Нормальность в этом мире не уместна. (с)
Начиная смотреть «Аракаву», я надеялась увидеть обычную романтическую историю, не распространяющуюся за рамки законов жанра. Так вот, не надейтесь увидеть нечто обычное в том, к чему приложил свои руки Симбо Акиюки. Не вяжется обычность с его стилем подачи. В его работах парадом правит определенная, подавляющая все остальное доля безумия и нестандартность взгляда на будничные вещи. Это очередной мир, под его чутким руководством, опять и снова без особого предупреждения вываливает с экрана на ошарашенного зрителя, не вписывающийся ни в какие масштабы веселый и весь такой сияющий «Театр абсурда им. «Аракава», гениальный фарс и ироничность которого таит в себе население, из относительно небольшой группы людей, и им, вроде как, подобных. Такое, знаете, успокаивающее и расслабляющее место, где под дулом пистолета «Сестры», настроение в полнейшем шокированном состоянии будет в страхе подниматься, ибо на «Аракаве» ему, в столь плачевном состоянии, места никто не найдет, но задержаться там ему захочется настолько, что он пойдет на любые компромиссы.
Персонажи, с одной стороны, безусловно, комедийны и интересны именно в юмористическом плане, с другой же, их образы не просто комедийный фоновый фантик, лишенный индивидуальности. Это группа людей, не вписывающихся в наше с вами обычное общество и они, видимо, не так глупы, чтобы этого не замечать и не осознавать. А потому, решили найти свое прибежище под мостом, создать там свой мир, где можно быть тем, кем являешься (или хочешь являться…), с подтекстом «не нравится жизнь, придумай для себя другую» и никто тебя за это не осудит, ибо на этой территории нормальность не признают, как таковую. Потому смотреть очень приятно даже в психологическом плане, т. к. «Аракава» не скована определенными общественно-социальными грузилками с очень длинным носом, горделивым взглядом и его же мнением. Она живет свободно, настолько свободно, что заявлением о происхождении с Венеры никогошеньки не удивишь. А для кого-то ещё, свободно дышать и беззаботно ходить по белым линиям куда приятнее, чем по нещадно давящим офисным помещениям среди посредственной серой субстанции «белых воротничков», где не представляется возможности просто спокойно вздохнуть и забыть, хоть на скромную минуточку, о кучах бумажной макулатуры. А если нравятся существа из японского фольклора, можно прикинуться, к примеру, каппой, все будут более чем довольны! Для кого-то другого ещё, популярность и востребованность оказались настолько бесполезны, несущественны и обезоружены перед индивидуальной самореализацией, что проще стало просто надеть маску звезды на голову, но петь то, что хочется самому, чем быть звездой эстрадной, но петь то, чего от тебя хотят услышать, пусть и на громадных сценах. Кого-то не останавливает даже то, что в форматы желаемого образа втиснуться как-то вот даже малопредставляемо, но, как оказалось, все-таки возможно. Таким образом, полуманьячного и массивного вида дядичка, в наряде монашки, с сомнительными представлениями о вере и религии, которого, в свою очередь, морально умудряется добивать с виду милая, но на деле ещё более страшная девушка, оказываются не чем-то невразумительным, а самым настоящим действующим фактом, который, как известно, упрям. И не важно, что ради этого придется пожертвовать жизнью нормальных и успешных людей, ибо для этих товарищей, свобода, как мышления, так и действия, на головы первостепеннее.
Естественно, попав так неожиданно в компанию столь сомнительных фриков, наш ГГ как бы теряется, однако, как выясняется, нормальных здесь нет вообще, есть только чем-то их напоминающие, и видимо попал он как бы и по адресу. Так вот этот «напоминающий», со своими бзиками, благодаря которым на «Аракаве» ему пришлось прописаться, довольно быстро ощущает разницу между миром своим и миром Аракавы, обитатели которой уже давно попрощались с привычным ему, рациональным, отшлифованным и деятельным мышлением, но как они счастливы, как они свободны. Глядя на них, он открывает жизнь с несколько иной стороны, другой, неопытной и незнакомой, но какой же необходимой. Это, конечно, хорошо быть никому ничем не обязанным и ни от кого не зависеть. Однако, между уверенной независимостью и банальным, но болезненным одиночеством, имеется очень тонкая грань. И со временем, Рик скорее всего это бы осознал, но к тому времени этот поезд уже даже догонять было бы поздно. И порой довериться кому-то, позволить кому-то себе помочь, поддержать себя и разделить с этим «кем-то» свои радости и горести не означает оказаться слабым, это означает, что человек не одинок, а это то, к чему, по естественным причинам, тянутся все. Рик, воспитываясь по противоположной системе «ни от кого не зависеть и никогда не быть в долгу» вырос, безусловно, очень умным и уверенным в себе парнишкой, который не просто подает надежды, а уже и уверенно воплощает их в жизнь, но только в плане профессионального роста. В то время как его межличностные отношения с более менее обычными людьми, оказались территорией очень темного и глухого, не тронутого леса, что очень ярко видно, глядя на развитие отношений его и Нино.
Сюжета, в общем и целом нет, это скорее повествование повседневно-фееричной жизни по-обычному необычно чудаковатых людей. Романтическая линия Рика и Нино, в большинстве из показанных зарисовок/случаев с их общим участием, показана с юмористическим уклоном, что, впрочем, не мешает процессу постепенного развития их взаимоотношений, т. к. эти отношения, в определенные моменты, и без (обычно обязательных) отсылок к различным видам приемов жанра «романтика», заставляют практически кожей прочувствовать всю теплоту и духовную близость, привязанность и их взаимное уважение друг к другу, что о крепкости и непоколебимости союза беспокоится не приходится. А другие герои редко выходят из кадра надолго, то тут, то там с завидной периодичностью чудя и выдавая чего-нибудь эдакое. Потому «Аракава» уже не кажется просто романтической историей, она представляется как отдельный мир, с личностями разной степени запущенности по шкале индивидуальных причуд, наблюдая за которыми вдруг понимаешь, что да, сходить с ума, как вновь выясняется, штука забавная, и процесс прощания со своей «башней», на которую уже наверняка подозрительно косится почти все население Аракавы, мол, «а чего это там такое ещё не уползло окончательно?..», в такой ситуации, желательно не затягивать…
На выходе получаем бредово-саркастическую историю, с романтическим уклоном, но периодически отклоняющимся и отвлекающимся от него на какие-нибудь новые причуды других обитателей населения Аракавы, возвращаясь к первому достаточно редко (но метко). Строение и подача сюжета порою походит на восторженно-радостно-детское (по-хорошему) восприятие этого мира, такая она здесь, эта свобода, эта свежесть воздуха у берегов Аракавы просто затягивает в свою бурную, безумную, фееричную атмосферу, что, кстати, очень способствует разгрузке после аврально загруженного дня. А сходить с ума, это, знаете, как мечтать, не вредно.