всё о любом фильме:

igiss > Друзья

 

Друзья в цифрах
всего друзей61
в друзьях у66
рецензии друзей6645
записи в блогах-
Друзья (61):

В друзьях у (66):

Лента друзей

Оценки друзей

Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Сакутаро коллекционирует олдскульных роботов, пишет научно-фантастические повести и очень любит свою жену. Сэцуко готовит вкусные ужины из луковиц, так напоминающих Сатурн, всегда первая читает рукописи Сакутаро и, конечно, очень любит своего мужа. Можно бесконечно наслаждаться тем, как горит огонь, течёт вода и смотрят друг на друга безоглядно влюблённые, но режиссёр Мамору Хоси не даст зрителю такой возможности. Очень скоро из рук Сэцуко выпадет корзина с подаренными соседкой каштанами, хрупкое тело пронзит боль, и доктор, вместо «поздравляю Вас, Вы беременны», озвучит страшный диагноз, отмеряющий короткий срок оставшейся жизни. Однако Сакутаро сделает всё, чтобы с лица Сэцуко не сходила улыбка, ведь, как известно, смех — лучший способ борьбы со смертью. Каждый день он будет писать по одному рассказу, и каждый рассказ отдалит уход любимой жены ещё на несколько часов, которые сложатся в недели, месяцы и годы. Их будет в пять раз больше, чем предсказывали врачи, а это ли не самый ценный подарок, доступный, пожалуй, только истинно любящим.

Синопсис фильма обещает смех сквозь слёзы и неизбежный эмоциональный катарсис — а как может быть иначе, если главным героям приходится служить живыми воплощениями тезиса о смерти, которая, в конце концов, всё же их разлучит. И быть «1778 историям обо мне и моей жене» японским «P.S. Я люблю тебя», если бы для создания качественной драмы было достаточно лишь потенциально слёзовыжимательного сценария о двух влюблённых, один из которых трагически не вовремя умирает. Однако, если в американской экранизации ирландского любовного романа был соблюдён баланс между флэшбеками и центральным сюжетом, а взаимоотношения персонажей со всеми дурацкими ссорами, бурными примирениями, романтической бытовухой и бытовой романтикой отличались флёром нарочно-не-придуманности самой жизни, японский фильм предлагает зрителю лишь определённый визуальный ряд, сопровождаемый закадровым текстом от лица главного героя, движущиеся картинки, правдивость и реалистичность которых необходимо просто принять на веру.

Мамору Хоси никак не может нащупать нужную тональность повествования, баланс между трогательной наивностью и откровенной глупостью упорно склоняется в пользу последнего, в результате чего зритель постоянно чувствует себя лишним. Немногие действительно удачные эпизоды вроде сидения под зонтом в собственной комнате, в надежде спастись от дождя, пробившегося сквозь протекающую крышу, кажутся слишком интимными, чтобы транслироваться на большую аудиторию, как если бы в кинозале показывали милое хоум-видео с шутками, понятными только двоим. Между тем, большая часть действий персонажей ориентирована исключительно на удовлетворение собственных эгоистических потребностей. Декларируемое упорно не совпадает с демонстрируемым: Сакутаро заставляет себя писать истории каждый день и для этого отказывается от прибыльного контракта, который мог бы помочь достать нужные лекарства; он хочет отвлечь жену от мыслей о смерти и идёт развлекаться без неё — она потом прочтёт обо всём в очередном рассказе. Сэцуко, в свою очередь, играет роль послушной японской жены, что, впрочем, не мешает ей критиковать экзерсисы мужа за несоответствие жанру и периодически устраивать истерики, потому что Сакутаро тратит жизнь не так, как, ей кажется, следовало бы. 

Выбранная режиссёром интонация с постоянными акцентами на кажущихся ему важных, а на деле предсказуемых и от этого тривиальных деталях вроде забинтованных пальчиков Сэцуко или растущей кипы рукописей Сакутаро, и бьющей по ушам своей активной трагичностью музыке раздражает зрителя, желающего чувствовать себя хоть немного умнее малыша, которому нужно разжёвывать очевидные вещи. Отчаянную беспомощность простой, и где-то даже банальной истории, безжалостно растянутой на два с половиной часа за счёт бессмысленных вставок из рассказов главного героя, лишённых всякой логики и обогащённых спецэффектами из 1960-х без всякого намёка на стилизацию, не могут спасти ни неплохая операторская работа с любопытными ракурсами, ни внезапно появившиеся между главными героями за десять минут до финала взаимные чувства. Нельзя дважды произвести первое впечатление, и «1778 рассказов обо мне и моей жене» так и останется похожим на толпу японских туристов — шумных, словоохотливых, суетливых, старающихся сделать хорошее фото на фоне красивого, по мнению многих, пейзажа. Набором визуально симпатичных и лишённых какой-либо смысловой наполненности кадров для профиля в Инстаграме, который непременно наберёт много подписчиков, желающих скоротать вечерок, скролля чужую, такую ненастоящую жизнь.

  • Полезная рецензия?
  • Да / Нет
  • 1 / 0
26 марта 2017 | 18:13

Фильм Алена Корно «Форт Саган» — экранизация одноименного романа Луи Гарделя, главные события которого разворачиваются на бескрайних просторах французской Сахары. Не знаю, что первично в восприятии этой трёхчасовой картины — места событий либо сами события, но… Вот попробуйте подобрать «хорошие» эпитеты к слову «пустыня». К «лес», «горы», «равнина», «река» — сколько угодно, а к «пустыня»? Да, это уникальный географический объект со своими особенностями; форты в пустыни, с царящими в них порядками и нравами, «верблюжьи войска», колоритное местное население — во всём этом есть определённый эффект новизны для кино. Да вот только, чтобы смотреть на это, затаив дыхание, на протяжении 3 часов, нужно приложить немалые усилия. Подобно тому, как невероятные красоты гор добавляют прелести разворачивающимися на их фоне событиям, пейзажи пустыни вносят уныние во всё происходящее на экране.

