В российский прокат выходит фильм «Присутствие». Это очередной эксперимент Стивена Содерберга — неглупый, но и нестрашный триллер, полностью снятый с POV домашнего привидения. Встать на эту точку зрения попытался Станислав Зельвенский.
Станислав Зельвенский
Критик Кинопоиска
В просторный пригородный дом, старинный, но только что отремонтированный, въезжают новые владельцы — пара средних лет и их дети-тинейджеры. Фактическая глава семьи — Ребекка (Люси Лью), занятая в финансах, ее мягкий муж Крис (Крис Салливан) вечно чем-нибудь озабочен, сын Тайлер (Эдди Мадэй) — перспективный пловец, дочь Хлоя (Каллина Лян) в депрессии, поскольку не так давно ее лучшая подруга по имени Надя погибла от передозировки (как и еще одна знакомая девушка). Пятый жилец прилагается к дому — это привидение.
«Фильм, снятый с точки зрения привидения», — это в принципе все, что нужно знать про новую работу Стивена Содерберга. Он сам, как обычно, служит оператором, и «Присутствие» состоит из мобильных длинных кадров, увиденных широкоугольным объективом: невидимое нечто бродит или бегает по комнатам, прислушиваясь к разговорам живых. Вместо монтажа — периодические затемнения. Действие не покидает пределов дома, поскольку призрак, очевидно, покинуть его не может (или не хочет).
«Присутствие» рекламируется как хоррор, которым оно не является вовсе, да и триллером его можно назвать с некоторой натяжкой, хотя в конце происходят события, оправдывающие эту этикетку. Сценарист Дэвид Кепп — автор множества блокбастеров, питающий неразделенную слабость к камерным сверхъестественным историям (вроде его собственных «Отзвуков эха» и «Тебе стоило уйти»). Со стороны не совсем понятно, что, кроме возраста и любви к жанровому кино, так крепко объединило их с Содербергом, но Кепп сделал с ним неплохой постковидный триллер «Кими», и следующий фильм Содерберга — шпионская «Черная сумка», которая выйдет уже через пару месяцев — написан им же.
Здесь Содерберг с Кеппом фактически используют лишь скелет или, если угодно, голые стены остросюжетного рассказа, особенно не трудясь обжить этот дом. Страшная тайна, на которую зритель вправе рассчитывать, имеется, но ее контуры скорее обозначены, чем всерьез продуманы, и в ней нет ничего особенно готического — следы актуальных горестей из новостей. Призрак по большей части выступает безмолвным свидетелем происходящего, хотя умеет двигать предметы. Хлоя, как самая чувствительная (а возможно, не только поэтому), начинает подозревать незримое присутствие с начала, остальным членам семьи нужно наглядное доказательство, и Содерберг не был бы собой, если бы в какой-то момент на пороге не появилась дама-медиум.
Что ни возьми, это много раз где-то было, но в сочетании с броским художественным приемом имеет определенный эффект новизны. В семье, за которой мы наблюдаем, ситуация сложилась скверная в подчеркнуто жизненном, почти публицистическом измерении; это совсем не «Битлджюс». Героиня Люси Лью — злодейка, которая, хлопнув коньяка после тяжелого рабочего дня, любит честно сообщить сыну, что он ей из детей нравится больше, а на самой работе она вляпалась в какие-то неприятности уголовно наказуемого характера. Трогательный раззява-муж втайне мечтает разъехаться. Сын-спортсмен — образцовая скотина. Хлоя в тоске начинает встречаться с его предельно несимпатичным одноклассником. Это грустный, грустный мир.
Привидение служит нашими глазами и ушами, как бы присваивая функции, которые мы делегируем кинематографистам. По большому счету оно ведет себя так же, как вела бы обычная камера — может быть, чуть более рассеянно. Оператор обычно не прячется в шкафу, когда герои фильма занимаются любовью, но это мелочи. Таким образом, Содерберг, неутомимый исследователь возможностей кино, вероятно, задается здесь каким-то профессиональным вопросом. Скажем, где кончается пассивный взгляд камеры и начинается активный, где пресловутое присутствие перерастает в участие? Где проходят пределы контроля, о котором здесь заходит речь в ключевой, кульминационной сцене? Какую роль он, Содерберг, режиссер, оператор, монтажер фильма, играет на самом деле?
Все это довольно интересно для довольно узкой аудитории. Но большинству даже среди поклонников автора меланхоличный триллер покажется очередным элегантным, но нарциссическим и пустоватым упражнением в стиле. Еще одним фильмом Содерберга, который вроде и неплох, но словно бы заполняет паузу в ожидании того самого значительного высказывания, которое мы ждем от режиссера его таланта; обозначает присутствие.
Купите билеты на этот фильм на Кинопоиске
Вернем до 50% баллами Плюса за покупку билетов с Яндекс Пэй. Акция до 31.12.25, условия.