всё о любом фильме:

Xianghua > Друзья

 

Друзья в цифрах
всего друзей17
в друзьях у50
рецензии друзей2052
записи в блогах-
Друзья (17):

В друзьях у (50):

Лента друзей

Оценки друзей

Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Телевизор я практически не включаю, а уж если включил, то из всех телевизионных каналов предпочитаю именно Animal Planet, ибо наблюдать возню бабуинов в саванне гораздо увлекательней и не так противно, как возню тех же бабуинов в государственной Думе или их ужимки на передаче гиены-Малахова. К тому же я просто люблю животных и природу, в детстве любимыми передачами были «Подводная одиссея Кусто» и «В мире животных». Поэтому «Историю олененка» я начал смотреть не без интереса, предвкушая хороший документальный фильм про жизнь красивых и благородных северных животных.

К сожалению, режиссер Триш Митчелл, сценаристка довольно популярного документального сериала «Дикая природа России», видимо, получила заказ от американского аналога передачи «Спокойной ночи, малыши», иначе чем еще можно объяснить, что фильм оказался для детей не старше 3-х лет, знакомящихся с миром дикой природы?

Но даже для малышей, по-моему, важна правда. Точнее, сказка отдельно, информация — отдельно. Любой документальный фильм — прежде всего, носитель информации. Сказочные олени есть в историях про олененка Рудольфа, «Холодном сердце», «Снежной королеве» и т. д. И там антропоморфные животные обусловлены правилами игры, которую ведут с юным (и не очень) зрителем рассказчики и могут действовать наравне с прочими героями. Зачем в «Историю олененка», хорошо снятую, запечатлевшую прекрасных животных в естественной среде, вполне могущую стать отличным познавательным и увлекательным фильмом превратили в идиотский балаган, делая всех оленей (не сказочных, а реальных!) — слугами Санта-Клауса, которые именно по желанию бородатого старпера и орды алчных детей, жаждущих рождественских подарков, преодолевают тысячи миль ледяной пустыни, гибнут, сражаются с холодом, голодом, хищниками и злыми ветрами…

Меня это просто взбесило. Что это за лицемерная паточная ложь, превращающая сильных животных и их борьбу за жизнь в слезливую новогоднюю гирлянду, настоящую не больше, чем ватный снег под елкой? Что это за подлое «информирование» детей? Что это за наука, с детства заставляющая ребенка считать себя венцом всего созданного? Именно так и закладывается потребительское отношение к животным! Именно так природа становится развлечением и шоу, превращаясь в цирк, где затурканные животные выполняют трюки на потеху попкорножующих жирных сопляков.

Нет, я совсем не против сюжетов в документальных фильмах о животных. Сюжеты есть в каждой серии замечательного цикла ВВС «Прогулки с динозаврами» и его продолжениях. Сюжет и даже довольно сентиментальный, понятный и детям, и взрослым, есть в «Медведе» Анно и в той же «Одиссее Кусто». Но сюжеты не превращают эти фильмы в глупые неправдоподобные угодливые сказочки, а раскрывают красоту дикой природы, учат любить и беречь ее, восхищаться ею, уважать ее. После «Истории олененка» уважать этих рабов Санты как-то совсем не хочется.

И еще фильм напирает на абсолютно человеческое — «будь собой», «поверь в свои силы и у тебя все получится!», «действуй», «слушай свое сердце!» Это прекрасно, но… при чем тут олени? И как бы олень не верил в себя, никогда крохотный слабенький олененок не станет ни с того ни с сего вожаком стада, которое он поведет в урочный час к Санте! Это ложь. И очень некрасивая. И использовать для этой лжи животных, которым плевать и на Санту и на детей — некрасиво. Лгущий детям — лицемер вдвойне.

Возможно, авторам не давали спать спокойно лавры «Бэмби». Но «Бэмби» — это добрая сказка и таковой остается. Она учит добру, заставляет детей ассоциировать себя с олененком, помогает разобраться в мире, понять, что хорошо, что плохо. Отсюда можно почерпнуть только то, что олень — слуга Санты и готов в лепешку расшибиться, лишь бы доставить детям подарки. Вот не спит и не ест, только и думает о Санте да о детях!

Что касается картинки, то она весьма интересна. Олени живут своей жизнью, оператор фиксирует на пленку разные моменты оленьего существования — от рождения и первых шагов по снегу — до драк за место вожака, спаривания и гибели в волчьих пастях. И если бы не откровенно идиотский закадровый текст, умильно несущий чушь, был бы добротный документальный фильм, интересный даже детям, которые вряд ли увидят оленей в ближайшем парке (если они, конечно, не чукчи).

Если вам интересны документальные фильмы и животные, а также олени — в частности — выберите другой фильм. Если вы хотите показать своему карапузу, как живут эти звери — выберите другой фильм. Если вы хотите посмотреть красивые кадры дикой северной природы, снабженные тупейшим закадровым текстом — выберите этот фильм. Кстати, когда я услышал, что оленей в пути сопровождают русские церковные песнопения, я чуть не помер со смеху. Митчелл, видимо, уже тогда интересовалась Россией, только использовала свои знания как бабка вертолет — рассаду в нем посадила.

Надеюсь, в следующий раз канал про животных расскажет мне про настоящих животных, и не сделает моржа повелителем стихий, а гуся — президентом страны — под церковную музыку.

4 из 10

20 июня 2017 | 21:45

В 30-40-х про мумию был снят ряд классических фильмов, тема себя изжила, и уже в 50-х сама «Юниверсал» выпустила пародию с Эбботом и Кастелло, посмеявшись над нажитыми к тому времени штампами. Конечно, про мумию не забыли — она продолжала появляться в разнокалиберных фильмах — то вторым планом, то первым, но — в фильмах сомнительной репутации, вроде мексиканских «Женщин-рестлеров против мумии ацтеков» (1964), испанской «Мести мумии», американской «Легенды мумии» (1998) и прочих «восстаний», «воскрешений», «возвращений», «проклятий», «мстей», нужных зрителю не больше, чем опоссуму — кроссовки.

Наконец, в 1999 Соммерс снял «Мумию», из-за которой, собственно, сейчас бедняга Круз разбивается в самолетах и бегает по моргу с голой пиписькой. Постмодернистский фильм, переосмысливающий не без юмора историю мумии, собрал ошеломительные деньги, а иссохшийся фараон оказался все еще интересен зрителям. Отворачиваться от прибыльного монстра, как и от других монстров, студия, породившая столь масштабную долгоиграющую франшизу, конечно, не могла. И много лет регулярно пыталась перезапустить то «Дракулу», то «Франкенштейна», то «Человека-волка» и каждый раз с большими для себя финансовыми потерями.

Новая «Мумия» — классический пример неправильного расходования ресурсов и неумения распорядиться прекрасной историей. К этому добавляется еще страх студии не понравиться зрителю и явная недооценка зрительского интеллекта. От страха не понравиться студия пихает в фильм звезд и ворох штампов, которые вроде как бы должны сработать, потому что… ну, работали же в прошлых фильмах! А от недооценки зрительского интеллекта надеется, что и так прокатит — лишь бы бахало, падало, вертелось и бегало. Спецэффекты вытянут! Блокбастер же! Но никто не отнимал даже у тупеньких блокбастров необходимость в какой-никакой внятной истории, харизматичном герое, увлекательных приключениях. Надо, чтобы фильм нужно было зачем-то смотреть!