Конечно, в фильме есть сюжет, но он абсолютно под стать антуражу — неспешный и навевающий скуку. Как и путникам в пустыне, сюжету не хватает свежего ветра и оазисов, дарящих наслаждение и вносящих что-то новое и приятное.

Не становятся этими долгожданными оазисами и знаменитые актёры — ни один из них не проявляет себя с какой-то неожиданной стороны, не погружается в новый образ — просто обычная хорошая актёрская работа.

Всё это делает «Форт Саган» не более чем очередным историческим фильмом, ни чем особенно не выделяющимся среди сотен картин подобного жанра. Конечно, он не плох, но и восхищаться собой (как, например, «Барри Линдон» Стенли Кубрика) не заставляет.

Поэтому сегодня картина Алена Корно может привлечь разве что громкими именами на афише, а главный факт, про который упоминают, вспоминая про этот фильм, это то, что на момент выхода он стал самым дорогим французским фильмом. Но разве для этого снимается кино?

7 из 10

  • Полезная рецензия?
  • Да / Нет
  • 0 / 0
26 марта 2017 | 15:48

Пыльный без единого деревца пустырь, примыкающий к американской военно-воздушной базе застроен на скорую руку возведенными строениями, в которых нуждающийся в отдыхе заморский солдат найдет все, что понадобится. К его услугам американский виски, американские сигареты, американская кока-кола и безотказные японские девушки, с которыми за американские доллары можно делать все, что угодно — даже резать на кусочки: японские женщины еще нарожают…

В «Черном снеге» Тецуи Такечи ненавистью к Америке сочится каждый кадр. Здесь нет ничего, кроме этого слепого, всеобъемлющего гнева в адрес чужаков, пришедших на священную землю Нихона, чтобы уничтожить ее древнюю культуру, принеся взамен культ денег и массовых развлечений. Это настоящий гимн традиционной японской ксенофобии, столетия позволявшей удерживать страну в стороне от гнили западной цивилизации и ханжеской авраамической морали. Вот только гимн этот в изображении режиссера становится похоронным, потому что нет больше былой Японии, и нет больше носителей японского духа. И символический кадр трех отчаянных собирателей подписей против американской базы на фоне ЗАХОДЯЩЕГО за взлетную полосу солнца становится апофеозом горького и беспросветного фильма. Жители поселка, кормящиеся подачками от гэйдзинов изгнали их пинками и угрозами, потому что куда больше самурайского духа их волнует возможность набить гниющее от сифилиса нутро американской едой.

Главный герой фильма, юноша по имени Джиро, тоже не ведает иных чувств, кроме ненависти, которая для него сливается с постоянно испытываемой похотью. Ведь живет Джиро в том самом борделе, где поголовно больные сифилисом шлюхи готовы исполнить любую прихоть американского солдата. Основным развлечением для него является подглядывание за грубым трахом через неплотно примыкающие к потолку перегородки, а главной мечтой — изнасиловать свою родную тетку, держащую бар с контрабадной выпивкой. Собственно, бордель тоже принадлежит ей, но управляет им мать Джиро, которую он тоже ненавидит. Вот только рано постаревшая родительница не вызывает у сына такой безудержной похоти, как ее сестра, а потому может еще долго ни о чем не подозревать, по прежнему считая своего мальчика несмышленым ребенком.

Между тем, ребенок давно вырос и мечтает выпустить наружу свою ярость. Ведь других чувств он не знает, и когда на его пути встречается любовь, он ее тоже принимает за ненависть, что неизбежно приводит к трагедии. Потому что вместо последнего носителя старинного самурайского духа он видит нищего водителя такси, а в воспитанной старым профессором в традициях уважения к старшим дочь — банальную шлюху, которую можно подарить человеку, внимания которого ты ищешь. В результате — традиции растоптаны, честь обнаженным телом втоптана в грязь у забора американской базы, из-за которой черными пятнами мазута сочится Тьма, окутавшая Японию.

Жесткость высказываемых идей неизбежно перерастает у Такечи в жесткость кинематографического языка. Даже в снятом годом раньше садо-мазохистском триллере «Видения» («Hakujitsumu») он не позволял себе такого натурализма в изображении насилия. Собственно, весь мир «Черного снега» — это мир секса и насилия. В этих двух словах сконцентрировалась квинтэссенция жизни для Джиро, для его старших приятелей-бандитов, для сифилитичных проституток из борделя его матери, даже для тетки, которая не видит ничего необычного в том, чтобы быть изнасилованной своим племянником. Ну, разве что чуть удивиться. Столь откровенные, на грани порнографии даже по сегодняшним временам сцены, Такечи использует для усиления эффекта полного отрицания современной ему действительности, в которой японский дух мертв, а тело способно только на самые примитивные желания.

Остается ли надежда? Ведь Джиро вроде бы пробуждается в финале от своего кошмарного сна. Только делает он это слишком поздно, когда уже ничего нельзя исправить. Нельзя вернуть девственность несчастной дочери старого профессора, нельзя вернуть жизнь тетке, нельзя даже спасти себя самого… А база ведь так и останется мерзким спрутом на территории Японии. И страшна даже не сама база — страшно, что люди смотрят американские фильмы (других в поселке Джиро не показывают), страшно, что пьют американский виски (саке в поселке Джиро не бывает), страшно, что цену меряют в долларах (других денег в поселке Джиро не принимают). Страшно даже не то, что в Японию пришла чуждая культура — то, что от культуры этой взято лишь худшее, и карикатурным образом примерено на себя.

«Черный снег» прямо и безапелляционно утверждает невозможность взаимопроникновения культур на низовом, бессознательном уровне. Можно сколько угодно пытаться понять чужую философию, изучать этику с эстетикой. Но это — удел избранных. На уровне толпы все низводится до базовых примитивных инстинктов, выплескивающихся в секс и насилие, певцом которых Такечи и стал в своей дальнейшей кинематографической карьере. Вот только националистических манифестов больше не снимал. Смысла метать бисер перед… умершей японской нацией он уже не видел.

