Материал не предназначен для читателей младше 18 лет.
Продолжаем рассказывать про фильмы основного конкурса Каннского фестиваля. Во втором выпуске каннского дайджеста — «Горькое Рождество» Педро Альмодовара, психотриллер «Мулен» Ласло Немеша про героя французского Сопротивления и драма «Наше спасение» Эммануэля Марре про коллаборациониста, жутковатая фантастика «Неизвестная» Артура Харари и «Гаранс» с Адель Экзаркопулос в главной роли.
«Горькое Рождество»
реж. Педро Альмодовар
Знаменитый режиссер (Леонардо Сбаралья) пишет сценарий про женщину (Барбара Ленни) в душевном кризисе. Она не может прийти в себя после смерти матери, ее преследуют мигрени и панические атаки; она не вполне счастлива с заботливым бойфрендом (Патрик Криадо), который по будням работает пожарным, а по выходным — стриптизером; она тщетно пытается помочь двум своим подругам, у каждой из которых собственная беда: у одной умер ребенок, другой вроде бы изменяет муж.
В «Рождестве» мы видим два параллельных рассказа: один про воображаемую женщину, второй — про ее создателя, реального (с нашей точки зрения, разумеется, тоже воображаемого) режиссера. И постепенно становится понятно, что драмы, которые переживает героиня, — это слегка закамуфлированные драмы, происходящие с самим режиссером и его близкими. Иначе говоря, Альмодовар опять (после «Боли и славы») меланхолично рассматривает собственное отражение, размышляя о сложных отношениях автора и текста. И не сказать, что там совсем не на что посмотреть: в кадре много красивых тонко чувствующих людей, они эмоционально спорят, летают на Канарские острова, слушают надрывные песни и танцуют стриптиз. Но градус мелодрамы даже близко не достигает значений, к которым приучен зритель классического Альмодовара. Это самоуничижительное на бумаге, но на практике кокетливое, милое, утешительное кино.
«Неизвестная»
реж. Артур Харари
Парижский фотограф Давид (Нильс Шнайдер), переспав на клубной вечеринке с незнакомкой по имени Ева (Леа Сейду), просыпается в ее теле. Вскоре он находит и свое прошлое тело, но там уже живет (в полном ужасе) не Ева, а какая-то другая девушка. Псевдо-Ева и псевдо-Давид пытаются понять, кто виноват и что делать.
Синопсис фильма Артура Харари, кинематографиста, известного в первую очередь по работе над сценарием «Анатомии падения» (в жизни он партнер режиссера Жюстин Трие), звучит обманчиво похоже на голливудский триллер, а может быть, фантастическую комедию. На самом деле, «Неизвестная» ни то и ни другое, а очень странное, загадочное, депрессивное кино ускользающего жанра. Здесь действует некая зловредная сущность, кочующая с помощью секса из тела в тело, но, в отличие от какого-нибудь «Оно приходит за тобой», героям не удается с ним сразиться, им остается лишь разгребать последствия. Вероятно, Харари что-то хочет сказать на тему идентичности и памяти, но что именно — понять довольно сложно. Впрочем, фильм обладает определенным сновидческим отрицательным обаянием. Какое-то отношение к происходящему имеет Боб Дилан: фотограф носит его настоящую фамилию Циммерман, на стене висит его постер, в финале звучит его песня. В небольшой, но заметной роли — культовый румынский режиссер Раду Жуде.
«Мулен»
реж. Ласло Немеш
В 1943 году подпольщик Жан Мулен (Жиль Лелюш) из Лондона проникает в оккупированную Францию, что возглавить там объединенное Сопротивление. Однако очень скоро в Лионе из-за предательства соратника он попадает в облаву и оказывается в руках гестапо, которое, впрочем, поначалу не знает, кто из арестованных вообще ни при чем, кто мелкая сошка, а кто — лидер.
Ласло Немеш, автор нашумевшего «Сына Саула», сменил черепаший темп своей режиссерской карьеры на спринт: только прошлым летом в Венеции он представлял «Сироту» про венгерские события конца 1950-х. «Мулен» — еще одна историческая драма, правда, сделанная в неожиданно традиционной манере. Немешу и без фирменных операторских трюков удается влезть в голову легендарного французского героя и заразить нас его постоянным стрессом, но выглядит это порой плосковато, почти по-телевизионному. Во второй половине фильма, когда Мулен оказывается в тюрьме, Немеш принимает ряд сомнительных решений: его качает то в мелодраму, то в хоррор. И если Лелюш очень хорош, то Ларс Айдингер, играющий «лионского мясника» Клауса Барби, норовит превратиться в карикатуру; он начинает во вкрадчивом регистре Ганса Ланды, а ближе к концу уже кричит что-то немыслимое про белорусских младенцев и набрасывается на людей.
«Наше спасение»
реж. Эммануэль Марре
1940-й. Инженер и писатель Анри Марре (Сванн Арло из «Анатомии падения») прибывает в вишистскую Францию, которой руководит нацистская марионетка Филипп Петен. Сам он презирает Гитлера, но решает выбрать сторону победителя и пишет книгу «Наше спасение» — теоретическое пособие по тому, как следует обустроить родину. Смесь карьеризма и конформизма приводит Анри к должности в правительстве.
«Наше спасение» причудливым образом соседствует в основном конкурсе с «Мулен», только здесь вместо истории о героическом Сопротивлении режиссер рисует портрет коллаборациониста. Для Франции эта тема все еще является болезненной (вспомним, как в свое время освистали «Лакомба Люсьена» Луи Маля), но тут Эммануэль Марре заходит с козырей: главный герой списан с родного прадеда, а сценарий основан на переписке реального Анри и его жены. Фильм снят на красивую зернистую пленку, герои танцуют под анахроничный синти-поп 1980-х (например, под «Life is Life»), а временами «Наше спасение» неуловимо напоминает «Офис». Но все же Марре слишком затягивает действие, а оценить его мягкую радикальность по-настоящему сможет только французский зритель. Для других эта история так и останется чужой.
«Гаранс»
реж. Жанна Эрри
Детская театральная актриса Гаранс (Адель Экзаркопулос) уже давно не мыслит себя без алкоголя. Она выпивает бокальчик-другой вина на обед, а каждый вечер заканчивается грандиозной попойкой в клубе с друзьями. Иногда она возвращается домой в совершенно ужасном состоянии (например, проснувшись в автобусе и обнаружив, что кто-то задрал ей юбку), но никаких выводов не делает. Даже новые отношения со сценографом (Сара Жиродо) не могут вытянуть Гаранс из алкогольно-похмельного болота, но в конце концов ей все же придется взяться за ум.
Это одна из самых слабых картин основного конкурса в этом году — странная антиалкогольная драма с прямолинейным ЗОЖ-посылом, который в 2026-м выглядит совсем устаревшим. Адель Экзаркопулос играет отлично (сама актриса вдохновлялась Джиной Роулендс), но проблема в том, что она банально не выглядит как сильно пьющая девушка. Зачем тут сюжетная линия про новые отношения во время ковида — тоже неясно, ведь ни то ни другое не слишком важно для пути исцеления героини от недуга. В общем, эту вялую драму можно посоветовать только самым ярым фанатам Экзаркопулос.