Премию «Большая книга» в этом году присудили роману «Одсун» писателя Алексея Варламова, автора книг «Душа моя Павел» и «Мысленный волк», уже двукратного лауреата «Большой книги» (за биографии Алексея Толстого и Василия Розанова), а также «Антибукера», «Студенческого Букера» и литературной премии Александра Солженицына. Рассказываем, чем уникален «Одсун», о чем в нем идет речь и за что роман критикуют.
Константин Мильчин
Шеф-редактор Яндекс Книг
«Одсун» (слово в переводе с чешского означает «эвакуация» или «выселение») начинается с того, что герой бежит через Восточную и Центральную Европу, причем поначалу не очень понятно, куда, зачем и от кого. Потом ситуация постепенно разъясняется. С другой стороны, нужно ли пояснять, зачем и куда сейчас люди бегут?
Мир в движении, «Одсун» это движение фиксирует едва ли не наиболее точно среди всех современных романов.
С документами у героя беда, денег кот наплакал, почвы под ногами нет и как будто уже не будет. Сзади остался страх, а будущее туманно. Спасти может лишь старый друг, но тот не отвечает. Бег рассказчика замедляется в чешских Судетах, где когда-то проездом бывал сам Гоголь. В этой идиллической дыре история остановилась, ей наступил конец, и никто о ней не думает. Герой же, наоборот, весь состоит из рассуждений об истории, он искренне считает себя ее частью, убежден, что она свершалась ради него. Он селится в доме православного батюшки. Священник и его жена терпят странного гостя, который пьет и все время что-то рассказывает. Гость пытается помогать по хозяйству, но его помощь скорее выносят из вежливости, чем реально в ней нуждаются. В свободное от докучающих попу и попадье бесед он разъезжает по окрестностям на велосипеде и общается с греком Улиссом, что придает его существованию явное сходство с посмертием, с лимбом.
А что нужно делать в лимбе? Вспоминать жизнь и пытаться понять, когда все пошло не так — и лично у героя, и у всего общества.
Герой вспоминает идиллическое детство в подмосковной Купавне, странную дружбу со странным Павликом, который впоследствии станет уберолигархом, веселые 1980-е и лихие 1990-е, путч 1991-го, который рассказчик проспал, и путч 1993-го, в котором едва не погиб; встречу с Чубайсом, Гайдаром и Явлинским. Но главное, о чем герой вспоминает, — это единственная любовь его жизни, отношения с украинкой Катей, в которых, как убежден герой, отразились вся сложность и трагичность русско-украинских связей. Сложная тема, опасная тема, нежелательная тема: люди как страны; люди как народы; никогда мы не будем братьями, сестрами, женами и мужьями.
Параллельно герой погружается в историю судетских немцев. Они веками жили в этих горах, на границе славянского и германского миров. В 1918 году они оказались в положении дискриминируемого меньшинства, в 1938 году Гитлер аннексирует Судеты, в 1945 году победители позволяют чехам изгнать немцев окончательно, и это явление как раз и называется «одсун».
Собственно, так и наступает для этого городка конец истории. От тех времен остался только мертвый немецкий судья, который когда-то владел домом, где теперь герой терроризирует своими рассказами чешского священника. Мертвый судья тоже должен слушать про жизнь рассказчика. И ему тоже, похоже, эти рассказы в тягость.
Роман «Одсун» вызвал неоднозначную реакцию, и после вручения «Большой книги» споры лишь усилились. Претензии в основном к герою-рассказчику, которого сложно отделить от автора, тем более что они плюс-минус ровесники. А еще герой любит рыбалку — и писатель Варламов тоже любит рыбалку.
У Варламова это уже третья «Большая книга», он ректор Литинститута, заседает в разных жюри, у него тиражи, экранизации, театральные постановки — зачем ему еще одна премия? Тем более что герой, как считают многие, шовинист, мизогинист, обыватель, напрочь лишенный эмпатии, склонный видеть микрощепки в чужих зрачках, но не видящий леса в своих.
Но герой не автор. Это не исповедь — это проза.
Варламов отправляет своего сверстника на суд истории, предлагая читателям посмотреть в зеркало, которое отражает не самые симпатичные черты сразу нескольких поколений. Недовольные романом увидели в этом зеркале одного лишь автора. Возможно, стоит присмотреться получше.