  • Полезная рецензия?
  • Да / Нет
  • 2 / 0
26 марта 2017 | 10:46

Много воды утекло в реке Квай с того дня, как появились впервые на её берегу британские солдаты, насвистывавшие бравурный, насмешливый марш, во главе со своим полковником, невольником чести и долга. Взятые в плен японскими войсками, захватившими Бирму в 1943 году, британцы построили мост через реку Квай. Истинное достижение инженерной мысли в немыслимых условиях, мост будет разрушен под потрясённый крик единственного выжившего свидетеля:«Безумие, безумие!» Это слово досконально суммирует суть войны, окутaвшей мир непроницаемой пеленой ужаса нa шесть долгих лет, и подводит итог фильма Дэвида Лина, «Мост через реку Квай», чьё действие развивалось в Бирме, ставшей одной из самых горячих точек Второй Мировой войны в Азиатско-Тихоокеанском Регионе. Фильм «Бирманская арфа» Кона Итикавы разворачиваeтся, практически, в тех же пейзажах, что и «Мост через реку Квай», и воспринимается как логическое и хронологическое завершение картины Лина, но представленное с точки зрения мастерa кино Японии, страны, развязавшей опустошительную войну в Азии и потерпевшей в итоге сокрушительный крах.

«Бирманская арфа» начинается на исключительно высокой ноте. Пелена безумия войны рассеивается, и в августе 1945 года японские войска отступают под натиском британской армии. Рота солдат, во главе с капитаном Иноуэ, попадает в окружение. Готовясь к последнему бою, они поют хором, чтобы скрыть свой страх. Старинная песня «Дом, милый дом» звучит по-японски, и, вдруг, в ответ раздаются звуки этой же песни на английском! Война, оказывается, yжe закончилась три дня назад капитуляцией, и подразделение сдалось без дальнейших потерь жизни. С этого момента, центром фильма становится история Мидзусимы, рядового в роте Иноуэ, арфиста-самоучки, едва избежавшего смерти при неудачной попытке убедить группу японских солдат, засевших в горах и продолжающих сражаться, в том, что война закончена и сопротивление бессмысленно. Переодевшись в одежду, похищенную у буддийского монаха, он возвращается к товарищам, ждущим отправки в Японию. Нo на пути Мидзусима видит груды трупов японских солдат, многие из которых уже стали пиршеством стервятников. Он пытается похоронить тех, кого находит, но их так много, что у него просто нет сил отдать всем долг. Его духовное перерождение начинается в тот момент, когда он становится невольным свидетелем похорон неизвестного японского солдата британской медицинской бригадой. Эта сцена опредeляет его судьбу. Он должен остаться в Бирме, пока не предаст земле всех погибших соотечественников.

Поставленная 60 лет назад, «Бирманская арфа» вызывает противоречивые чувства. Вне всякого сомнения, eё гуманистические темы универсальны. Кто не согласен, что музыка не знает границ и объединяет людей, даже воюющих друг против друга? Что у каждого есть единственное место на земле, которое мы зовём домом и куда стремимся, как бы далеко на занесла нас судьба? Что пережившие войну в неоплатном долгу у павших? В скорбном, трогательном фильме, поставленном по одноимённой детской книге, которая знакомила юных читателей с основами буддизма, поэтические виды местной природы соотносятся с буддийским символизмом. Но нет в «Бирманской арфе» чисто буддийского альтруизмa. Духовное переpождение Мидзусимы, его решение стать буддийским монахом произошли из-за того, что он был потрясён количеством павших на красную землю Бирмы японских воинов, но не потому, что его потрясли массовые убийства солдат всех армий, сражавшихся на бирманской земле, или гибель невинных мирных жителей. Итикава не показывает ни одного проявления жестокости агрессоров. Ни слова о маршах смерти, об обезглавливании военнопленных. А ведь Ренсаро Микуни, сыгравший роль человечного командира роты, любителя музыки, в одном из интервью вспоминает, что сам был на войне, и во время учений, вместе с другими новобранцами практиковался в штыковых атаках на животных и военнопленных. Не нашлось в фильме места ни единому упоминанию o «женщинax-утешительницax», похищенных из Филиппин, Китая, Кореи и других стран региона и используемых как секс-рабыни в специальных армейских «дома развлечений». Среди этих несчастных, число которых достигло порядка 200 тысяч, были совсем девочки, не старше 11 лет. Умалчивая зло, фильм Итикавы предвосхищает нежелание Японии, по сей день, признать агрессию и военные преступления во время Второй мировой войны. Фильм проникнут страстным пацифизмом, но солдаты императорской армии изображаются упрощённо, как группа бойскаутов — меломанов, славных парней, которым просто не повезло. Нет в них глубины, присущей лучшим антивоенным фильмам, которые пристально всматриваются в трагедию человека, попавшего в нечеловеческие условия. Не подняться им на мост через реку Квай.

Историческое значение фильма Итикавы в том, что одним из первых японских режиссёров он высказался на экране от лица потерпевших жестокое поражение в войне, кино-воплотив идею того, что физическое восстановление Японии из разрухи должно сопровождаться духовным возрождением нации, хоронящей остатки военного менталитета. «Бирманская арфа» заслуживает признания за художественные достоинства, гармонию музыкальных тем, за оригинальное использование двух говорящих попугаев, чьими «устами» проглаголит истина в конце фильма. B то же время, противоречивая позиция намеренного уклонения Итикавы от более широкого взгляда на «пейзаж после битвы», его интерес исключительно к страданиям и духовному прозреванию всего лишь одного японского солдата, низвели фильм до уровня красивой, но поверхностной аллегории, к манифестации роматизированного видения режиссёра, не смoгшего или не смевшего осмыслить в полном масштабе трагедию войны. При всей выразительности, трогательности и внятности киноязыка, картина изображает страдания, не пытаясь понять их причины. Красноречивaя недоговoрённость режиссёра мешаeт принять его видение до конца. Мелодии «Бирманской арфы» гармоничны и возвышенны, но её аккорды диссонируют отсyтствием психологической глубины и моральной ответственности за горькое прошлое.

