«Чёрный лебедь»: Интервью с Натали Портман

Мне всегда хотелось сделать фильм, так или иначе связанный с миром танца. И когда у Даррена появилась эта великолепная идея снять картину, не только имеющую отношение к миру танца, но и со сложной и противоречивой героиней, такую возможность нельзя было упускать, особенно с режиссером, для которого я могу сделать все что угодно.

10 февраля в российский прокат выходит новая картина Даррена Аронофски «Чёрный лебедь» с Натали Портман, которая уже удостоилась за свою работу «Золотого глобуса» и номинирована на «Оскар» в номинации «Лучшая женская роль». В ленте также сыграли Мила Кунис и Венсан Кассель.

КиноПоиск представляет интервью с исполнительницей главной роли в фильме Натали Портман.

Ты мечтала об этой роли так давно. Почему?

Я танцевала, когда была девочкой, до 12 лет. И, наверное, я идеализировала балет, как и многие другие девочки в этом возрасте. Это прекрасный мир, где можно выразить себя без слов, только движением в танце. Мне всегда хотелось сделать фильм, так или иначе связанный с миром танца. И когда у Даррена появилась эта великолепная идея сделать фильм, не только имеющий отношение к миру танца, но и с героиней действительно сложной и противоречивой, даже с двумя героинями, такую возможность нельзя было упустить, особенно с Дарреном — режиссером, для которого я могу сделать все что угодно.

Мила Кунис говорила, что по окончании съемок, когда отпала и необходимость в диете, она съела огромный двойной бургер. А у тебя было желание съесть что-то особенное?

Первое, что я ела по окончании работы, — спагетти на завтрак, обед и ужин. (Смеется.)

Это фильм о преобразовании, в каком-то плане даже о превращении, и твоя героиня изменилась в итоге полностью. Как ты подвела ее к этому состоянию?

Я была не одна в этом сложнейшем процессе формирования характера моей героини, меня поддерживали, подталкивали и держали в форме мои учителя, инструкторы, хореографы и, конечно же, в самую первую очередь Даррен Аронофски. Я начала занятия с преподавателем балета где-то за год до начала съемок фильма. Со мной занималась Мэри Хелен Бауэрс. Она начала практически с самых основ, занимаясь со мной по два часа в день шесть месяцев, готовя меня к нагрузкам постепенно, чтобы я набрала силу и гибкость и ничего не повредила в процессе дальнейшей работы. Затем мы стали заниматься по пять часов в день, добавили плавание. Я проплывала милю в день, чтобы собраться, и потом занималась у станка три часа. Где-то за два месяца до занятий с хореографом, я проводила с Мэри Хелен по восемь часов в день. Все это связано со строгой дисциплиной и очень мне помогло прочувствовать эмоциональную сторону моей героини. Подчиняясь такой строгой физической дисциплине, ты приближаешься к пониманию характера человека, ведущего почти монашеский образ жизни с единственной задачей — быть физически готовой к работе, требующей полной отдачи сил. Ее жизнь — сплошная физическая нагрузка. Жизнь балерины очень скудна: она не пьет, не бывает нигде с друзьями, практически не ест ничего из того, что нормальный человек может себе позволить. Ее тело подвергается постоянной пытке предельной болью: в пальцах ног, ступне, руках — везде… И ты начинаешь понимать эту самоотверженность и своего рода самобичевание, которым подвергают себя танцоры балета.

Кто занимался с тобой хореографией?

Хореография была разделена на две части — одна для белого лебедя, другая — для черного. У меня была потрясающий хореограф — Джорджина Паркинсон, которая, к огромному сожалению, умерла буквально за две недели до начала съемок. Она была основным инструктором для работы с Одеттой и Одиллией и работала со мной над мельчайшими деталями — движением глаз, кончиков пальцев, всей спецификой балетного актерского мастерства, включая каждый, даже самый маленький жест. Над всем, что различает одну героиню с другой.

Как складывались твои отношения с Барбарой Херши, которая играла Эрику, маму Нины, твоей героини?

Даррен придумал такую замечательную вещь для нас. Он предложил Барбаре писать мне письма от лица ее героини. И первое время на площадке он приносил мне эти письма в самые важные дни, для сложных сцен с Барбарой, чтобы я могла почувствовать мою мать. Барбара писала изумительные письма, которые давали мне представление об истории матери и дочери, о том, что их объединяло, их взаимосвязь, их любовь, особенно любовь Эрики к дочери. Это была потрясающая идея. Это Даррен, он потрясающий человек, умница.

Натали, ты изучала психологию в свое время. Какой ты могла бы поставить диагноз Нине?

Этот фильм оказался тем самым случаем, когда я могла применить на практике то, чему училась в Гарварде (смеется), что случается очень и очень редко. Несомненно, у Нины был невроз навязчивых, маниакальных состояний. Булимия, ведущая к анорексии, — разумеется, формы невроза, расчесывание участков кожи... Балет предрасположен к этому неврозу, это связано с его ритуальностью, как например, завязыванием балетных туфель каждый день, подготовка новых башмачков для каждого спектакля. Это процесс и даже почти религиозный ритуал. Это почти то же самое в природе своей, что и перебирание четок католиками. И присутствие в их мире богоподобного человека — балетмейстера, режиссера спектакля… Все это характеризует балет как искусство, требующее абсолютной преданности и почти религиозной ритуальности. И актеры вполне могут найти в этом много общего со своей жизнью. Работая над ролью в фильме, ты полностью отдаешь себя в распоряжение режиссера, который становится для тебя всем, ты отдаешь ему весь свой талант, помогая воплотить в жизнь его видение. Словом, мой профессиональный диагноз (смеется) — религиозная, навязчивая, маниакальная преданность.