Зачем смотреть «Мумию»? Чем она может обойти «Мумию» Соммерса? А ведь знали же, что будут сравнивать! Не могли не знать! Увы, сравнения явно не в пользу творения Куртцмана. Да что там, сравнения даже с недорогой постановкой Малкэя «Мумия-принц Египта» эта лента не выдерживает. Хотя бы потому, что и Соммерс и Малкэй — талантливые фанаты своего дела, мастера, выжимающие максимум из предложенного сценария. Куртцман на режиссерскую проверку — бухгалтер. Скромный учетчик, китайский труженик на конвейере пластмассовых игрушек. Эта деталь к этой детали. Клеем — кап. Эта — к этой. Кап. Следующая.

Попытка соединить несколько историй, заложив фундамент для фильмов о Джекилле и Хайде, дальнейших похождений мумии, Дракулы и человека-волка, пасхалки от которых мелькали в ленте, провалилась. Даже одну единственную историю про мумию авторы не смогли вытащить на нужный уровень. История распадается на отдельные эпизоды, напоминает игру-бродилку: от пункта а в пункт б, упс, забыли артефакт в пункте а. Возвращаемся в пункт а. Сражение с вылезшим из ниоткуда монстром. Дальше.

Кто-то скажет: в этом и есть суть приключенческих блокбастеров. Но Индиана Джонс, Алан Грант, Алан Пэрриш и др. с вами не согласятся. История должна цеплять. В ней должна быть своя логика, своя правда. А уж для героя приключенческой ленты просто жизненно необходимо быть интересным и привлекательным (не только физически!). В фильме Куртцмана на корню отсутствует атмосфера и дух приключений. Он предсказуем и невыразителен. Слишком явные клише не дают проникаться историей, поскольку никаких сюжетных твистов для человека, посмотревшего в жизни хоть один блокбастер, здесь не предусмотрено. Фантастико-историческая подоплека, как и мир, в котором герои действуют, плохо продуманы и отвратительно детализированы, и несколько хорошо смотрящихся в кинотеатре сцен не спасают положения.

Зачем все это смотреть? Ведь есть отличная «Мумия» Соммерса — увлекательная, яркая, красочная, откровенно шутливая, но при этом максимально неглупая, с отличными героями, верящими в свой мир. Зачем провальный и непрописанный друг главного героя, если эта тема была с куда большим юмором раскрыта в «Американском оборотне в Лондоне»? Даже диснеевский «Особняк с привидениями», совсем детский, показал погони от мертвяков не хуже и страшнее. Зачем тут Круз, играющий очередную вариацию Ханта, только совершенно картонную. Зачем этот Индиана для бедных, натужно шутящий и вызывающий с самого начала лишь пренебрежение? Потому что герой его — сперва — безответственный кретин, подставляющий друзей и женщин, враль и вор, не интересующийся ничем, кроме наживы. А затем — марионетка в руках демонической мумии, мешок для битья, кроме того, практически бессмертный. А бессмертные герои не вызывают сочувствия, если не страдают как Ламберт и не несут в себе харизмы сэра Коннери. Герой не действует. Герой бродит.

Любовная линия настолько нелепа и безыскусна, что не сделала бы чести и детскому утреннику. Между Крузом и блондинкой, имя которой мне неохота даже узнавать — не то, что химии нет, даже диалогов человеческих не прописали. Жирный Рассел Кроу, может и мог бы спасти положение, если б его герой не был настолько грубо притянут за уши к истории, в которой ему абсолютно нет места. Подобные топорные попытки делались и раньше. Тот же Соммерс пытался замесить солянку из монстров в «Ван Хельсинге», таком же унылом, а Норрингтон — в «Лиге выдающихся джентльменов» — неплохой, но по понятным причинам сумбурной каше. Потому что нельзя замешивать кисель с огурцами просто так — на то нужны веские причины. Либо просто смелость идиота, чтоб замесить угарный трэш. В данном случае ничем ничего не оправдали, а на трэш не хватило смелости.

Единственное чудо — София Бутелла. Она прекрасно вписалась в мир мумии и могла бы гораздо больше, чем позволил ей сценарий. Красива, гибка, талантлива. И навешивает плюх и Крузу, и его блондинке, поскольку справедливо опрокидывает внимание на себя. Кроме того, пустотелый Круз, который тут настоящая мумия (только без портянок), не вызывает никакого сочувствия, а вот злодейство Аманет настолько коряво прописано, что она оказывается чуть ли не положительным персонажем, единственным, к кому испытываешь какие-то чувства.

Кроме того, фильм снабжен пафосной, скучной и ужасно затянутой концовкой с таким топорным заделом на сиквел, что его уже явно не будет. Фильм провалился — он не смог использовать правило золотого сечения, по которому в блокбастере должно быть и немного штампов, и простая, но знакомая зрителям история, и люди, с которыми можно себя ассоциировать, и логика, и пусть черно-белое «добро-зло», но чтобы оно было действенным, и приятная глазу картинка, и авторское лицо. Абсолютно пластмассовое кино, лишенное искры, жизни и радости узнавания — с прекрасной Бутеллой, не использованной и на треть своих возможностей, собранное из вереницы штампов и не нужных пасхалок, которое должно очень скоро утонуть как в прокате, так и в истории кино.

6 из 10

13 июня 2017 | 14:54

Оглашаются заповеди братьев Блюз.

1) Каждый брат Блюз во всем (еда, женщины, взгляды и т. д.) придерживается особого стиля, который не подвержен влиянию времени и моды

2) Обязательные атрибуты брата Блюз — черный костюм (1 шт), черная шляпа (1 шт), черные туфли (2 шт), черные очки (1 шт), черный галстук (1 шт), презерватив (минимум 2 шт, цвет значения не имеет)

3) Брат Блюз сохраняет невозмутимость в любых жизненных ситуациях, сколь бы чудовищны они ни были

4) Брат Блюз владеет хотя бы одним музыкальным инструментом, умеет петь, плясать, пить — (а не умеет, так старается — на пределе человеческих возможностей)

5) Брат Блюз никогда не станет слушать и исполнять абы что (брат имеет в виду попсу, рэп, шансон и т. д.)

6) Брат Блюз в любом случае сохраняет преданность своим идеалам, а также ансамблю и друзьям. В любую минуту он отдаст жизнь за другого брата Блюз, если не оговорено иное или не запретит жена

7) Брат Блюз владеет чувством юмора, но применяет его только в самых необходимых случаях

8) Брат Блюз помнит о своей миссии

9) Брат Блюз не имеет семьи, постоянного дома, постоянного полового партнера и денег. Зажравшийся брат Блюз немедленно изгоняется

10) Брат Блюз может все! (но ему ничего не нужно. Пока не появится МИССИЯ)

Замечательную ленту Джона Лэндиса «Братья Блюз» я пересматриваю уже не единожды. Этот симбиоз мюзикла и гэгов, блюза и «национального пересмешника», бадди-муви и капустника, большого кино и скетч-шоу, балансирующий на грани хорошего вкуса, сочный, захватывающий, дурацкий, бодрый, классический и вневременный всегда гарантирует хорошее настроение. Причем я не назову его любимым фильмом. Есть и мюзиклы помузыкальней, и комедии посмешнее, и форсажи пофорсажистей, и приключения позабористей. Но что-то на уровне энергетики — безусловно, положительной, — истории — безусловно, трогающей, — юмора, — безусловно, действующего, обаяния, харизмы главных лиц, жизнелюбия, щенячьей радости узнавания, — работает настолько хорошо, что вроде не должно ехать, а едет.

Что такое «Братья Блюз»? Это, прежде всего, стиль. В поведении, работе, развлечениях, музыке, отношениях с другими людьми, разговоре, одежде, еде… Стиль, который выглядит анахронизмом в ярких 80-х, но вызывает какое-то теплое — отчасти ностальгическое — для кого-то, а для кого-то — просто уважительное отношение. Эти ребята не побоялись быть абсолютно чужими и чуждыми в своем времени, одновременно иронизируя над своим стилем и преклоняясь перед теми, чьи композиции они исполняют. Такое отношение, вкупе с оригинальным исполнением, хорошей актерской игрой, крутостью самих композиций импонировало зрителю, перенося его как будто и в другую эпоху, и одновременно — заставляя посмеяться над самим собой — тогдашним, и самим собой теперешним. «Братья Блюз» достигли большого успеха, который использовали для популяризации ритм-энд-блюза и который грешно было не использовать на малом и большом экранах.