  • Полезная рецензия?
  • Да / Нет
  • 4 / 0
26 марта 2017 | 05:50

В каждой семье ребенка воспитывают по-своему. Кто-то прививает интерес к музыке, кто-то — любовь к стране, а кто-то — необходимость с младых ногтей зарабатывать. И не разносом газет, а прыжками под машины с имитацией травм. Мало кому из водителей захочется связываться с полицией — проще откупиться от пострадавшего, тем более предприимчивый папа вырастает как из-под земли с соответствующим предложением. Так и процветает специфический бизнес семьи из четырех человек: отца, матери, мальчика и его младшего брата. Они кочуют из города в город, вся Япония для них — карта с раскиданными крестами-указателями сокровищ. Менее рискованный и более законный путь для главы семейства, считающего себя инвалидом войны, неприемлем. «Работа есть работа», — внушает он десятилетнему мальчику и показывает, как правильно плакать. Другая жизнь возможна лишь в мечтах ребенка, и хотя бы в ней он не чувствует себя одиноким. Большего ему не позволено.

Считается, что даже самые сложные вещи лучше говорить простым языком. Звучащие как исповедь слова мальчика студеной тоской пронизывают каждый кадр фильма. В основе картины лежит полудетективная история, опубликованная в прессе и давшая Нагисе Осиме возможность с помощью одной семьи разразиться критическим памфлетом в адрес собственной страны. Накопившиеся противоречия в политическом устройстве привели к обесцениванию человеческих взаимоотношений. Усилившееся социальное расслоение превратило миролюбивых людей в озлобленных волков, ведомых желанием выжить. Вместо необходимости воспитывать детей, заботиться о них и наставлять — в стране взошли на императорский трон промысловые инстинкты, основанные на идеологии «раз у меня все плохо, то пусть и у других будет не лучше». Если в семье проявления любви звучат лишь в мечтательных байках, рассказанных старшим братом младшему, то дно уже совсем близко. Кажется, что мудрость и терпение навсегда покинули Японию, оставив ее разбираться с тяжелым наследием.

Осима никогда не избегал серьезно говорить на тяжелые темы, но в «Мальчике» он решил обойтись сатирическими отсылками. После очередного «дела» семья останавливается в гостинице, где заказывает артистов. Звучащая за ужином военная песня с ее настойчивым рефреном «все было брошено» объясняет природу нравственного тупика, в который угодили японцы. По своей давней традиции Осима занимает пост наблюдателя, как бы предоставляя возможность героям самостоятельно выплывать из штормящего моря заблуждений. Режиссер никого не изобличает напрямую, но деликатно подводит к пониманию того, что корни всех бед — не родители и недалекие правители, а война. Она и после своего окончания продолжает убивать людей, но делает это уже более изощренно — выгоняя из сердец любовь. Отчаяние завладевает людьми не сразу, а постепенно. Но когда это происходит, то пути обратно обычно уже нет. Немногие оставшиеся проявления чувств показаны автором с удивительным трепетом. Как мальчик дорожит ярко-желтой бейсболкой, подаренной матерью! Благодарность ребенка столь велика, что он уже и сам выбирает следующую машину, под которую броситься. Вот какие всходы дает любовь в изломанной душе, и каким извращенным становится чувство долга.

Лишенная смысла жизнь превращена в нарезку эпизодов, между которыми зачастую не достает связей. Выбор неоднозначный, но таким способом Осима стремился передать ощущение личностного одичания и эмоциональной опустошенности, которые сначала толкают ребенка на побег, а затем понуждают вернуться. Примечательно, что детали возвращения мальчика опущены — словно такова судьба, и от нее не уйти. Из подобных сюжетных осколков режиссер и собирает свой фильм, выпуская на волю гнев лишь тогда, когда без этого не обойтись. В одних только национальных символах, не подкрепленных действиями, спасения никому ждать не приходится, и неслучайно японский флаг у Осимы — бессмысленное знамя, если в стране нет нормальных семей. Каждый сам за себя и наедине с суровой действительностью. Когда надежды совсем не остается, картинка фильма бледнеет, цвета тускнеют, а вокруг воцаряется одна только серость. Монохромный эпизод резко контрастирует с красочным началом фильма и выделяющимся среди бежевых улиц черным кителем мальчика. Нехитрый кинематографический прием многое рассказывает о душе режиссера и демонстрирует его презрительное отношение к людям, сошедшим со стези добродетели. Крайняя степень отчаяния чувствуется столь явственно, что, кажется, спастись можно лишь прыжком в Японское море с берегов Хоккайдо.

По правилам взросления человек непременно должен пройти все стадии своего развития. Лишенный детства, компании сверстников, настоящей любви и заботы, он, подобно выброшенному на улицу щенку, все равно будет энергично искать лучшей доли, только с уже накопленным негативом в душе. Личностная драма обуславливает драму общечеловеческую, и потому глобальные выводы Нагисы Осимы скорее неутешительны. Частые «гости» в кадре — обильные трапезы, будто бесхитростное набивание желудка — достойная замена семейной гармонии. Наивные мальчишеские фантазии о себе, как о посланце с Туманности Андромеды способны оказаться полезнее деградировавшего общества. В «Мальчике» даже закон — скорее условность. Он фиксирует этапы «большого семейного пути», но не дает им нравственной оценки. С этим классик японского кинематографа справляется самостоятельно. Осима подобно врачу диагностирует болезнь нации и демонстрирует обширную карту пораженного организма. Констатируя запущенное состояние, режиссер, однако, не лишает «пациента» самого главного — веры в то, что лишить себя сожалений о завтрашнем дне сможет только он сам.

25 марта 2017 | 09:55

В 2002 году японский творческий дуэт Тол выпускает в свет полнометражное аниме «Тамала 2010» — во многом самобытное произведение, созданное будто бы в прошлом веке и каким-то образом умудрявшееся скрываться от зрительских глаз до наступления нынешнего столетия. Мультипликационная адаптация романа Томаса Пинчона «Выкрикивается лот 49», далёкая от своего первоисточника гораздо в большей степени, чем самая условная из экранизаций Стивена Кинга, переносит своё действие из мира человеческого в мир животный, а точнее, в Галактику Кошачьих, на просторах которой и развернётся сие постмодернистское полотно. Главной героиней здесь становится годовалый котёнок Тамала, наплевавшая на предупреждения своей человеческой матери и отправившаяся в космическое путешествие в поисках матери биологической. Но вот незадача — сумев выжить при встрече с Тёмным Богом Смерти, юная киска оказывается сбита с курса мистическим кошачьим почтальоном и приземляется на планете Q, царстве насилия и разврата.

