В издательстве Музея современного искусства «Гараж» вышла книга «Мода в стране дефицита. Культура одежды, массовый пошив и ателье в позднем СССР» преподавательницы и исследовательницы, кандидатки социологических наук Юлии Папушиной.
Галина Юзефович
Литературный критик
Каждое время имеет свойство вглядываться в прошлое, выискивая среди минувших эпох ту, в которой проще всего увидеть собственное отражение. Пожалуй, для нас сегодняшних наилучшим зеркалом служит эпоха позднего СССР: кто-то высматривает в ней унизительный дефицит и железный занавес, кто-то более зеленую траву, пионерские костры и лучший в мире пломбир, а кто-то — мировое могущество страны. Именно этим, не то чтобы внезапным и особо удивительным интересом к послесталинскому периоду отечественной истории объясняется появление в последние годы множества нон-фикшен-книг, фиксирующих и рефлексирующих времена оттепели и застоя — от «Хрущевки» Наталии Лебиной до «Как мы жили в СССР» Дмитрия Травина и «Убывающего мира» Алексея Конакова.
Пермский историк и социолог Юлия Папушина в своей книге находит еще один метод осмысления 1960 — 80-х — сквозь призму моды. Или, точнее, сквозь призму скромной региональной институции, занятой этой самой моды производством и тиражированием.
Долгое время современное представление о моде в СССР определялось точкой зрения, изложенной в фундаментальной книге английской исследовательницы Джурджи Бартлетт «FashionEast: призрак, бродивший по Восточной Европе». В ней Бартлетт остроумно и решительно доказывала, что никакой моды в общепринятом понимании этого слова в странах соцлагеря не было и быть не могло. Тоталитарная идеология не предполагает динамики и изменчивости, а в отсутствие обратной связи со стороны конечного потребителя ни о какой моде и говорить не приходится. «Мода в стране дефицита» не столько вступает с этим устоявшимся тезисом в конфликт, сколько дополняет его, уточняет, детализирует, тем самым размывая самую его непоколебимую однозначность.
Советская мода — странный феномен, память о котором представляет собой не столько целостную картину, сколько россыпь осколков. С одной стороны, унылое однообразие и скудость мира одежды, данные человеку той эпохи, так сказать, в чувственных ощущениях. С другой — непрактичные и запоминающиеся подиумные модели, с неясными целями создававшиеся яркими одиночками вроде Вячеслава Зайцева. С третьей — дорогой и солидный индпошив, доступный лишь советской номенклатуре.
Все пространство между этими точками, а также вокруг них, покрыто мраком неизвестности. Именно его и рассеивает — по крайней мере, делает менее непроглядным — книга Юлии Папушиной.
Система производства чего бы то ни было в Советском Союзе всегда была максимально централизованной и иерархичной. Помимо прочего, это означало, что ведомства, занимавшиеся созданием оригинальных моделей одежды, располагались в Москве и должны были обеспечивать своей продукцией всю огромную, культурно и климатически разнообразную страну. К середине 1960-х годов несовершенство такого подхода стало окончательно очевидно, поэтому было решено создать дома моделей в городах, где уже существовали крупные швейные фабрики, сократив таким образом путь от разработчиков одежды к ее производителям. Тогда и рождается на свет главный герой Папушиной — Пермский Дом моделей одежды (ПДМО). Опираясь на свидетельства людей, заставших годы его расцвета, а также на архивные документы, автор восстанавливает историю ПДМО, по которой, как по капле воды, можно составить неплохое представление обо всей системе социалистической моды, его породившей.
Формально функции региональных домов моделей были весьма скромны: они должны были заниматься, как мы бы сказали сегодня, локализацией спущенных из центра директив с учетом локальной специфики. Однако на практике их задачи была куда шире и запутаннее.
Отношение к потребителю в СССР предполагало нескончаемое его воспитание: считалось, что без отеческого пригляда со стороны государства советский человек впадет в дикость и бескультурье, а значит, его ни в коем случае нельзя оставлять наедине с собственными порывами. В качестве одного из агентов воспитательного процесса должен был выступать дом моделей — ему надлежало пропагандировать хороший вкус и продвигать среди жителей региона принципы культурного потребления.