Что такое фильм «Братья Блюз»? Это, конечно, невероятное количество музыки! Она возведена в статус идола. Ей поклоняются, ради нее оставляют жен и успешную работу. Музыка захватывает и вас, несет весь фильм на своих волнах, заставляет быть на одной волне с фильмом. В фильме поют много и часто, хорошо и по-разному, зажигательно, весело и просто здорово. А вот от врагов братьев не было за весь фильм ни одной песни — своеобразный символ: блюз — музыка хороших ребят.

Что такое «Братья Блюз»? Это безумный драйв и идеальный ритм. Лэндис действительно прекрасный режиссер. Он умело и в необходимых пропорциях чередует музыкальные номера с роскошно поставленными лихими погонями, в которых разрушается чудовищное количество предметов быта и полицейских машин, причем никаких зеленых экранов — все натуральное! Идеально выдерживает атмосферу абсурдности и легкой шизы, не забывая вести героев по их истории, абсолютно логично укладывающейся в созданный на экране мир, где сосуществуют нацисты, сумасшедшие мстительницы, зрячие слепцы, монахини и всякие известные личности, предстающие в совершенно неожиданных ипостасях. Короче, Лэндис времен «Зверинца» встречает здесь Лэндиса времен «Поездки в Америку» и оказывается в идеальной гармонии с самим собой.

Безумие фильма, этот веселый бардак оттеняется хорошими актерскими работами Эйкройда и Белуши. Оба стали благодаря этому фильму комедийными суперзвездами. Что, впрочем, закономерно, ведь дуэт их уже был достаточно успешен, а сценарий Эйкройд писал под себя и своего друга. Именно поэтому образы так точны, ярки, привлекательны. Кроме того, оба отлично поют и шикарно танцуют. То славное безобразие, которое они творят в паре, к сожалению, быстро кончилось: колоритный Белуши умер от передозировки наркотиками в 1982, так и не перепрыгнув планку «Братьев Блюз». Кстати, из-за его бесчинств «Братья Блюз» — единственный фильм в истории, в котором кокаин был включен в бюджет. Эйкройд сделал много замечательного, сыграл чудесные роли, написал прекрасные сценарии, но такого задора, какой он показывал в паре с Белуши, в нем уже не было. В последующих фильмах он куда более флегматичен и всегда в поиске партнера, на которого можно опереться, как когда-то он мог на Джона.

Кроме самих братьев, стержня фильма, с радостью узнаешь чудесных музыкантов, вроде Рэя, Би-би Кинга, Джеймса Брауна, Твигги, замечаешь режиссеров Фрэнка Оза и Стивена Спилберга, радуешься неординарным ролям замечательных актеров Джона Кэнди, Кэрри Фишер, Пола Рубенса и др.

Теперь этот фильм, разумеется, еще более ценен. Не только потому, что это уже классика, но и потому, что это уникальная солянка, аналогов которой нет или очень трудно вспомнить. К тому же это прекрасный пример ансамблевой работы и фактически двигатель музыкального прогресса, фильм, который вывел из забвения прекрасный музыкальный жанр и его талантливейших представителей. После «Братьев Блюз» интерес к ритм-энд-блюзу значительно возрос и ими по праву гордится несколько поколений любителей хорошего кино и хорошей музыки. У Лэндиса были гораздо более смешные и кассовые фильмы, но больше не один его фильм не имел столь важного значения для кино 80-х и больше ни один не стал культом (хотя «Американский оборотень в Лондоне» может с этим поспорить).

В 1998 Дэн Эйкройд решил объединить усилия с Лэндисом для возрождения «Братьев Блюз». Появился сиквел, где снимались прекрасные актеры и звучали отличные песни. Но чего-то не хватало. Какой-то легкости, веселой шизы, дури, искренности… Не зря говорят, что в одну реку… А «Братья Блюз» продолжают радовать людей. Они заставляют стучать ногами, трясти башкой в такт музыке, подергивать плечами, аккомпанировать по подлокотнику дивана и подпевать в меру сил «Everybody Needs Somebody», а потом хотеть копировать все — движения, танцы, одежду, походку, легендарную невозмутимость… Они застревают в зрителе, готовом впустить их в свою душу, навсегда, и по праву несут звание культа и одного из самых долбануто очаровательных фильмов всех времен!

10 из 10

21 мая 2017 | 02:04

Зря наши прокатчики решили привязать фильм «Кунг-фу йога» к великолепному циклу «Доспехи бога». Уж если какой фильм «Йога» и продолжает, так это «Миф» того же Стэнли Тонга, из которого перекочевал и главный герой — археолог Джек, и даже портрет принцессы Ок Су, которую археолог спасал в «Мифе» (и в которую влюблялся — ну, тянет героя на принцесс, что тут поделать). Перекличка очевидна, тем более, что и в «Мифе» засветилась индийская звезда Малика Шероват, а тут индийское кино и вовсе так глубоко пустило корни, что проросло фильм Джеки Чана насквозь.

При просмотре не покидало ощущение, что я смотрю два фильма — фильм старого доброго Джеки и одновременно какую-то неудобоваримую индийскую кашу, какую у них очень любят снимать и — что страшнее — смотреть. Второй по численности народ мира не слишком притязателен во вкусах. Индусы, судя по их фильмам — народ наивный, простодушный, любящий самое простое площадное развлечение без всякого двойного дна: лишь бы поярче, погромче, побойчее. Традиционным фильмам Джеки Чана тоже чужд особый интеллект, но в них всегда была логика и своя непоколебимая, железобетонная ситуационно оправданная истина. Джеки никогда не врал и не фальшивил. Индийское же кино логики лишено напрочь, что доказывают их так называемые блокбастеры, им просто нравится, когда всего много. Индийской душе нужен размах, и, дорвавшись до эффектов, они снимают невероятные (и невероятно глупые) зрелища эпических масштабов.

Если «Миф» был традиционным китайским фэнтези с щепоткой индийских пряностей, то этот фильм — индийский блокбастер с щепоткой Джеки Чана. И это его портит. Впрочем, азиатам сотрудничество китайского Дракона и индийской Коровы пришлось по душе, хотя ощущение, что фильм снимали два человека, не покидает. Один — поклонник Чана, другой — индийский инвестор. Четко соблюдая каноны индийского ширпотреба, фильм отличается на редкость бессвязным сценарием, который не проканал бы даже как сочинение школьника 5-го класса, настолько он безжизненный, деревянный, примитивный и нелепый. Причем не простой, как все сценарии Джеки, а именно примитивный, да еще с дурацкими длинными «объяснительными» вставками, содранными с Википедии, когда герои замирают и начинают в пустоту вещать никому не нужную околонаучную ахинею на манер Моргана Фримена из «Люси», но, поскольку им не хватает ни таланта Фримена, ни харизмы, то получается это на редкость безжизненно и тупо.

У фильма затянутая и совершенно провальная экспозиция, которая ничего не раскрывает, никак не не цепляет, в отличие, кстати, от настоящих «Доспехов бога», где нон-стоп экшн начинался с первых же кадров, вовлекая в по-настоящему захватывающую историю, сродни приключениям Индианы Джонса. А здесь, несмотря на упоминание самого Джонса, как раз приключений и динамики не хватает. Экспозиция разбавлена несколькими бессмысленными сценами, наспех притянутыми к сюжету за уши — то ли, чтоб увеличить хронометраж, то ли просто ради шутки, вроде драки перед стаей плохо нарисованных волков.

