю Тонто, рассказывающего историю про Одинокого рейнджера. То есть, даже когда Джонни нет в кадре, мы все равно как будто слышим его голос, он сам голос этого фильма. Он задает тональность всему происходящему.