Кроме того, он должен был взаимодействовать со своими непосредственными заказчиками — швейными фабриками. Их задачи во многом шли наперекор задачам ПДМО: производственникам куда важнее были расход ниток и нормы экономии ткани, чем соответствие эстетическим принципам, сформированным в столицах. Еще одним контрагентом ПДМО были представители торговли. В условиях сложившегося в последние советские десятилетия псевдорынка или хозрасчета они были заинтересованы в продукции, которая пользуется спросом, и это создавало почву для бесконечных конфликтов как со швейниками, так и с модельерами. Ну а в роли вишенки на торте выступала внутриотраслевая конкуренция с другими региональными домами моделей, а также стремление добиться одобрения и внимания со стороны центральных моделирующих организаций. Этот последний императив обусловил создание своеобразного советского аналога «высокой моды» — так называемых творческих коллекций, представлявших ценность исключительно художественную и не шедших в производство.
Расхожее мнение о советской экономике часто рисует ее как систему примитивную, грубую и потому неэффективную. Не оспаривая последнюю характеристику, автор «Моды в стране дефицита» предлагает, однако, видение радикально иное.
Экономика производства одежды с Стране Советов была настолько головоломно сложна, интересы ее акторов настолько противоречили друг другу и регулировались таким количеством взаимоисключающих инструкций и требований, что удивительно, как люди действительно ухитрялись не бегать по улицам голышом.
Кое-какие генетически обусловленные конфликты удавалось сгладить за счет человеческих отношений, поэтому, как пишет Папушина, экономика того времени была не в полном смысле слова плановой, но скорее, администрируемой. Методы ручного управления давали возможность местами подкручивать колесики так, чтобы вся неповоротливая, громоздкая машина продолжала движение. Однако проблемы накапливались, и если сегодня кому-то кажется удивительным, что советская экономическая система рухнула, то, возможно, после прочтения «Моды в стране дефицита» вопрос встанет иначе: как же она простояла так долго?..
Книга Юлии Папушиной сохранила многие черты академического стиля. Пожалуй, читатель выиграл бы, если бы выражений вроде «данное определение было рассмотрено в предыдущих параграфах» стало чуть меньше, однако некоторая тяжеловесность, безусловно, простительный недостаток для работы такой тематической новизны.
Как всякое по-настоящему добросовестное, глубокое и вдумчивое локальное исследование, «Мода в стране дефицита» обладает свойством исподволь проступающей универсальности. Сквозь историю дома моделей в индустриальном уральском городе прорастают истории куда более объемные, всеобщие. Говоря о конкуренции среди советских модельеров, Папушина говорит сразу и о принципах советской конкуренции как таковой — безопасной (проигрыш не был чреват карами, выигрыш не сулил особых благ), а потому в некотором смысле более этичной и бескорыстной. Описывая жизнь модельера, манекенщицы или искусствоведа ПДМО (их быту и нравам посвящена самая длинная и самая увлекательная четвертая глава книги), автор описывает жизнь всей городской творческой интеллигенции среднего или низшего разряда. Рассказывая об изматывающем дефиците, рассказывает еще и об изобретательности в его преодолении. Анализируя бездушную механистичность советской административной машины, подробно останавливается на теплых человеческих способах ее обхода и донастройки.
Словом, возвращаясь к тому, с чего мы начали, под обложкой книги Юлии Папушиной читатель найдет сразу и то, за что Советский Союз можно любить, и то, из-за чего желать его возрождения по меньшей мере неразумно: и железный занавес, и тотальную цензуру, и самый лучший в мире пломбир, и мушкетера Боярского. А значит, при всей специфичности выбранной автором темы «Мода в стране дефицита» содержит ровно то, чего мы ждем от любого умного, зоркого и небанального исследования позднего СССР.
Читайте «Моду в стране дефицита» Юлии Папушиной в Яндекс Книгах.