Кстати, о волках, гиенах, львах и прочих носорогах. Четко дозированные компьютерные эффекты в «Мифе» не вызывали раздражения, их мимолетные вкрапления в «Часах пик» или солидное, но обязательное добавление в «Смокинге» не мешало восприятию сюжета. Но здесь… Да, Азия дорвалась до технологий. Но, увы, это не «Жизнь Пи». Это пока еще «Джуманджи». Только в «Джуманджи» во-первых, 95-й год, во-вторых, сама история настолько увлекательна, что на искусственность анимации не обращаешь внимания. Тут же возникает один единственный вопрос — зачем? Чану не нужны спецэффекты, потому что опасность может исходить только из реальности. Если мы видим перед Чаном двух амбалов, то осознаем, что он в опасности. Когда мы видим явно нарисованных гиен, львов и волков, нам нечего бояться, а с чувством страха уходит и эмпатия, оставляя зрителя один на один с глупостью сценариста. И не то, чтобы это не работало совсем. Наверное, это сработало бы в «Гарри Поттере», но не работает именно с Чаном, которому всегда был чужд такой подход, ему это просто не нужно, он умеет держать зрителя и без подобных халтурных эффектов, что он с блеском доказывает в сценах без всяких волков и гиен.

Еще одна проблема фильма — отсутствие мощного антагониста. Совершенно карикатурный индийский злодей-супермен не способен справиться с такой нагрузкой, так же как индийская красотка не способна ни быть романтическим интересом главного героя, ни изобразить «профессоршу» — ее улыбка, пусть и очень красивая, лезущая к месту и не к месту в каждой фразе, к финалу безмерно раздражала.

Когда Чану не с кем бороться и некуда бежать, он начинает философствовать. И этот «буддизм для бедных», прекрасно заходящий в «Часе пик», например, где герой искренне печется о сокровищах своей страны, здесь смотрится настолько нелепо, что становится самопародией. Молодая гонконгская поросль из девочек-красавиц и милых парней, ассистирующих герою в поисках сокровищ, не дает себе труда запомниться, хотя вполне может не теряться даже на фоне Чана — в доказательство — «Новая полицейская история».

По стилю фильм близок к «Вокруг света за 80 дней», то есть похож на яркую, блестящую, взбалмошную чепуху, разноцветную пластмассовую игрушку, как будто у режиссера было задание — впихнуть как можно больше Индии в фильм. Впрочем, скорее всего, это и была индийская рекламная компания, ведь в отличие от собственно индийских лент, фильм с Чаном посмотрят во всем мире.

После всего сказанного можно подумать, что фильм совсем плох. Отнюдь. Чан остается Чаном, и, когда ему не мешает обязанность делать индийское кино, показывает по-прежнему высший класс. Отличная боевая хореография с использованием подручных средств, роскошные виды Индии, красивые экзотичные женщины и веселые приключения. Как ни странно, итоговое ощущение остается вполне позитивным, веселая песенка в финале с традиционным индийским танцем была бы тошнотной, если бы не Джеки Чан, пляшущий с таким нескрываемым удовольствием, что губы невольно растягиваются в улыбке.

Абсолютно необязательное кино, сделанное, по сути, на азиатский рынок и зашедшее там на «ура». Я искренне рад за Чана, который в своем пенсионном возрасте не только фантастически энергичен, по-прежнему боевит и безмерно обаятелен, но и делает по-настоящему мировое кино, оставаясь на вершине бокс-офиса, оставляя далеко позади всех своих заокеанских коллег. К сожалению, союз с Индией, принесший колоссальную прибыль, не столь хорош в творческом плане, иногда слово «халтура» так и просится на язык. Два слишком самобытных кинематографа откровенно мешают друг другу и, положа руку на сердце, в друг друге не нуждаются. Но если уж пошла такая пьянка, скорее всего, стоит ждать еще фильмов совместного китайско-индийского производства. Благо, зритель есть — в этих странах живет треть населения Земли.

7 из 10

17 мая 2017 | 00:13

Сильны любовь и слава смертных дней,
И красота сильна. Но смерть сильней.
Джон Китс


67-летний классик французского кино Филипп де Брока в последний раз объединил силы со своим старым любимцем — также 67-и летней живой легендой Жан-Полем Бельмондо, чтобы создать своеобразную «лебединую песнь» себе, своему другу и всему «старому доброму» французскому кино, подведя жирную черту под его золотой эпохой, когда в расцвете сил блистали на экране такие баловни судьбы и таланта, как Бельмондо, Делон, Ришар, Дэвер, Депардье, Филип, Габен, Нуаре и др. Иных уж нет, а те далече…

Тихо и печально звучит эта веселая и все же невеселая комедия. Да и комедия ли? В суетливом мельтешении длинноногой француженки в шляпке по джунглям Амазонки и стоически сносящем ее истерики пожилом отшельнике есть немало смешного. Но шутят Брока и Бельмондо скорее по привычке, как два старых усталых клоуна, все еще топчущих опилки цирковой арены, выделывающих тяжеловатые антраша, но уже без прежнего огонька и радости. Да и фильм совсем о другом. Они как будто ищут, куда бы сбежать на старости лет, в каких лесах найти покой от суеты европейской цивилизации, сделавшей их кумирами, но вряд ли подарившей истинное счастье. «Уйдите от меня, я устал» — произносит герой Бельмондо в одной из сцен фильма. Кто это говорит? Герой? Или пожилой актер, которому давно постыл образ супермена? Или может старый режиссер, он же автор сценария, уставший рассказывать веселые легкие истории на потеху публике?

Впрочем, отшельничество, бегство, грустная ирония над 20-м веком живут в фильмах де Брока в той или иной степени почти с самого начала карьеры. В «Злоключениях китайца в Китае» и «Человеке из Рио» — в меньшей, интуитивной мере, в «Африканце» эти мотивы звучат уже куда сильнее, осознанней, осмысленней. Здесь же они преобладают. Герои фильмов де Брока всегда куда-то и от чего-то бегут. Только если поначалу это вызывало хохот, то в «Амазонии» — лишь печальную улыбку и понимание, что от себя не убежать, а в старости, хочешь-не хочешь, а остаешься наедине с собой, когда остается только память и то, что успел сделать.

Ностальгирующий по временам «Африканца», соединяющий его сюжет со спилберговским «ЕТ», де Брока оказывается пронзительно трогателен в попытках понять, что же остается после нас на этой Земле. Еще в «Африканце» он верил в любовь, теперь же верит лишь в божественный дар новой жизни. Его вечный герой-мечтатель, искатель, романтик в исполнении Бельмондо превратился в брюзгу на грани полного уныния, а взбалмошная сильная женщина вроде той, что играла когда-то Денев, предстает в исполнении Ариэль Домбаль в виде постаревшей, искусственно поддерживающей свою красоту руками пластических хирургов одинокой старой девы, панически боящейся старости. Все главные герои этого фильма ужасно боятся старости и смерти, боятся и чувствуют ее приближение. И прибегают к единственному доступному средству — бегству в мир иллюзий, любовных интрижек, типичных парижских склок, столь же нелепых в первобытных джунглях Амазонки, как и помада на силиконовых губах героини под тропическим ливнем.

Эти люди утратили способность жить, дышать, видеть дальше собственного носа, забились под кровать, снедаемые страхами и комплексами, преследующими их даже в джунглях и упустили самое главное. Упустили возможность подарить жизнь… Маленькое чудо, которое придумал для них старый сказочник де Брока, берущий на себя в данном случае божественные права, заставляющий их обернуться, взглянуть на себя со стороны, осознать, ради чего они жили, чему отдали силы, чему служили. Финал же, пусть сентиментальный и как-будто совсем невсамамделишный, как-будто рассказанный по-своему ребенку папашей, который не желает, чтобы сын слышал, что герои в конце умерли, все же дарит немного добра и теплоты, которой так не хватает современному кино. Реалистичному, прагматичному, приземленному — и оттого зачастую начисто лишенному поэзии.

