всё о любом фильме:
kicking
Сергей Бутаков, Россия, Магнитогорск, 44 года, 3 июня 1972, М
Добавить в друзья

 заходил 5 часов назад

Регистрация: 26 декабря 2015 Рейтинг комментариев: Обновления сайта: 0

«Хочу стать главным городским сумасшедшим:)))))
Любимая музыка:Очень много
Любимые игры:Проживать жизнь
Любимые цитаты:Ищу человека
О себе:оптимистичный пессимист»

 

Оценки пользователя

все оценки (254)

 


Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Рецензии на фильмы: 155

Результат творческого содружества двух живых классиков кино и литературы — Вима Вендерса и Петера Хандке — был представлен на Венецианском фестивале в прошлом году и не получил большой поддержки у критиков и членов жюри. Благодаря авторитету создателей «Прекрасные дни в Аранхуэсе» без большого труда стали фильмом-претендентом на «Золотого Льва». Эта лента тандема, создавшего когда-то сейчас уже эталонные «Небо над Берлином» и «Ложное движение», представляет претенциозное проникновение на территорию терапии творческого бесплодия. Любое авторство — штука очень непростая и сопряженная не только с вдохновением, но и с магией деталей обстоятельств: кому-то для создания шедевра нужен вид из окна, кому-то — запах свежего кофе, кому-то — и вовсе что-то совсем непечатное и непотребное. «Прекрасные дни в Аранхуэсе» — это камерная драма душевного эксгибиционизма главных героев, полная смыслов, диалогов и символов, где интеллектуальный вуайерист-автор стремится увидеть в потоке сознания и зафиксировать на допотопной пишущей машинке ускользающее главное.

Одноименная пьеса Хандке 2012 года представлена в основе сценария «Прекрасных дней в Аранхуэсе» практически дословно с добавлением постмодернистской структуры в повествование. Некий Писатель (Йенс Харцер, «Реквием», «Страхование жизни») в красивейшем загородном особняке (для съемок использовался дом великой Сары Бернар) творит в красивейших видах в окружении глициний и роз. Главная интрига ленты — это диалоги материализованных для вдохновения писателя Мужчины (Реда Катеб, «Пророк», «Цель номер один») и Женщины (Софи Семен, уже снимавшаяся у Вендерса в «За облаками»), о которых ничего не известно в самом начале и примерно так же мало известно в конце фильма. То ли бывшие любовники, то ли супруги, то ли родные брат и сестра усажены за буржуазно-старомодный стол в красивейшем саду для драматичных диалогов, призванных дать еще одну порцию очень личных ответов на самые странные и интимные вопросы Писателя. Вендерсу удается представить не просто далекие от кинематографии диалоги Хандке, он разыгрывает трехактную драму вдохновения для Писателя со сменой шарфов, платьев и шляп, с материализацией старого друга Ника Кейва за роялем, который становится тем окончательным камертоном и позволяет настроиться на восприятие этой экспериментальной работы целиком и окончательно.

«Прекрасные дни в Аранхуэсе» сняты в одной локации и скупы на действие как таковое, тем не менее, выстраивание диалогов, наложение определенных правил на эти диалоги позволяют получить очевидный выход в виде поэзии самой ленты и неприкрытой эмоциональной правды. Камера Бенуа Деби ("Танцовщица», «Любовь «) становится инструментом, который добавляет динамики ракурсов в эти статические посиделки двух разнополых человеческих особей в персонифицированном раю. В действие вовлекаются не только люди: яблоко, кувшин с лимонадом и пара стаканов, собака и музыкальный автомат становятся бессловесными героями второго плана, которые позволяют ликвидировать дефицит действия в фильме и дают неожиданный эффект наряду с диалогами. Лента каждый раз размещает зрителя на расстоянии вытянутой руки и позволяет спроецировать разговоры, повторы слов и воспоминания об опытах на себя, настраивая не на мечтательность и созерцательность, а на сопричастность к темам и остроте вопросов для подготовленного зрителя. Мужское и женское, эмоциональность и рациональность, глубина и поверхность в виде интеллектуализированных эротических признаний и наблюдений за мелочами мира природы, за канюками, листьями шелковицы и Плеядами создают умиротворение и очередную уверенность в самом несовершенстве человеческой природы.

