Этот фильм - История
Трехчасовая немая драма Дэвид Уорка Гриффита в свое время перевернула кинематограф. Несмотря на многочисленные обвинения в пропаганде расизма, мало кто смог отвергать технические и художественные достоинства фильма, ставшие образцом для всего раннего кино, и оказавшие огромное влияние на его последующее развитие. Для съемок этого фильма Гриффиту, по началу, скептически относившемуся к киноискусству, но впоследствии ставшему его активным деятелем, пришлось собрать имеющиеся навыки и приумножить их, чтобы сделать это грандиозное кино. За основу был взят роман 'Тайное общество: исторический роман о ку-клукс-клане' Томаса Диксона, появившаяся на прилавках в 1905 году, вторая часть трилогии, основанная на Гражданской войне в США. Споры о идеологической стороне преследовали картину в течении века, да и не отстали до сих пор, тогда Гриффит заявил, что не питал симпатии к расизму, ссылаясь на свободу слова и считая себя вне политических течений, однако, не сильное оправдание, учитывая, что расисты, а впоследствии и нацисты, будут считать «Рождение Нации» чем-то большим, чем хороший фильм и веха в развитии искусства. Так или иначе, картину не запретили и не проигнорировали, ведь, в конце концов, это не только исторический фильм – это уже сама история.
Вклад в копилку Кинематографа очевиден и в этом плане считается, что «Рождение Нации» проторило дорогу Большому Кино, во всех отношениях. Гриффит использовал, как уже известные приемы, так и новые идеи: впервые специально для фильма была написана музыка, использование каше для акцентирования внимания, изменение планов, огромная массовка и комбинированные сцены. Разумеется, для воплощения фильма потребовались огромные деньги. К примеру, бюджет в более чем 100 000$ - баснословная по тем временам сумма, превысила бюджет любой картины, снятой до этого, также и трехчасовой хронометраж до этого фильма не использовался. В отношении денег, собранных с инвесторов, также было немало споров, полагая, что не в последнюю очередь здесь участвовали капиталы… «фанатов» первоисточника, и доказательство тому – возрождение Ку-клукс-клана в один год с премьерой фильма. Однако, хоть вложение в новое, по тем временам, искусство и было рискованным, оно окупилось на зависть всему капиталистическому миру, заставив толстосумов задуматься и над таким вариантом заработка.
Заслуг у «Рождения Нации» много, в том числе и то, что именно на этот фильм будет равняться американская киноиндустрия начала ХХ века, а в ней были не только плюсы. И, надо признаться и достоинства, и недостатки будущий кинематограф переймет отсюда. Несмотря на то, что Гриффит делал серьезное кино, он хорошо понимал и развлекательную сущность кинематографа, зритель нуждается в зрелище. Поэтому, если первые два часа на экране разворачивается настоящая историческая эпопея о войне и мире, достойная пера классиков, то последний час ознаменуется историко-приключенческим фарсом в духе авантюрного чтива, где порочное зло (здесь: негры) захватывает власть, а злобный лидер хочет жениться на девушке главного положительного героя. К счастью, на помощь уже спешат благородные рыцари в белых одеждах (здесь: Ку Клукс Клан), и, конечно же, надают злыдням как следует, по всем законам блокбастера.
Чернокожее население здесь выставлено настоящими злыднями, не ведающими моральных норм, чести, традиций. Сложно поверить, что уравненные в правах с белыми, черные начали притеснять «коренных» американцев, скорее имеет место типичный расистский максимализм. Если в начале это еще выглядит достоверно, уже ближе к концу скатывается в чистый абсурд, где чернокожий губернатор прямым текстом объявляет о желании построить «Черную Империю». Конечно, выступая против таких-то заявлений, Ку Клукс Клан выглядит настоящим героическим обществом, мстителями в масках, которые борются с захватчиками. Сколько бы не заявлял режиссер об отсутствии расистских взглядов, фильм получился крайне пропагандистским, и это факт. Однако, вместо того, чтобы ругать Гриффита, можно задуматься о роли Кинематографа, как искусства, прежде всего созерцательного, абстрагированного от реальности и создающее свое, особое полотно. На деле все могло быть иначе, но в реальности «Рождения Нации» все именно так – злобные негры-захватчики, и благородный Ку Клуксы, а в этой самой «Своей Реальности», фильм действительно превосходен, плещет воинственным героическим духом.
Персонажи значительно упрощены, мимика зачастую картинна, но это лишь с точки зрения современного зрителя, тогда подобная проработка экранных образов была чем-то невообразимым. Гриффиту требовалось заставить актеров играть так, чтобы их образы смогли увлечь зрителя в киномир. Многое тут позаимствовано у театра, но безголосые роли требовали большей яркости и динамики. Режиссеру удалось не просто грамотно совместить все положительные и отрицательные стороны такого использования артистов, но и сделать их уникальными, запоминающимися и въедающимися в память, что также помогает в восприятии фильма, ведь образов тут очень и очень немало. Вот только вопрос грима (режиссер предпочел чернокожим актерам загримировать белых) и преимущество приема вызывает сомнения до сих пор. Впрочем, наверное, именно чумазость добавила «неграм» в фильме такого злодейского обаяния – на орков похожи.
Большое достоинство, в коем не усомнился никто – съемки и монтаж. Так как это, первое кино такого размаха, особое внимание стоит уделить тому, как вплетены отдельные сцены в общее полотно произведения. Несмотря на наличие комбинированных съемок, которые представляют особую сложность из-за того, что действие должно разворачиваться одновременно параллельно в двух напряженных сценах, объединенных в одну, в фильме много и отдельных эпизодов-главок. Здесь особенно явно прослеживается режиссер, прежде всего, короткометражных лент, склеивающий многочисленный мини-фильмы в один большой. Этому сопутствуют надписи, зачастую служащие вводными названиями. В конечном итоге действие получилось неотделимым от музыки, играющей на протяжении фильма беспрерывно, придавая особую динамику и настроения, свойственные тем или иным сценам.
В прологе сказано, что цель картины показать ужас войны. Порой съемки боевых действий и восстаний действительно завораживают, но не столько масштабностью, уж ее-то ныне навидались, сколько черно-белыми кадрами, словно выбравшимися из старинных фотографий. Им невольно хочется верить, потому что, в современном представлении, неровно запечатляющие реальность первые аппараты снимают только важное, то, что было на самом деле. А вот сама тема фатальности войны не показалась важной, к ней Гриффит возвращался без особого желания, лишь чтобы соблюсти долю реализма. Финал же в этом плане абсолютно романтизированный, лишь последние кадры снова обращаются к теме в гротескном эпизоде – один из Всадников Апокалипсиса над полем брани против Иисуса в 'Храме Мира и Любви'. Урывки и некоторые моменты, безусловно, впечатляют, но целостности этой идеи и искренности ее воплощения здесь, к сожалению, нет и в помине.
Итог: историко-романтическая эпопея о борьбе, пусть в историческом смысле и считающаяся фарсом, но убедительная абстрагировано от реальности. Гриффит совместил здесь и драму, и мелодраму, и историю, и вестерн, и рыцарскую сагу, поставив, одновременно, и первую драматическую киноэпопею, и первый блокбастер.
38, ...