Визуально стилизованное под первые опыты в жанре аниме ("Астробой» 1963-го) и ранние короткометражные зарисовки Диснея, «Тамала 2010» тем не менее невероятно богата на детали. Тол не скупились на разнообразные отсылки и аллюзии — от творчества Дианы Арбус до «Метрополиса» Фрица Ланга, от вестернов с Иствудом до мультфильмов Бакши, но главным в их творении является игра с профанированным продакт-плейсментом. Образ главной героини явным образом отсылает к Hello Kitty, а местный футуристический мир вовсю пестрит многочисленной рекламой как вымышленного промышленного конгломерата, так и известных обычному зрителю элементов популярной культуры, должным образом переработанных своеобразным видением создателей картины. Так, к примеру, по улицам местного сити разгуливает многометровая фигура человека, похожего на полковника Сандерса с проломленным черепом, а на Кошачьей Земле можно заметить летающие аппараты, смахивающие на модули тамагочи.

Увлекаясь столь извращённой иконографией, Тол, тем не менее, верны определённой сюжетной линии, связанной с тайными планами корпорации Кэтти и Ко, уходящей своими корнями к древнему культу богини Минервы, а ныне стремительно монополизирующей весь галактический рынок. Некогда адепты культа приносили своей богине многочисленные кровавые жертвы (зрителю даже демонстрируется босхоподобное полотно, на котором пытают сотни кошек с выпущенными кишочками), но в XIX веке их вера претерпела изменения. 29 апреля 1869 года родилась Тамала — вечно молодая кошечка, регулярно умирающее и воскрешающееся вновь бессмертное воплощение чистоты и невинности. Однако ирония Тол заключается в том, что идол со временем теряет те черты, что возвышали его в глазах последователей. Точно так же, как слепое следование капитализму постепенно превратило Кэтти и Ко в антитеологическое учение, так и Тамала в силу своей инфантильности оказалась подвержена изменениям окружающей среды. Будучи в большей степени личностью инертной, молоденькая киска моментально изменяет своей внешней чистоте и непорочности, оказавшись на планете Q.

Условный «третий мир» с разрушенной экономикой, ярко выраженной криминогенной обстановкой и непрекращающимся противостоянием котов и населяющих местные гетто псов лишь оттеняет внутреннюю испорченность реинкарнации древней богини. Тамала постоянно сквернословит, пытается склеить первого встречного и бьёт котёнка, хотя и остаётся при этом весьма милым, пусть и далёким от культурных норм созданием. Однако, путешествуя по своеобразному «миру навыворот», в котором даже время движется вспять, кошечка словно обретает себя заново. В царстве победившего разврата, в этаком мире панков и безумцев родом из второсортного кино восьмидесятых, героиня наконец-то (снова) может исполнить своё предназначение — взойти на условный костёр ненависти, чтобы сгореть в пламени разрушения и возрождения, дав шанс бьющемуся в агонии миру. И пусть как такового костра теперь не будет, смысл самопожертвования останется прежним — исчезнут распри и насилие, ксенофобия и ненависть, жестокие доминанты, держащие в клетках секс-рабов и запуганные сабмиссивы, которым больше не придётся терпеть тугие объятия бандажа. И лишь стоявший на центральной площади Счастливый Принц из сказки Уайльда всё также отправится на свалку времён вместе с надеждой на то, что уж на этот раз спокойствие установилось навсегда. В конце концов, весь мир существует лишь во снах Минервы, а проводящие жизнь в одиночестве кошки умирают подобно каплям дождя, появляясь лишь на миг и исчезая на веки.

23 марта 2017 | 21:32

В удачу поверьте -
И дело с концом.
Да здравствует ветер,
Который в лицо!
И нет нам покоя,
Гори, но живи!
Погоня, погоня,
Погоня, погоня
в горячей крови


20 фактов, которые можно узнать из фильма «Опасная погоня»:

1. Начало — это не только название фильма с Инной Чуриковой. Это еще и вводная часть киноленты и желательно, чтобы эта сцена была расписана в духе названий романов Джеймса Хэдли Чейза. Если вдруг девушка на второй минуте выкрикнет: «Я только что видела бандита», то рецепт идеального детектива сработал.

2. Следователь из прокуратуры в Японии не имеет никакого авторитета. Достаточно любой женщине на улице указать на него двум патрульным, как они тут же без суда и следствия посадят в каталажку опытного и уважаемого прокурора.

3. Если вдруг вам удалось напасть на след свидетеля, то его обязательно должны убить за пару минут до вашего прихода.

4. Актер Кэн Такакура — это японский Ален Делон. Примечательно, что Ален Делон — это французский самурай. Но модный белый плащ носят оба.

5. Если персонаж повадками похож на героев-одиночек, сыгранных Делоном, значит, на горизонте должна появиться девушка.

6. Девушка и впрямь появляется, но не на горизонте, а на … дереве.

7. Если вдруг кто-то из героев картины находит в лесу спрятанное в ловушке ружье, то через минуту оно пригодится в схватке … с медведем.

8. Бурый медведь — лучший актер второго плана: его трудно убить, но зато он всячески влияет на расстановку сил в кадре.

9. Если вы скрываетесь в горах, то там обязательно будет комфортабельный шалаш и уютная пещера, где можно спокойно развести костер.

10. Благодаря этому фильму можно многое узнать о «советском монтаже» (просьба не путать с термином «советский дубляж», о котором см. ниже). Советский монтаж — оружие массового поражения: пройдет лет тридцать, прежде чем кинозрители, посмотревшие киноленту в кинопрокате СССР, смогут воочию увидеть одну из лучших романтических (эротических?) сцен в японском кино 70-хх.