Как думаешь, твоя героиня русская по происхождению?

Не знаю. По-моему, ее назвали Нина, потому что это имя подразумевает как бы маленькую девочку...

Натали, твоя героиня проходит сложный путь, чтобы достигнуть совершенства, и мы знаем тебя как актрису, полностью погружающуюся в роль. Как ты находишь свой собственный баланс и выходишь из образа, а также что тебе помогает начать работу и двигаться в нужном направлении?

Если говорить о том, как выходить из образа, обычно это происходит практически сразу после того, как закончилась сцена, я становлюсь самой собой. Я не принадлежу к числу тех актеров, которые предпочитают оставаться в образе во время всего процесса работы. Конечно, это требует определенной дисциплины. Особенно для этой роли оставаться в образе в процессе съемок было намного труднее, чем это было прежде, на других картинах. Но в целом я все-таки предпочитаю возвращаться к своей обычной жизни и собственной индивидуальности. Что же касается балансирования, то, наверное, меня следует охарактеризовать скорее послушным человеком, чем перфекционистом. Я люблю дисциплину и могу подчиняться при необходимости. Наверное, именно этим можно объяснить нашу с Дарреном почти телепатическую связь во время работы над фильмом. Он был дисциплинирован и сфокусирован на работе так же, как старалась и я. Нет, я не стремлюсь к совершенству, но я подчиняюсь дисциплине. (Смеется.) Я думаю, что необходимо работать с максимальной отдачей, но при этом быть также максимально мягким и добрым с теми, кто находится рядом, не причиняя им вреда. И это ежедневная цель во время работы — оставаться сфокусированной на задаче, поставленной перед тобой.

Во время работы над фильмом ты все время носила туфли на плоской подошве. Как прошло возвращение к высоким каблукам?

(Смеется долго и с удовольствием.) Я вообще люблю туфли на плоской подошве, без каблука. А вот то, что мне не надо было больше надевать пуанты, принесло радость и облегчение. Пуанты — это орудие пытки, но балерины к этому привычны, в отличие от меня. Это оказался интересный практический опыт подчинения новым условиям работы, но ощущения, которые дают пуанты человеку постороннему, однозначно сродни средневековой пытке.

Многие в прессе уже начинают поговаривать об «Оскаре» для тебя за эту роль. Как ты относишься к этим прогнозам?

Когда ты работаешь над фильмом, в который вкладываешь всю душу, как все мы в работе над «Чёрным лебедем», главное, на что ты надеешься, — это положительная реакция зрителя на него. И если наш фильм затронул зрителей, вызвал какие-то чувства и эмоции, увлек, развлек, стимулировал мысль и волновал, то нам это чрезвычайно лестно. И это большая честь, очень большая честь.

Говорящие камни, пальцы-сосиски и разные версии себя: нашумевший фильм-калейдоскоп теперь в подписке
В главных ролях:Мишель Йео, Джейми Ли Кёртис, Ке Хюи Куан
Режиссер:Дэн Кван, Дэниэл Шайнерт
Смотрите по подписке
Смотреть

Главное сегодня

Культовые сериалы

«В Филадельфии всегда солнечно»: почему саркастический ситком об альт-райтах из паба так долго продержался на ТВ?

24 июня11
«В Филадельфии всегда солнечно»: почему саркастический ситком об альт-райтах из паба так долго продержался на ТВ?
Что смотреть на летних каникулах с семьей
Смотрите на Кинопоиске

Что смотреть на летних каникулах с семьей

24 июня0
«Пацаны», «Дурная кровь», «Асса»: каким кино вдохновлялся режиссер криминальной драмы «Межсезонье» Александр Хант
Интервью

«Пацаны», «Дурная кровь», «Асса»: каким кино вдохновлялся режиссер криминальной драмы «Межсезонье» Александр Хант

Вчера2
«Мисс Марвел»: подростковая драмеди в супергеройских декорациях
Сериалы

«Мисс Марвел»: подростковая драмеди в супергеройских декорациях

23 июня
На Кинопоиске выйдет четвертый сезон «Мажора» с Павлом Прилучным. А вот и его трейлер!
Трейлеры

На Кинопоиске выйдет четвертый сезон «Мажора» с Павлом Прилучным. А вот и его трейлер!

24 июня
14 лучших трейлеров недели: Дарт Вейдер отдыхает на пляже, а Чебурашка оживает
Трейлеры

14 лучших трейлеров недели: Дарт Вейдер отдыхает на пляже, а Чебурашка оживает

24 июня
Все про аниме

СпецпроектВсе про аниме

24 июня
Комментарии
Кинопоиск не хочет становиться площадкой для противостояний, поэтому комментарии к большинству материалов остаются закрытыми. Просим вас отнестись к этому с пониманием.