Так что это? Фантазия заностальгировавшихся стариков? Последнее приключение? Ложь во имя спасения? Понимание бесплодности попыток изменить мир к лучшему и — единственный выход — личный, никого ни к чему не обязывающий уход? Элегия смерти? Реквием? Или надежда, что иной разум, древний, более мудрый, более правильный, зачем-то все это задумавший и воплотивший, знает, зачем. Понимает, что не зря снова и снова новые поколения людей заселяют эту планету.

Многие склонны обвинять де Брока в самоповторах и вообще не склонны считать «Амазонию» хорошим фильмом. Да, это в какой-то степени самоповтор. Но скорее — самокопание, переоценка ценностей, речь провожаемого на пенсию юбиляра, в которой есть и стариковские слезы, и грустные шутки, и последние обещания, извинения, и, конечно, воспоминания обо всем сделанном и жалость о не сделанном. Именно так звучали «Голос Луны» Феллини, «За облаками» Антониони, «Компаньоны» Олтмена… Так звучит и «Амазония». И, хоть эта картина и не стала последним фильмом в творчестве двух выдающихся мастеров экрана, они, столько сделавшие вместе, как будто в последний раз обнялись, пожали друг другу руки, сказали последнее «спасибо» друг другу и зрителям, поклонились и ушли. И благо, что за ними, как и в фильме бежит ватага детей — настоящих и «приемных» — по творчеству. Не знаю, кто как, а я ценю такие мгновения в кино. И ценю откровения великих актеров и режиссеров, умеющих даже о столь скорбных и тяжелых вещах, как старость, говорить с надеждой, верой и улыбкой.

8 из 10

9 мая 2017 | 00:08

Рассматривая авторский кинематограф Америки, мимо братьев Коэн пройти невозможно. Без них в «другом» кино было бы скучно! Их фильмы — настоящая радость тем, кто устал от традиционных, догматически устоявшихся, штампованных-перештампованных боевиков, триллеров, мелодрам, комедий и всего прочего. Они снимают фильмы во всех жанрах, и никогда не действуют в рамках этих жанров, каждый раз создавая оригинальное, яркое, самобытное и удивительно классное кино! Стиль Коэнов — это мешанина стилей, жанров и вкусов. Мешанина настолько фантастическая, что, готовая называться безвкусицей, она формирует новый вкус, а, готовая назваться кучей пародий и эпигонств, оказывается умело слепленной из бесформенных обломков, идеально пропорциональной и прекрасной скульптурой, настоящим произведением искусства.

«Большой Лебовски» был первым фильмом, который я увидел у этой талантливейшей парочки. И он меня покорил сразу. Мне нравится подобный «бесстильный» стиль, мне нравится оригинальная трактовка жанровых законов, нравится ироничное отношение авторов к своим героям и яростно циничный стеб над реалиями американского образа жизни и американского кино в частности. Мне нравится невероятное переплетение и нагромождение событий, который Коэны не удосуживаются хоть сколько-нибудь объяснить или разгрести. Этот клубок эксцентричных происшествий, где каждое последующее цепляется за предыдущее, начинается ни с чего и оканчивается ничем. Коэны заинтриговывают всякими линиями и бросают их так же беззастенчиво и весело, как взяли. Весь фильм можно объяснить одной фразой: «Покатались и бросили!» Украли кусочек боевика, эдакого «бадди-муви», где пара совершенно безбашенных героев ищет похищенную шалавку, но скоро он им надоел и они его бросили… Схватили спортивную комедию и давай с азартом рассказывать, как любит наша троица гонять шары и какой подлец этот отвратительный Иисус, которого обязательно нужно победить… Ничего подобного! Мы так и не узнаем, кто кому надрал задницу — Иисус Лебовски или Лебовски Иисусу. Появляется в картине красавица Мод, вот, кажется, начинается увлекательная любовная линия, доходит даже до постели, но после этого тоже ничего не следует… Вся эта мясорубка закручивается пружиной, интригует, веселит, удивляет, распрямляется и начинает закручиваться снова, минуя все законы степенного «повествовательного» кино, из которого уважительно визуализировали даже закадровый голос, представив его в виде ковбоя, похожего на Марка Твена (кстати, интонация фильма очень близка юмору великого сатирика), который к самой истории — никаким боком. Даже душераздирающая сцена прощания Лебовски и Уолтера с безвременно ушедшим другом превращена в сплошной фарс.

Все это лишь поначалу кажется неумением авторов выдержать сюжетную линию и желанием показать все и сразу, но на деле оборачивается четко выстроенным калейдоскопом ярчайших персонажей и событий, в которых главное — вовсе не сюжет, а совершенно афористичный юмор, который схватывается на лету и в готовом виде может расходиться в народе на цитаты. Иронией, стебом, пропитан каждый кадр — от самого Лебовски, который, без сомнения, образ собирательный, до его снов и действий, которых, в общем-то, и не было, что, в свою очередь — тоже стеб. Потому что герой, который, по идее, должен быть двигателем фильма, ни черта не двигает и двигать не хочет. Образ, придуманный Коэнами и воплощенный великолепнейшим Джеффом Бриджесом — новое слово в создании киногероев. Герой абсолютно антигероичен. Пузат, грязен, ругуч (полагаю, что и пахуч), бездельничает, и не делает ничего, чтобы хоть как-то помочь действию фильма. Все крутится вокруг него само собой, при этом он не становится ни жертвой, ни создателем обстоятельств. Он просто там есть. Без Чувака нет фильма, но по сути Чувак просто пень, мешающий героям ленты на пути к разборкам между собой. Он как Оскар в легендарной комедии с Луи Де Фюнесом, имя которого упоминается за фильм несколько сотен раз, при этом сам он появляется на 2 секунды. Бриджес в фильме почти не сходит с экрана, при этом лишь недоуменно вляпываясь в идиотские истории, которые сами ловят его в свои сети. Одновременно герой невероятно милый и очаровательный, во-первых, из-за своего искреннего разгильдяйства и абсолютной безвредности, а, во-вторых, из-за мощной харизмы и большого обаяния самого Бриджеса.

Но еще ярче, еще четче выступает в картине Уолтер Собчак, изумительно сыгранный Джоном Гудманом. Он сыграл друга Лебовски. Сыграл так, что запомнился даже больше главного героя фильма. Сыграл он его феерично, широко, душевно. Ох, как душевно Гудман играет засранца. Аж убить его хочется. Или обнять. Или все-таки убить. Персонаж совершенно карикатурный и даже пародийный, но от того не менее замечательный. Его «интеллектуальные поползновения» и идиотические догадки, в которые постоянно вплетается Вьетнам, хоть речь идет даже о вчерашних хот-догах, просто великолепны!