11. Советский дубляж — прекрасное озвучивание фильма, сохранившееся до сих пор и дающее возможность услышать, как говорят герои голосами Федора Савельева из «Вечного зова» и невесты Ильина из «Земли Санникова».

12. Музыка — первоклассный художественный прием. Помимо заглавной песни, ставшей культовой, здесь будут ироничная мелодия в стиле лент с Пьером Ришаром, звучащая в сценах с убийствами, и романтическая мелодия в стиле работ Раймонда Паулса, беззастенчиво вырезанная советской цензурой.

13. Фильм можно рассматривать как инструкцию по управлению самолетом. Если вдруг вам нужно преодолеть горный перевал и нет другой возможности, как только воспользоваться средством воздушного флота, то почему бы и нет. Даже если вы никогда не летали в качестве пилота, достаточно двух-трех устный указаний, и самолет под вашим управлением пролетит (чудом?) над горным хребтом, благополучно оторвется от преследования и филигранно совершит посадку на воду. Плевое дело!

14. Оживленные улицы Токио — города с плотностью населения 5441,3 чел/км² (в середине 70-хх гг) — очень подходят для того, чтобы в необходимый момент по ним промчался табун лошадей, да еще и с всадником во главе. Откуда взялись эти лошади — вопрос, но уйти от погони помогут.

15. Безумные гении, проводящие секретные эксперименты, присутствуют не только во франшизе про Джеймса Бонда.

16. Японские девушки легко доступны.

17. Борхес, Маркес и Фуэнтес к этому фильму не имеют никакого отношения.

18. Использование психиатрии против отдельных лиц — не новое, но эффектное веяние в кинематографе.

19. Идеи учений Канта, Шопенгауэра и Ницше в фильме не просматриваются.

20. Годар, Антониони и Бунюэль никак не повлияли на создателей фильма. Режиссер фильма Дзюнъя Сато в свою очередь оказал большое влияние на Джона Ву, который в ближайшее время выпустит ремейк «Опасной погони».

23 марта 2017 | 15:08

Однажды в альтернативном средневековье, где вместо чумы и антисанитарии властвовали волшебство и песни-пляски, нелегкая принесла одну колдунью ко двору одного принца. Принц был высокомерен, а колдунья обидчива, в результате чего принц обзавелся рогами и шерстью, а колдунья еще раз доказала, как важно быть осторожным при общении с незнакомой женщиной. Чтобы принц, упаси небо, не привык к своему волосатому существованию, колдунья оставила ему розу с наказом — до тех пор пока с нее не упадет последний лепесток найти девушку *склонную к зоофилии* которую он взаимно полюбит.

История любви Красавицы и Чудовища имела множество экранизаций, среди самых известных — аляповатый французский фильм с Сейду и Касселем, популярный диснеевский мультик начала 90-х и классический фильм Кокто. Но при бесконечном многообразии бесчисленных экранизаций бессчетного числа самых разных фильмов мне еще никогда не доводилось видеть столь дотошного ремейка. Билл Кондон в лепешку расшибся, чтобы перенести все мельчайшие нюансы мультфильма на большой экран. И в этом заключается его главное достижение и основной недостаток. Огни свечей кружат голову, бархатистость роз ощущается через экран, а от песен и танцев обеденной посуды захватывает дух, но все это — лишь достойное повторение того, что уже было, без новинок или переосмыслений (не считать же за открытие пресловутый рейтинг?). Единственное, чем может откровенно похвалиться лента, так это исполнителями. Гастон во плоти мог быть только Люком Эвансом, а убойное ехидство Люмьера под силу передать разве что Эвану Макгрегору. Второстепенные персонажи вообще — как выстрел в яблочко (а вовсе не беспорядочная пальба в спину Чудовища) И пусть Эмма Уотсон не настолько прекрасна как Белль, а Дена Стивенса просто чудовищно мало, они все равно возвращают ту сказку почти 30-летней давности, которую мы смотрели детьми.

С другой стороны, сказочный сюжет не стал менее схематичным от того, что в нем появились живые люди. Даже наоборот — трогательные диалоги мультперсонажей в киноформате вышли довольно невнятными, а волшебная условность истории растворилась в связке мизансцен. И как обычно, чтобы прикрыть логические дыры сюжета в игру вступил Его Кинематографическое Величество 21 века — визуал. Конечно, нынешний уровень компьютерных технологий не предполагает серьезных косяков (также как заявленный бюджет фильма x_x), но бал в столовой действительно неприлично красив, а мимика канделябра-Люмьера вполне может претендовать на Оскар. Душераздирающая сцена умирания-засыпания интерьера со смертью хозяина наверняка исторгла потоки слез из мягкосердечных зрительниц. Да и в целом условно-живые обитатели заколдованного замка получились ярче и человечнее, чем живые фактически. Трусоватый Когсворт и заботливая миссис Поттс, поющий гардероб и всегда-на-посту вешалка — посуда и мебель подчистую переиграла даже самодовольного Гастона и его зефирно-мягкого Лефу (и даже рейтинг 16+ не помог) Но!

Есть фильмы как целостные истории, в которых «убавить луч иль тень отнять» нельзя — каждая деталь на своем единственно возможном месте. И есть картины, в которых запоминается одна-единственная сцена — например, поцелуй Ханны и Джейкоба в «Этой дурацкой любви» или сцена превращения Чудовища в человека здесь. На самом деле даже меньше — крупный план его глаз, лучащихся, наполненных счастьем до краев до донышка и момент, когда Белль его узнала. И все. Ради этого, воплощенной в живых людях сказки из детства, наверно, уже стоило бы посмотреть весь фильм.

22 марта 2017 | 00:43

Очень трудно придумать хорошую историю, почти так же трудно её достойно продолжать, но неимоверно сложно талантливо её закончить. Приходить в кино на рождение нового (супер)героя — радость или легкое разочарование, прощаться в кинотеатре с привычными и вечно молодыми, вот только недавно обновившимися мутантами в абсолютно деменционном состоянии — пожалуй, преимущественно горечь, которую можно еще усилить неубедительностью или слабостью финала.