Все полтора часа «Прекрасных дней в Аранхуэсе» — это больше не желание авторов высказаться, а, скорее, попытка говорить со своим, далеко не случайным, зрителем, умеющим слышать и видеть все-таки немного больше, чем текст современной пьесы и действие экспериментальной киноленты. Отмечу больше, эта лента сознательно создана создана в формате бегства от суеты двух людей, где нельзя расставить четкие акценты и дать именно черно-белую оценку. В яркой картинке фильма есть чувства и рассказ о них, но нет препарации, есть истории, но нет морали, и есть большая авторская идея — показать дрожание момента, отделяющего обыденность от художественного шедевра. Мужчина и Женщина никогда не станут другими, они счастливы в этой гармонии противоречий, а Писатель… иногда это просто удачливый и талантливый соглядатай за реальностью, пусть и полностью придуманной. Все в наших руках.

7 из 10

16 февраля 2017 | 10:33

Греческий «Загар», представленный на нескольких международных фестивалях в Роттердаме, в США («На юг через юго-запад») и в Южной Корее, заставил говорить о его авторе — режиссере и сценаристе Аргирисе Пападимитропулосе — как о еще одном представителе нового греческого кино. И это наряду с такими широко известными именами его соотечественников как Йоргос Лантимос ("Лобстер», «Клык») и Афина Рахель Цангари ("Аттенберг», сериал «Борджиа»). Содержание ленты не выбивается из общего режиссерского тренда этих авторов: «Загар» в меру тревожен и способен показать все оттенки душевного дискомфорта там, где этот дискомфорт невозможен по определению. Жизнь забрасывает доктора средних лет Костиса (Макис Пападимитру, блеснувший в недавнем «Шевалье» Афины Цангари) на небольшой островок Антипарос в Эгейском море с парой чемоданов, куда, по всей видимости, уместилось все его разочарование от прошлой жизни. Пападимитропулосу удалось снять «Загар» как фильм, где островной рай дает жизни врача закручиваться сначала в виде драмы и далее, через комедию и мелодраму, прорастать в триллер.

Попробуйте понять человека, который исправно лечит всех своих островных пациентов на протяжении долгой и дождливой зимы и который получает дразнящую прививку обнаженными телами летом. Жизнь главного героя «Загара» скучна, он вынужден терпеть местных жителей вместо того, чтобы присоединиться к обществу аборигенов и начать жить счастливо. Другое дело — лето, летом жизнь бурлит, красотка Анна (дебют Элли Трингоу), которая вдвое младше Костиса, попала в небольшую аварию и вовсю кокетничает с этим обаятельным коротышкой с грустными глазами. И доктор пускается во все тяжкие курортного отдыха с компанией своих новоиспеченных друзей с бесконечными загулами, купаниями голышом и прочими пьяными авантюрами. «Загар» словно искаженная проекция набоковской «Лолиты» на Костиса в виде возникновения навязчивого влечения, которое ведет к полному крушению жизни и вызывает сочувствие несмотря на всю сложность его характера.

Актерская работа Макиса Пападимитру в этом фильме достойна всяческих похвал, он сыграл героя замечательной и в меру душераздирающей истории с огромным набором эмоций человека без прошлого и без ощутимого будущего. Костас всем своим видом вызывает жалость именно потому, что его карьера врача не столь блестящая как хотелось бы, что у него нет друзей, что он — просто одинокий возрастной мужчина со странностями. Но именно в компании молодых хипстеров он пытается быть с ними наравне и быть собой, хотя и не понимает, что ничего серьезного и настоящего в этих странных отношениях нет. Костас — просто уморительное курортное развлечение для туристов, местный парень, с которым можно хорошо провести время, в то же время доктор начинает пренебрегать своими обязанностями, пьет не просыхая и переступает клятву Гиппократа. Пападимитру удается создать образ человека, который стремительно деградирует и теряет голову от практически подростковой влюбленности, его Костас в «Загаре» — это увлекательная история паранойи и отчаяния во вполне комфортных обстоятельствах, где от шутки до трагедии всего чуть больше часа экранного времени.

Пападимитропулос как режиссер эффективно использует в этой ленте повторы и выстраивает ритм в основном от бурлящей пляжной и ночной жизни Антипароса, которая пронзает гламуром, утренним похмельем и сексуальной невоздержанностью. Ему удается сцена поистине в босховском стиле, когда вся компания нагишом извивается на праздничной вечеринке в экстазе у костра и Костас оказывается уже в невозвращенцах для прежней размеренной и правильной жизни. Все выстраивается в «Загаре» на контрастах: зима — лето, разница в возрасте, дневной пляжный отдых против безумных вечеринок, субтильная Красавица против пузатого Чудовища с килограммом шерсти на теле. И режиссеру удается, не теряя ритма фильма, пустить его по пути истории получения малышом Костисом всеми доступными путями смутного объекта желания. Море выпивки, жар разгоряченных тел, грохот ночных дискотек — практически Ибица, включая скромного странного доктора среднего возраста, который застрял где-то в двух шагах от этого рая.