Коэны постарались с актерами на славу! Харизматиков и талантов здесь не меньше, чем в любом другом их фильма. Извечный талисман Коэнов, Стив Бушеми, сыграл здесь роль дураковатого и затюканного Донни, которому слова не дают вставить, зато потом делают из его кончины целое шоу. Роскошная Джулианна Мур была хороша в роли художницы-вагиналки (страшное сочетание, но в итоге — ничего криминального), жаждущей Чувака и расхаживающей в халате на голое тело. Великолепен Филипп Сеймур Хоффман в роли подлизы-помошника настоящего «большого Лебовски», такого сладенького и богопротивного, что хотелось аплодировать. А как классно выезживался Джон Туртурро в роли Иисуса-гонятеля шаров, и как здорово тупил Стормаре в роли придурка-гопника-неонациста-нигилиста…. Даже Тара Рейд, как правило, аморфная и бездарная до безобразия, сыграла роль, которая ей прекрасно подошла — сексуальной шлюшки, играющей в порнушке…

В общем, герои, события — все сплошной восторг. Фильм уже давно носит звание культового, и заслуженно стал феноменом, породил чуть ли не целую религию «чувакизма», хотя все ведущие киноакадемии его обошли вниманием, а одна из немногих премий, как ни удивительно, настигла фильм в России, где он получил «Золотого Овна». Утешением ему, однако, стало вовсе не это, а невероятная любовь зрителей во всем мире. Культовый для настоящих «чуваков» и «чувих», обожающих лодырничать и смотреть кино, вместо того, чтобы, как выразился Большой Лебовски кровные свои миллионы зарабатывать. Ну, на кой нам миллионы? В конце концов, киношка есть — и отличная, диванчик есть — и премягкий, чипсы есть — и превкусные, а незамутненный разум готов потешаться над тем, что уже давно заслужило потехи — над надувшимся от осознания собственного величия и полным героических героев голливудским кино.

«Большой Лебовски» — новая классика 20 века от новых классиков американского кино — производит впечатление одной из самых свежих, ярких, веселых и легких картин 90-х. По-настоящему классное кино, которому уже не нужна реклама. Термин «авторское кино» в данном случае не диагноз, а синоним альтернативы скуки и дурацкому голливудскому пафосу.

10 из 10

23 апреля 2017 | 22:11

1984-й был фантастическим годом, подарившим миру множество незабываемых шедевров. «Терминатор», вторая часть приключений Индианы, «Охотники за привидениями», «Роман с камнем», «Полицейская академия», «Кошмар на улице Вязов», «Гремлины»… Список можно продолжать очень долго. Просто диву даешься, как у людей хватило денег на все это великолепие, ведь каждый из названных фильмов (а еще сколько не названных!) стал невероятно успешным прокатным хитом, при этом умудряясь оставаться действительно высокохудожественным фильмом, что доказывает самый лучший критик — время. Фильм мог быть забавным, дерзким, смешным, простым, понятным, драйвовым, неполиткорректным, умным, даже остроумным, «зубастым», очаровательным, абсолютно народным — и при этом нисколько не «угодническим». Мог смешивать самые разные жанры, иметь успех и оставаться штучным произведением. Именно таким был — и остается! — второй самый кассовый фильм года, положивший начало многолетней франшизе — любимый «Полицейский из Беверли-Хиллз», очередной триумф Эдди Мёрфи, после которого стало понятно, что и до того весьма успешный комик, Эдди — главный мастер смешного в США и гарантированный «отбиватель кассы».

Сейчас даже представить трудно, что «Полицейский» не задумывался комедией, и затачивался вовсе не под Мёрфи. Изначально это был довольно прямолинейный боевик, куда планировали пригласить Джеймса Каана или Клинта Иствуда, а пригласили Микки Рурка, которому даже заплатили часть гонорара, однако, разработка сценария затянулась, время контракта кончилось, и Рурк «слетел». Продюсер Дон Симпсон предложил сделать боевик с комедийным уклоном и уже тогда в проекте замаячил Мёрфи, однако главы «Парамаунта» потребовали кого-то более «боевитого» и предложили в свою очередь Сталлоне. Тот согласился, но стал по привычке переделывать уже утвержденный сценарий «под себя». У него уже была номинация на Оскар в сценарной категории, и, следовательно, в этом деле он кое-что смыслил, но от комедии в процессе переделок, естественно, ничего не осталось. Кроме того, бюджет вырос вдвое, и студия пошла на попятный, вернувшись к более дешевому варианту — с Мёрфи. А Сталлоне на основе написанного сделал чуть позже «Кобру».

Ставить фильм упросили яркого молодого таланта Мартина Бреста, уже отлично себя зарекомендовавшего. Правда, Брест славился несносным характером и уже несколько раз был уволен с разных картин. Но Брукхаймер своего добился — так долго доставал Бреста, что, в итоге, бросив монетку, тот согласился и снял самый успешный фильм в своей карьере.

Но фильм все-таки «сделал» Эдди Мёрфи. Болтливый и пронырливый Аксель Фоули в его исполнении — не затыкаемый фонтан энергии, обаяния, харизмы и комических импровизаций. Брест вспоминал, что Мёрфи не нужно было даже учить слова — ему просто давал канву сюжета, а он придумывал реплики, от которых и сейчас покатываешься со смеху.

Аксель — персонаж архетипический, в нем есть что-то от национальных американских героев, вроде Тома Сойера, Гомера Прайса и — больше всего — Дэви Крокета — шутника, задиры и балагура с добрым сердцем, который, согласно легендам, сам говорил о себе:

- Я кто? Я горлопан!

Аксель, как и Дэви, может врать, не моргнув глазом, искренне веселиться и никогда не откажет в помощи. Он, в противовес социопату «Грязному Гарри» — добродушный, открытый житель мегаполиса, не испорченный деньгами и лицемерием, его поведение достаточно вызывающе и резко контрастирует с принятым в высшем обществе (до уморительного абсурда того же героя доведет Джим Керри 10 лет спустя). При этом Аксель — отнюдь не дурак, в том числе — не дурак подраться, если требуется защитить честь свою или близких людей. У него есть житейская мудрость и хитрость, взращенная явно не дворецкими и няньками в богатых особняках. Нет, он смотрится чужаком везде, где сияет роскошь и снобизм, но этим безоговорочно подкупает зрителя, в массе своей — совсем не богатого.

Несмотря на бескостный язык, там, где надо — Аксель благороден, честен, добр и неподкупен. Он неполиткорректен и эпатажен, но ровно настолько, чтоб взбаламутить застоявшееся вокруг болото, настоящие же оскорбления достаются лишь тому, кто их заслуживает. Где бы он ни был, он везде несет с собой незакомплексованность, чистоту душевных порывов, непреклонение перед авторитетами, веру в дружбу и правду. Он далеко не идеальный полицейский, но именно его разгильдяйство, помноженное на мужественность, чувство юмора и желание добиться справедливости любым путем, делает из него настоящего любимца зрителей во всем мире. И поделом, потому что персонаж — абсолютно вневременный, сыгранный великолепно и правдиво, и оттого — разрушающий любые границы — что языковые, что политические.

Актер, конечно, зависимое существо. Подчиняется условиям сценария, властным требованиям режиссера, капризам камеры. Но остается настоящим актером и художником лишь тогда, когда, подчиняясь, остается независимым. Для Мёрфи одной из таких ролей, в которых он проявил не только готовность следовать режиссуре и работать в ансамбле, но и умение осуществить собственные замыслы, стала роль Акселя, и она вознесла его на недосягаемые вершины. Кстати, я не считаю, что нынешний Мёрфи, у которого все никак не получается вернуться в обойму суперзвезд, заслуживая пинков критиков и забывчивых зрителей — сдулся или испортился. Отнюдь. Мёрфи талантлив, и талант его никуда не делся, как и обаяние, харизма, юмор. Просто меняется мир, меняется человек. Юмор тоже меняется. В конце концов, даже Керри, который, казалось, навечно угнездился на троне комедии в 90-е, сейчас стал другим. А сколько комиков, блиставших рядом с Мёрфи, полностью покинули жанр или кино вообще! Мёрфи необходим хороший сценарий, и он отыграет его с прежним блеском, я в этом уверен!