Хронометраж последнего «Логана» радовал: прощание будет ощутимым и долгим. Восторженные отзывы зрителей тоже: серьезный и «лучший» супергеройский фильм пропустить никак нельзя. Критики уверяли, что это достойная лебединая адамантиевая песня. Но в реальности фильм вызвал мутно-печальное чувство разочарования и недоумения: местами было зрелищно, местами смело, местами забавно, но все эти места не наполняли под завязку два с половиной часа, и прощание получилось таким же сирым и убогим, как могилы самых великих мутантов, знаменующих целую эпоху, где-то в мексиканской сельской глуши.

Ни тоски, ни любви, ни жалости — буквально кричат первые же минуты фильма. Никакого супергеройского гламура, никаких эстетских мышц, трико, чудо-техники, родовых поместий с садами и соплей про «давайте спасем мир». Тот же балет, но играем жестче: мутанты слабы и уязвимы, последние из оставшихся страдают от Альцгеймера, бессонницы, близорукости и суицидальных мыслей. Вечно пьяный, заросший неопрятной сединой и весь в рваных шрамах Росомаха уже с трудом тянет на кумира молодежи, сажаемый на унитаз Ксавье бесконечно далек от энергичного и пронзительного голубоглазого МакЭвоя, который каждое последнее лето с таким трудом возвращал сексапил и маскулинность этому мутанту. Но если поначалу этот контраст увлекает и захватывает внимание целиком, то как только мы разобрались в условиях игры, чего-то начинает страшно недоставать. А именно — масштаба, правдоподобности и логики. Идея режиссера-сценариста особо не париться и просто свести остатки Людей Икс с черной кавалькадой ублюдков из «Безумного Макса», конечно, почти восхищает свой наглостью и, чего уж греха таить, неплохой реализацией этой самой погони на пыльной дороге ярости, в которой Бойд Холбрук изумительно точно мутирует под Тома Харди в его злодейской ипостаси, но с этого ключевого эпизода фильм начинает оглушительно терять и терять драматургические обороты. Спасение лошадей, дружеские ужины, прикручивание труб, поездка в Вегас — всё это очень даже мило, но не как последние подвиги (Геракла) Росомахи. А размножение росомашьего дара и вовсе вызывает комически-неловкий эффект.

Да, создатели запасли для зрителей постарше сандтреком Джонни Кэша, для зрителей помоложе — Kaleo с их сентиментально-брутальным Way down we go. Каждому будет под что утереть скупую фанатскую слезу. Хью Джекман стареет, Хью Джекман устал. Патрику Стюарту позволили блистательно вернуться в своей знаковой роли. Блистательно, несмотря на таблетки, припадки, старческую неопрятность и деменцию. Приятно было неожиданно увидеть здесь Элизабет Родригес из сериала «Оранжевый — хит сезона», которая умеет за секунды привнести в происходящее впечатляющий драматизм. И про девочку ничего плохого сказать не могу, учитывая тот факт, что почти весь фильм она умудряется держать зрительское внимание, не произнося ни слова. Немного портит впечатление только то, что она уже слишком похожа глазами на Эвана Питерса, который играет Ртуть, а не на Логана. Впрочем, она совсем не обделена и даром скорости.

Весь фильм словно кричит — каждой сценой, каждый кадром, крупным планом ран об уязвимости мутантов, о «падении дома Ашеров». Никакого залихватского эгегей, никакого «мы новый светлый мир построим и новое поколение воспитаем». Люди-варвары победили, поставив крест на благородных и чистокровных мутантах по рождению. Все эти мегазлодеи врачи-ученые с тайными заводами по производству идеальных убийц и солдат порядком надоели — и тут мир Людей Икс «освежился» уже затертыми до дыр и нафталинными «Мстителями», в которых тоже наблюдается острый кризис злодейских идей. Эта линия по праву может быть названа самой слабой и худшей в этой картине, потому что создание генно-модифицированных мутантов из мигрантов на каком-то страшном педиатрическом заводе, снятое для устрашения на документальную камеру, выглядит непростительно нелепо. А потом, конечно, их всех спасли, а потом они стоят как стадо баранов, изредка вспоминая о своих способностях: то они беззащитные дети, то разъяренные войны. Общий план этого нового поколения мутантов, в котором нет ни одного, уж простите за расизм, красивого белого ребенка, навевает какую-то тоску и печаль: сначала Лунный свет, Ограды, Скрытые фигуры, но когда и раса мутантов полностью потеряла аристократичность и передала свои гены кучке мексиканско-африканских мигрантов — это уже по-настоящему настораживает. Можно трактовать этот поворот как 1) мигранты, обретя только эксплуатацию и горе в фашистской Америке, уходят обратно на родину или как 2) белые суперзлодеи истребили белых супергероев, создали монстров, которые теперь могут начать новую жизнь. Но если о них начнут снимать, уж простите, многосерийный «Лунный свет» — «Люди Икс» станут из своеобразной панамериканской идеи идеей антиамериканской. В любом случае, если верить этому фильму, Америка осталась без одной части своих защитников, потому что генная инженерия, опыты над людьми и жажда власти победили.

Я ни в коем случае не умаляю стараний Хью Джекмана, который невероятными усилиями сделал своего персонажа максимально негламурным и разрушенным. Два часа итоговых дублей он играет последний оплот мутантов, который уже ни во что не верит, никого ни к чему не может призвать, как Ксавье. Мы наблюдаем и наблюдаем абсолютно противоположную любимым «Людям Икс» историю, в которой никакого чуда не будет, но тоже есть место героизму, самопожертвованию и вере в правильный порядок вещей, который стоит защищать. Но всё равно, мне кажется, Ксавье и Логан достойны иной эпитафии, иной смерти и иного наследия. Не группы детей-роботов, которых некому будет воспитывать.