7 из 10

9 февраля 2017 | 17:36

Кто бы мог подумать, что франшиза «Звонок» получит такое неожиданное продолжение всего двенадцать лет спустя, изменяя формат видеобращений и уходя от зловещих VHS-просмотров. Технологии существенно изменились, изменились пути распространения и сам механизм работы проклятия. По сути дела, третья часть франшизы уже с названием «Звонки», сдавливаемая со всех сторон недоверием зрителей, скепсисом критиков и тисками самого жанра, показывает, что в отдельно взятом фильме можно пойти по своему пути. Ф. Хавьер Гутьеррес, снявший этот фильм, очень бережно обошелся с материалом двух предыдущих голливудских «Звонков» и развернул материал в большей степени в сторону мистики. Нынешние «Звонки» — это очень странная смесь хоррор-перезагрузки и мистического детектива, в которой есть уверенно рассказанная в рамках жанра история, демонстрирующая жанровую ограниченность.

Вполне очевидно, что история матери-одиночки Рэчел из предыдущих «Звонков» в исполнении Наоми Уоттс вряд ли могла иметь достойное продолжение после кассового провала второй части франшизы. Введение на главные роли Джулии и Холта в новой ленте Матильды Лутс (сериал «Пересекая черту») и Алекса Роу ("5-я волна», «Снайпер: Наследие») дает возможность для принципиального перезапуска сценария. История Орфея и Эвридики не только цитируется в сюжете, она претерпевает гендерную трансформацию, что идет ленте на пользу, и спасением заплутавшего в «семидневии» Холта занимается уже его возлюбленная. Поэтому основа для сюжета «Звонков» — это добровольная жертва-спасительница, идущая по следу в уже знакомой американской глубинке. Отдавая еще один белый шар в пользу Гутьерреса и сценаристов отмечу, что идея цепной реакции распространения вирусного видео и его экранного расползания вполне уверенно нагнетает страха и действует как пирамида смерти, где каждый ищет свою жертву-хвост для выживания.

Не надо бояться незнакомцев, куда опаснее, по версии «Звонков», университетские чудаки, ищущие существования души при помощи сомнительных зернистых видеонарезок. Именно Габриэль (Джонни Галэки, «Теория большого взрыва», «Время») вовлекает ничего не подозревающих студентиков в свой странный эксперимент и подсаживает их в машину смерти, именно он может претендовать на роль главного злодея этого фильма, нажимающего на все спусковые механизмы и охотно рефлексирующего по поводу сделанного. Винсент Д’Онофрио великолепен в своей роли слепого священника, великолепно говорит о самом себе в третьем лице и становится гвоздем всей истории. Для этого актера не представляет большого труда сыграть не просто святошу без прихода, а мрачное циничное зло без возраста, создателя своего персонального ада, по-паучьи цепкого к своим жертвам. В пользу Гутьерреса как режиссера говорит и то, что как он работает с классическим для «Звонков» визуальным материалом, все эти концентрические кольца, мухи, выползающие в нужных местах, зловещие надписи в склепе и рой цикад — в разряде маленьких радостей для искушенных ценителей подобных лент.

Гутьеррес очень тщательно работает именно с атмосферой в фильме и создает страх при помощи эффектов и ракурсов, привлекая весь классический арсенал хорроров начиная от дизайна освещения и заканчивая тщательной редакцией звуковой дорожки к ленте. Каждый звук и звучок в «Звонках» нагнетают именно атмосферной жути: будь то неожиданно открывающийся зонтик или лай собаки. Интересна своеобразная цитата «Психо» Хичкока, которая и близко не подходит к оригиналу, но работает на общее настроение этого фильма. Муки создателей фильма просматриваются в основном в поиске адекватной идеи фильма для людей, не представляющих свою жизнь без сматрфона и соцсетей, где зло может накатывать просто из гаджета без громоздкой схемы с VHS-просмотром. Финал ленты навязчиво намекающий на продолжение истории и надеемся, что продолжение франшизы будет уже с применением облачных технологий и будет порасторопнее успевать за техническим прогрессом.

7 из 10

6 февраля 2017 | 18:06
Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...