«Полицейский из Беверли-Хиллз», растасканный на цитаты покадрово в 90-х, перестал быть оригинальным, а ведь тогда — номинировался на Оскар за сценарий! Новое поколение, идя в кино и обнаруживая там находки Бреста и Мёрфи в виде затасканных штампов, не собирается оправдывать и их прародителя. Экшен этого фильма сейчас кажется неторопливым, монтаж — слишком спокойным. Но своего обаяния фильм не теряет.

В нем нет ничего лишнего. Он не обременен даже любовной линией, столь обязательной для любого боевика сейчас. Там нет продолжительных перестрелок и драк на тросах с использованием эффектов и боевых искусств. Они ему не нужны. Ведь все это сейчас пихается в фильм лишь для того, чтобы отвлечь зрителя от пустоты замысла, неубедительности характеров, неправды ситуаций. А черных парней, способных потягаться успехом и любовью зрителей с Эдди Мёрфи, так и не появилось. И, услышав его знаменитый квакающий смех, или ту самую бессмертную мелодию, пережившую второе рождение на дискотеках 2000-х, поневоле улыбаешься, вспоминая веселого живчика с 32-х зубной улыбкой, не способного отчаиваться балагура, всегда готового постоять за себя и других. Улыбаешься и обязательно хочешь встретиться с ним снова.

10 из 10

25 марта 2017 | 16:07

«Остров огня» Джеки Чан называет одним из худших фильмов в своей карьере, а появление его оправдывает не иначе как «возвращением долга» актеру Джимми Ван Ю, который в «Острове» был продюсером и, собственно, привлек в него Чана.

В конце 70-х Чан был уже известным актером, новой гонконгской звездой — после потрясающих успехов «Змеи в тени орла» и «Пьяного мастера», обогнавших по кассовости даже фильмы Брюса Ли. Успех пришел лишь тогда, когда Чан избавился от покровительства или лучше сказать — гнета — Ло Вэя, главы «Ло Вэй продакшнс» и режиссера большинства предыдущих фильмов с Чаном, в основном — неудачных, где консервативный и самовлюбленный режиссер, мнящий себя «открывателем Брюса Ли» и большим мастером, пытался вылепить из Джеки подобие Брюса — то есть жесткого, бескомпромиссного героя-мстителя, со звериным криком уничтожающего злодеев. Чану претил подобный образ, как, впрочем, и безнадежно устаревшие приемы Ло, да и вся система его работы, и даже он сам — бахвал и халтурщик. У молодого таланта была масса идей, воплощать которые он не мог из-за диктата своего работодателя, заключившего с ним кабальный контракт, по которому Чан был вынужден играть у Ло во всем, что тот предложит. Тот же эксплуатировал Чана всеми возможными способами, включая даже несколько идиотских ролей злодеев.

Молодая прогрессивная компания «Голден Харвест» «арендовала» Чана для съемок «Змеи в тени орла», где дала ему свободу самовыражения. Результат оказался сногсшибательным. Последовал гениальный «Пьяный мастер» и замечательная «Бесстрашная гиена» — режиссерский дебют Джеки, заявившая о нем сразу как о ярком, неординарном постановщике со своим стилем и отменным чувством юмора. Воодушевленный как никогда, он приступил к съемкам «Молодого мастера», когда Ло Вэй напомнил «зарвавшемуся юнцу», что он — все еще собственность «Ло Вэй продакшнс», и временный контракт с «Голден Харвест» подходит к концу. Естественно, возвращаться к Ло Джеки не планировал. Тем более, недавно он сделал это, отыграв в унылом «Кулаке дракона», который по привычке провалился. Джеки попросил расторжения контракта, Ло в ответ показал ему договор, который Джеки подписывал с ним еще мальчишкой. Тогда в нем не была прописана сумма отступных в случае одностороннего расторжения контракта. Теперь она была прописана и исчислялась суммой с семью нулями.

Пока Вилли Чан — менеджер Джеки, пытался урезонить Вэя, а сам Джеки пытался работать над «Молодым мастером», Ло придумал еще одну подлость — обратился за помощью к «Триадам», обещая последним баснословные барыши с каждого фильма Чана, если тот будут работать на него. Над Чаном нависла реальная угроза — все знают, что триады не шутят. Тогда «Голден Харвест» отправила свою новую звезду в США — для съемок и подальше от «Триад», пытаясь за это время как-то разрулить конфликт. «Гордиев узел» помог разрубить Джимми Ван Ю — некогда популярный актер, звезда «Однорукого боксера», который несколько раз снимался с Чаном на заре его карьеры и симпатизировал молодому актеру. Но в данном случае важна была вовсе не звездная слава Ван Ю, а его близкое знакомство с боссами «Триад». Он-то и «отмазал» Чана, и, когда тот вернулся из США, ситуация каким-то образом была уже разрешена — практически без его участия.

Из благодарности перед Ван Ю, Чан снялся у того в «Особом задании» и «Острове огня». И, если первый был действительно нелепым и дурацким, то второй, несмотря на суровую критику самого Чана — фильмом неплохим и даже хорошим. Впрочем, Чан, что там, что там — скорее элемент декора, чем несущая конструкция, несмотря на то, что его имя в обоих фильмах выносилось на постер в качестве приманки. Приманка, кстати, сработала — «Остров огня» собрал внушительную кассу. Впрочем, там и без Чана было много хорошего.

Эта картина сильно отличается от того, что Чан делал в 80-х. По настроению она ближе скорее к «Новой полицейской истории», только вместо обуянного тяжелыми пьяными размышлениями героя, разглядывающего мир сквозь стекло водочного стакана, Чан — все тот же лихой добродушный шалопай, искусственно втиснутый в рамки тюремной драмы. Рядом с ним — неожиданный Сэммо Хунг в роли «короля побегов», обаятельный Тони Люн Ка-фай, импозантный Энди Лау и сам Ван Ю, сыгравший близкую ему роль большого тюремного авторитета.

«Остров огня» — зрелище мрачное, «взрослое», жестокое, холодное и неприветливое, какой, впрочем, и должна быть уважающая себя тюремная история. При этом смотрится с большим интересом, несмотря на то, что несколько сюжетных линий, которые ухитряется вести режиссер, почти не пересекаются, каждая из них заслуживает внимания. История копа, попавшего в тюрьму под прикрытием, история добродушного толстяка-преступника, каждый год бегущего на день рождения к сыну, история справедливого тюремного авторитета, да и история героя Джеки — простого парня, случайно убившего бандита — все имеют право на собственный фильм и каждый из этих героев сыгран хорошо и вызывает сочувствие. Проблема лишь в том, что все эти истории режиссер Чу Иньпин воедино сшивал такими белыми нитками, что она начинает расползаться в лоскуты при первых же вопросах. И в финале все сводится к довольно дурацкой перестрелке в стиле «Особого задания» (фильм того же Иньпина, кстати), где симпатичные до того момента герои становятся настоящими Рэмбо, что совершенно их не красит и натурально убийцами. А тут еще маячит сюжет о коррупции в высших эшелонах, которым все началось и вроде бы должно закончиться, но… как это сделать, режиссер уже не понимал. Думаю, что и полноценного сценария у ленты не было, ибо продюсеры надеялись на своих звезд.

Звезды не подвели. Фильм совершенно не хочется ругать, актеры играют отлично, и каждый из них раскрывается с неожиданных сторон. Правда, много обещавшие в начале картины, их образы бесконечно упростились к финалу, растеряли свое душевное богатство и обмельчали донельзя. Финал прямо отрезать хочется, так он не клеится к остальной картине. Но в лучшие моменты лента поднимается до отличных образцов тюремно-криминального жанра и напоминает фильмы Джона Ву.

