Раш, два, три: Пять причин смотреть «Гения»

Джеффри Раш в роли гения, Рон Ховард в режиссерском кресле

Джеффри Рашу не привыкать играть взбалмошных и эксцентричных личностей с выдающимися способностями. В феврале мы видели его в образе скульптора Джакометти, и актер получал явное удовольствие от своего героя, вечно ругающегося и абсолютно непредсказуемого. В роли Эйнштейна продюсеры «Гения» видели только Раша, однако съемочный график звезды упорно не совпадал с графиком Рона Ховарда, выступившего режиссером нескольких эпизодов и одним из исполнительных продюсеров. В результате создатели сериала предпочли не идти на компромиссы и подогнать график производства под те окна, что образовались у обоих. «В итоге у нас было совершенно сумасшедшее расписание съемок, — говорит шоураннер Кеннет Биллер. — Но оно позволило нам заполучить Раша». Благодаря опыту Ховарда сериал не смотрится как телешоу, а вполне похож на кинотеатральный продукт.

«Гений» развивается в двух временных плоскостях. За жизнью уже состоявшегося ученого мы наблюдаем с 1922 года, с момента убийства министра Вальтера Ратенау и роста националистических настроений в Германии. Параллельно в 1894 году юный гимназист Альберт в исполнении Джонни Флинна сражается с отцом за право изучать то, что ему по душе. С помощью гримеров и парикмахеров голубоглазый блондин Джонни Флинн превратился в курчавого и темноглазого еврейского юношу, в котором действительно можно разглядеть сходство с Джеффри Рашем. А в Эйнштейне Раша, уже вполне спокойном и респектабельном ученом, убежденном гуманисте, все еще можно разглядеть черты бунтаря-самоучки. Пусть седые волосы не вводят никого в заблуждение: во взгляде ученого все то же бесконечное желание приблизиться к тайнам устройства Вселенной. Эмили Уотсон, как обычно, не теряется на втором плане в роли верной жены, которая знает мужа лучше, чем он сам.

Физика для чайников и Спиноза за обедом

«Закройте глаза. Представьте себе шарик, который перемещается в воздухе», — говорит с кафедры Эйнштейн-Раш, и его просьбе сложно не последовать. Заодно вспомнить школьные курсы физики и тригонометрии, чтобы не скрипеть собственным — не гениальным — мозгом при появлении на экране формул. Впрочем, надо отдать должное создателям сериала: научные термины и теории объясняются максимально понятным языком, а с философской концепцией Спинозы, которой симпатизировал Эйнштейн, зрителя знакомят походя, во время обеда юного Альберта дома у своего преподавателя. Идея о том, что природа и есть бог, близка не только физику, но и юной Мари, дочери преподавателя. Между молодыми людьми, конечно, вспыхивает роман, а поведение светового луча в пространстве будущий нобелевский лауреат объясняет возлюбленной при помощи гонки на велосипедах. Эйнштейн вообще невероятно популярен у женщин, о чем мы узнаем из первой же сцены с участием ученого и его секретарши Бетти. Ум — это сексуально, буквально настаивают авторы «Гения», ожидая, что рука зрителя в этот момент сама потянется за учебником по физике.

К тому же за все диалоги на научные темы и формулы на доске создатели готовы ответить головой. «Мы упорно работали с командой научных консультантов, которые помогали нам передать все достоверные события из жизни главного героя, — рассказывает Биллер. — Достоверность — главный ключ для нашего проекта. Например, у нас был консультант из Карлова Университета в Праге, который помогал в составлении достоверных диалогов, когда главные герои обсуждали ядерное устройство. Все, что происходит в сценарии, происходило с Эйнштейном. Конечно, мы не знаем всех диалогов, и, таким образом, некоторые диалоги гипотетические, но у Nat Geo есть целая исследовательская команда, которая проверяет на достоверность каждый факт, прежде чем подтвердить его трансляцию».

Впечатляющая реконструкция эпохи

Берлин, Цюрих, Мюнхен и некоторые другие локации в сериале «Гений» сыграла гостеприимная Прага — кстати, город тоже важный в биографии самого ученого. Помимо натурных площадок, для сериала было построено более 600 декораций. Благодаря серьезной работе реквизиторов и художников даже наметанный глаз не заметит в кадре анахронизмов и намеков на фальшь — от тканей до пуговиц, от афиши «Метрополиса» Фрица Ланга до брусчатки на улицах и старых трамваев, которые пустили по сохранившимся в Праге рельсам. Даже формулы написаны мелом на доске почерком, повторяющим почерк их авторов — Эйнштейна или Ленарда (Майкл МакЭлхаттон в роли пламенного ученого-националиста, оппонента Эйнштейна). Для телеканала National Geographic «Гений» — первый игровой сериал, и на его создание бросили максимум сил и ресурсов.

Исторический контекст

Альберт Эйнштейн родился в 1879 году, сериал охватывает события с 1894-го по 1955-й, до самой смерти ученого. «Гений» помещает в фокус, пожалуй, самые важные события XX века — и Первую мировую войну, и приход к власти в Германии Гитлера, и Вторую мировую войну, и послевоенное время. «Гитлер — просто выскочка, которого не приняли в художественное училище», — беспечно замечают герои, пока на улицах становится все опаснее, «Майн Кампф» появляется на прилавке табачной лавки, а мальчишки начинают маршировать под знаменами со свастикой.

Жизнь главного героя неотделима от исторического контекста. История буквально стучится к Эйнштейну в дверь. У убийц Вальтера Ратенау был список евреев, которых они также намеревались казнить, и фамилия физика была в списке, о чем ему сообщают люди в форме в первые же минуты пилотного эпизода. Жизнь Эйнштейна — постоянный выбор между «согласиться» и «поступить по-своему». Черта настоящего гения — выбор в пользу последнего. Эйнштейн никогда не был кабинетной крысой и активно пересекался с другими ключевыми фигурами науки, искусства и политики, поэтому в кадре появятся и Мария Кюри, и Франц Кафка, и Дж. Эдгар Гувер. Все эти встречи и события так или иначе влияли на жизнь ученого, они не просто фон, так что «Гений» становится еще и увлекательным погружением в историческую эпоху.

Бесконечно актуальная повестка

Эйнштейн как вечный иммигрант и убежденный интернационалист — есть ли более актуальный герой для современного мира, в котором вновь усиливаются националистические настроения, ужесточается политика в отношении иммигрантов, строятся стены между странами? «Я отказался от германского гражданства», — радостно заявляет Эйнштейн, поступая в политехнический университет швейцарского Цюриха. Его место там, где он может заниматься наукой, а паспорт — это бумажка. Жизнь вынудит его покинуть Европу и уехать в США, где, впрочем, ученого тоже примут с недоверием.

«Сериал не несет какого-то откровенного политического посыла и не должен, однако все же это история еврея, живущего в Европе во времена нацизма, фашизма и антисемитизма. И она неизбежно становится историей иммиграции. Думаю, с течением времени мы осознали, насколько она актуальна сейчас, и нам даже не пришлось прилагать к этому каких-то усилий. Эта история из тех, которые имеют свойство повторяться», — говорит Кеннет Биллер.