Честно говоря, этот фильм хочется оставить в памяти строго под грифом «в некой параллельной реальности», где всё суета сует и тлен. Сказало ли это кино многое про природу человека как драма, сознательно противопоставляющая себя супергеройскому боевику? Увы, нет. Испортило ли оно всегда хэппи-эндовое и полное веры в будущее настроение от Людей Икс? Довольно сильно. Мутантам дали состариться, стать уязвимыми, слабыми и увидеть гибель всего, во что они верили. Это такая историческая, ужасно жизненная эмоция, от которой нас пытается защитить супергеройское кино. Но, с другой стороны, такая смерть словно придает еще больше весомости всему делу Людей Икс, даже если от него не осталось камня на камне. Король умер, да здравствует король! Не бойтесь тьмы и не бойтесь света, будьте семьей и служите добру. Какими бы микросуперспособностями вы ни обладали. А о том, что добро побеждает и любимые герои выживут, под рейтингом R можно не врать.

  • Полезная рецензия?
  • Да / Нет
  • 2 / 0
21 марта 2017 | 01:55

Творческие тандемы среди супругов из киноискусства — явление нередкое. Мел Феррер и Одри Хепбёрн были звездами своей эпохи, хотя до статуса легенды добралась лишь дама. Сошедшиеся после совместного успеха на бродвейской постановке, они составили очень красивую пару, которой были по плечу самые интересные голливудские проекты пятидесятых-шестидесятых, однако судьба, как это часто и бывает, распорядилась по-другому. До своего кинематографического пика молодые люди однажды все-таки доберутся, но случится это уже на излете брака — в отличном триллере «Дождись темноты», спродюсированном Феррером. На режиссерском же поприще он не слишком преуспел. Во всех отношениях скромная лента «Зеленые поместья» оказалась еще одним невеселым подтверждением, что не из каждого сильного актера получается столь же даровитый постановщик.

Находившаяся на подъеме своей карьеры, Одри Хепбёрн была великолепна при всяком антураже и с любым партнером по площадке. А если в роли последнего был задействован перспективный в те годы Энтони Перкинс, то легко понять, на что рассчитывал режиссер. Однако талантливым актерам, откомандированным в полусказочные, полуреалистичные джунгли Южной Америки, оказалось попросту нечего играть. Сценарий «Зеленых поместий» был основан на книге У. Х. Хадсона и благоволил трогательной любовной истории, раскрывавшейся подобно алому цветку посреди острых шипов и хищно поглядывавших ягуаров. На деле же все оказалось гораздо прозаичнее и примитивнее. Из политического беженца Абеля и прекрасной лесной девы Римы не получилось пары. Каждый из них поодиночке, окруженный вековыми деревьями, смотрелся значительно гармоничнее, чем рядом с избранником. Так у Феррера получилось далеко не случайно. Серьезность подхода вызывала большие сомнения, а главной причиной итоговой неудачи стала, пожалуй, кричащая дешевизна постановки.

Гордое звучащее в начальных титрах объявление о натурных съемках иначе как издевательством признать сложно. Даже самому непритязательному глазу очевидны топорно выполненные комбинированные съемки. В картонных условиях и персонажи получились чем-то вроде манекенов, на которых приятно посмотреть, но которые не способны вызвать живого отклика. Одри в роли прекрасной дикарки с чарующе рассыпавшимися по плечам темными волосами легко крадет внимание, но плохо прописанный характер не позволяет воспринимать ее дочерью природы. Скорее, девушка выглядит беглянкой от цивилизации, нашедшей приют под древесными кронами. В этом амплуа она смотрится значительно убедительнее нескладного партнера. Герой Перкинса то соревнуется с индейцами в выносливости, то вспоминает павшего в борьбе с режимом отца, то ищет мифическое золото. Чего на самом деле хочет Абель — совершенно не понятно, и его можно вообразить кем угодно, но только не влюбленным в загадочную фею.

К слову, индейское племя — совершенно чуждый элемент, пусть появлению краснокожей братии фильм обязан литературному первоисточнику. Нелепые танцы с бубнами, странные обряды, вялые попытки интриг губят все старания режиссера превратить кино в романтическую сказку. Феррер так и не смог определиться с уровнем реализма в своей картине, ибо, несмотря на все объяснения, невозможно поверить, чтобы человек перенес укус кораллового аспида и не отдал концы. Нелепостей по эпизодам так много, что со временем перестаешь обращать внимание на бесконечные технические огрехи. Посему киноленте более всего подходит определение «сырая». По иронии судьбы, амазонские джунгли славятся как раз высокой влажностью, но это, естественно, не повод превращать симпатичный сюжет в творение, исполненное «на коленке». Со сказочными мотивами обошлись особенно жестоко, и ценителям «Бэмби» строго рекомендуется воздержаться от просмотра. Ну а если говорить об остальных, то «Зеленые поместья» могут представлять интерес только для поклонников Одри Хепбёрн, ибо кроме как на ее красивое лицо с забавной челкой, смотреть здесь больше не на что, и не на кого. Черноокая нимфа заслужила значительно более вдохновенной работы над фильмом.

20 марта 2017 | 21:16

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...



Друзья по интересам (297)
они ставят похожие оценки фильмам

имя близость

darthmefisto

84.5169% (20)

alenaslepova

81.194% (23)

leonovadashka

79.8066% (21)

Lecto

79.2364% (20)

Aleksandr Chernyy

79.192% (23)

mars021212

78.5959% (22)

Byalexei

77.6544% (22)

jaroslav

77.5658% (24)

Detharmonic

77.5358% (22)

a_erisova

77.461% (24)

tosnocahek

77.458% (25)

MortimerPowell

77.4568% (21)

naumkin90

77.1966% (26)

Наталья Бережнова

76.9933% (22)

meandnano

76.7962% (20)

Пальма3012

76.7609% (22)

luckjanovairina

76.2748% (25)

Роман Гневнов

75.5436% (21)

valeriy59

75.439% (23)

Sherridanss

75.2117% (23)

_elenka_

75.1244% (21)

12nurik

74.9796% (49)

diana_norkina

74.7104% (26)

AnutaStilinski

74.6445% (22)

TrutoxaTheSlayer

74.5128% (29)

A-jhon

74.48% (24)

stalkerdp

74.4449% (23)

madam bulochkina

74.2781% (34)

TheButterflyEffect

73.5197% (26)

Ellannorr

73.4304% (24)