На Кинопоиске выходит культовый казахстанский проект — сериал «Пацанские истории» и его полнометражное продолжение, максимально неполиткорректная и разухабистая комедия «Пацанская история», ставшая хитом кинотеатрального проката и фаворитом критиков. Карим Кадырбаев рассказывает о том, как авторам франшизы удалось сыграть на ностальгии по нулевым и произвести фурор и скандал в Казахстане.
О чем это
Своими вводными «Пацанские истории» — мы говорим и о сериале, и фильме — очень напоминают культовые российские проекты о простых ребятах в трениках и с дырой в кармане; не настоящих бандитах, а увлеченных и комичных подражателях. Из аналогов — пермские «Реальные пацаны» или сочинский «Непосредственно Каха!».
Итак, Алматы, 2005 год. Казахстан вступил в ту короткую экономическую эпоху, которая позднее будет называться «сытыми нулевыми», однако традиции микрорайонов и криминальная романтика, подогреваемая регулярными телепоказами «Бригады» и компьютерной игрой GTA: San Andreas, по-прежнему будоражат воображение молодых ребят. В одном из спальных районов начинается история Тимы, Руса и Каира — героев теле- и кинофраншизы, обычных пацанов с обычными жизненными запросами.
Сетап звучит банально, если не учитывать значение референсов. Проект, придуманный сценаристом Нурсултаном Джумабековым, — это, безусловно, сатира, но смеются авторы «Пацанских историй» не над «реальными пацанами», а над их экранными воплощениями. В сериале казахстанской публикой моментально считываются отсылки к фильмам Акана Сатаева, как раз во второй половине нулевых давшего ответ «Бригаде» — его «Рэкетир» был динамичным дайджестом лихих 90-х. В 2016-м Сатаев снял его своеобразный приквел «Районы», где рассказал, как, собственно, криминальное комьюнити формировалось в школьных классах, на дискотеках в ДК и в уличных драках. Фильм вновь напомнил о пацанском кодексе чести, который выглядел уже совершенным анахронизмом 7 лет назад и требовал иронического переосмысления.
Этим переосмыслением как раз занялся Джумабеков в сериале, снятом спустя два года после выхода картины Сатаева. Самое удивительное, что главных героев в нем сыграли звезды «Районов» Эльтерес Нуржанов и Шарип Серик.
Как это снято
Первые эпизоды сериала точно не назовешь исторической реконструкцией — слишком много неточностей в бытовых деталях. В 2005-м в Алматы подростки больше не ходили в спортивных костюмах, на сигаретных пачках не было страшных фотографий рака и стоматита, а об электронных сигаретах тогда и слыхом не слыхивали. Впрочем, казахстанский зритель на эти мелочи внимания не обращал, ведь «Пацанские истории» отлично передавали дух времени. Точно воспроизведенный вайб середины нулевых (в том числе сленг и звучащий на репите трек «Растаман» White Hot Ice) переносил миллениалов в лучшую, как потом оказалось, эпоху. Это были последние годы без социальных сетей, но уже с повсеместным распространением сотовой связи; еще без айфонов, но уже с культом вокруг статусных мобил. Собственно, с мобильников начнется история в фильме, продолжающем сериал, главные герои которого отжимали телефоны у подростков. Награбленное перевозили в Кыргызстан, забирая оттуда аналогичную партию паленых мобил. И все бы отлично продолжалось, если бы в один прекрасный момент герои не попробовали кыргызский «ручник», то есть гашиш.
Здесь «Пацанская история» делает эффектный реверанс в сторону совсем другой киношной субкультуры, милой сердцу ветеранов уличных разборок. Дело в том, что в начале 2000-х одной из основных точек сбора пацанов были «компы», то есть компьютерные клубы, и по непонятным причинам во всех этих клубах на серверах был обязательно закачан фильм Чича Марина и Томми Чонга «Укуренные». Приключения потхедов 1970-х стали хитом у четкой молодежи нулевых и, очевидно, повлияли на сюжет и юмор «Пацанской истории».
Как приняли фильм в Казахстане
Кроме расслабленного психоделического вайба, еще одной причиной успеха проектов Джумабекова стал живой язык, на котором общаются главные герои. В Казахстане нет закона о запрете мата в кино, и авторы оторвались по полной. К примеру, ближе к финалу картины появляется персонаж Нурбека Мукушева, который матом не ругается, а просто на нем филигранно разговаривает. Правда, обсценная лексика сыграла злую шутку: из-за обилия нецензурных слов фильму впервые в истории казахстанского проката присвоили рейтинг 21+, что означало уменьшение количества сеансов. И даже с этими ограничениями картина стала хитом, а смелость и изобретательность ее авторов так зацепили критиков Казахстана, что они выдвинули ее на премию своей профассоциации в номинации «Лучший жанровый фильм» (правда, приз в итоге достался музыкальному байопику группы «Дос-Мукасан»).
Вердикт
Случай «Пацанской истории» — настоящий прорыв в казахстанской киноиндустрии. Успех фильма-продолжения этого веб-сериала подтолкнул к созданию полнометражных картин продюсеров «Аппақ Келін» и «Шекер». И, конечно, это тот редкий случай, когда продолжение оказалось лучше оригинала. Смелое обращение к рискованным темам, погруженность в живую уличную культуру и ее язык, комические панчи и сюжетные виражи…
Возможно, если бы Тарантино начал трудовой путь в алматинском, а не лос-анджелесском видеопрокате, он снимал бы именно так.
Смотреть надо и сериал, и фильм. Без предварительного знакомства с показанной в веб-версии ретровселенной Алматы-2005 трудно оценить внутренние шутки и ностальгические референсы «Пацанской истории». А начав знакомство с Тимой, Русом и Каиром, уже невозможно попрощаться с этой троицей обаятельных и инициативных горе-жуликов.
Смотрите «Пацанские истории» и «Пацанскую историю» на Кинопоиске в Плюсе.
Автор: Карим Кадырбаев