Джеки Чан, безусловно, слишком строг к себе и к этой картине. Даже будучи персонажем, искусственно сосватанным фильму, он отработал на совесть, и сумел доказать, что лишним не был. Несколько эффектных боев, хорошая ансамблевая игра групповки и реалистические отношения между людьми дополняют картину. Несмотря на то, что Чан в фильме персонаж не главный, так уж получилось, что именно из-за него «Остров огня» находят, смотрят и ценят. Хотя эта работа, без сомнения, стоящая особняком в творчестве всех ее главных звезд, в любом случае достойна внимания и высокой оценки.

8 из 10

22 марта 2017 | 02:03

Жерар Ури, король французского юмора, подаривший миру такие поистине великие и народные комедии, как «Разиня», «Большая прогулка» (кассовый рекорд этой ленты держался 42 года!), «Супермозг» и др., и самый органичный комедийный дуэт в мире — Бурвиль-Де Фюнес, очень хотел вернуть двух гениев на экраны в еще одном совместном фильме. Ставшие добрыми друзьями Бурвиль и Де Фюнес тоже были рады еще раз поработать вместе. Поэтому на предложение о создании комедийной версии пьесы Гюго о Рюи Блазе откликнулись с восторгом. К сожалению, фантастическая занятость Де Фюнеса и затянувшийся препродакшн картины, которая обещала быть весьма масштабной, и, к тому же финансировалась инвесторами из разных стран, сделали свое дело — начало съемок несколько раз отодвигалось, пока из Парижа не пришла печальная новость — от рака умер Бурвиль.

Работа над картиной остановилась. Роль Рюи Блаза Ури и его дочь Даниэль писали специально для Бурвиля, более того — исходя из его органики (и это хорошо видно в фильме), да и роль была поистине его, ибо никто другой не умел быть на экране настоящим героем из народа, истинным галлом — обаятельным, добродушным, простоватым, при этом хитрым, житейски мудрым и смешным. Он олицетворял на экране галльский характер и был незаменим для ролей «Жаков-простаков», вовлеченных волей случая во всякие приключения.

Ури стал спешно подыскивать нового партнера Де Фюнесу, и остановил свой выбор на Ив Монтане — популярном шансонье и актере, также «выходце из народа», относившемся, правда, к своему происхождению без иронии — он яростно поддерживал коммунистов, и, по словам Де Фюнеса, разговаривать с ним вне съемочной площадки было трудно — он тут же начинал «вести разъяснительные беседы» о классовой борьбе. Великий комик принял Монтана настороженно, собственно, как и всегда принимал новичков, т. к. любил работать в комфортной обстановке, которую ему обеспечивала знакомая команда. Между Де Фюнесом и Монтаном не возникло ни дружбы, ни доверительных отношений, как с Бурвилем, в какой-то степени это мешало работе, но на финальном продукте почти не сказалось. Монтан был хорошим актером, настоящим трудягой и сумел завоевать уважение Луи.

Ури вспоминал, что Монтан паниковал от того, что ему досталась роль другого актера, поэтому днями и ночами просиживал в гостинице, репетируя каждую фразу Блаза, чтобы сделать все иначе, не так, как сделал бы Бурвиль. Эта работа над собой имела свои плоды — хотя местами все-таки проскакивают сценарно чисто «бурвильские» ситуации, Рюи Блаз Монтана тоже оказался весьма убедительным.

Естественно, ни о какой экранизации Гюго не могло быть и речи. Была взята лишь канва и задуманная Салюстом афера, все остальное — типичная комедия Ури-Де Фюнеса, очень яркая, динамичная, взбалмошная, трюковая, гэговая, карнавально-народная, и, конечно, очень смешная. Никаких трагедий покончившего с собой Рюи Блаза и влюбленной в него королевы, никакого убийства Салюста, никаких измученных нищих, свойственных творчеству Гюго. Ури поступает с Гюго как школьник, подрисовывающий в учебнике всем героям усы, хвосты, очки и пиписьки. Оказавшись в «маске», герои как будто вынуждены поступать в соответствии с ее содержанием, как в комедии дель Арте. Получается просто и смешно. Элементы сатиры, конечно, присутствуют, но поданы Ури в развеселом, шутовском виде, лишенном попыток преподать урок истории или морали. Да и зло в лице Де Фюнеса, теряющего на ходу штанишки, настолько мелко, суетливо, напыщенно, неумело, что вызывает даже симпатию. В конце концов, как говорил Лесли Нильсен, человек, который начал смеяться, уже не сможет вас избить.

Бегает, носится, мечется по дворцу, разворачивая паутину интриг дон Салюст, неугомонный Луи Де Фюнес. Каждая его сцена — маленький шедевр, Монтан несет свою идею, свой характер — романтика и борца с классом власть предержащих, но не способен осадить Луи, как умел Бурвиль. Ему приходится подыгрывать и со стороны наблюдать за шумным холериком, остающимся всегда невообразимо гротескным, потрясающе органичным и смешным — в любых костюмах любой эпохи.

Режиссура Ури как всегда отличается четкостью, выверенностью, любовью к деталям. Фильм снимался дорого и был сделан со вкусом. Звук, освещение, ракурсы, декорации, динамика каждой шутки, каждой сцены, обязательность каждого трюка — все было подчинено сюжету и сделано на высшем уровне. Это не просто пародия, это именно комедия положений, вполне тактичная к показанной эпохе, вносящая в нее сумятицу, но вовсе не выходящая за рамки того, что вполне могло быть, окажись на месте Салюста человек с характером Де Фюнеса. Так что «Мания величия» — это еще и костюмный романтический фильм, и приключенческий фильм «плаща и шпаги» и почти комедия «дель Арте». А менее талантливый режиссер превратил бы это все в одномерную пародию-насмешку и получилось бы все плоско и, возможно, не так смешно. Кроме того, сам бывший актер, Ури был стопроцентно «актерским» режиссером, прекрасно понимал актеров, поддерживал импровизации и умел направлять энергию таких стихийных актеров как Де Фюнес, Ришар или Бельмондо в нужное русло. Не удивительно, что в 1971 «Мания величия» стала самым успешным фильмом во французском прокате.

В 70-е у Де Фюнеса было много замечательных работ, и эта — одна из лучших. Да, все эффекты, которыми он пользуется, расцвечивая свою игру — давно разработаны и испытаны, да, отсутствие подлинного жизненного содержания в его карикатурной роли и народной героики (как в «Большой прогулке») мешает этому фильму подняться до по-настоящему больших обобщений. Но это уморительная, восхитительная, эффектная и эффективная, сочная комедия с ожидаемым, но в чем-то неожиданным перевоплощением великого комика. А разве это не самоценно? Когда онемевший Салюст пыхтит и клокочет, выражая вселенское негодование создавшимся положением, Де Фюнес творит со зрителем что-то невероятное! Не сказав ни единого слова, он сказал миллион, он сказал все, что мог сказать актер, сказал так, что ты все понимаешь и заливаешься смехом. Это ценно, это дорого, это неповторимо. Это единственно в своем роде. И это, вместе с замечательной работой всех, кто делал этот фильм, их талантом, энергией и самоотдачей, делает его настоящим шедевром.

10 из 10

18 марта 2017 | 00:39

Не первая попытка Джеки Чана завоевать американский рынок весьма наглядный пример абсолютного непонимания друг другом американских и китайских кинематографистов. До этого у Джеки была хорошая, недооцененная, на мой взгляд, «Драка в Бэттл-Крик», гораздо более близкая ему, чем принято думать, попытка соединить «Путь Дракона» с несерьезным подходом Чана к экшену. И две серии «Гонок Пушечное ядро» — тоже, в общем-то, не плохих гоночных комедий, где, однако, Чан, во-первых, персонаж сильно второстепенный, во-вторых, не говорит ни слова и, в-третьих, вообще японец. Все эти фильмы были не столько творческой, сколько маркетинговой ошибкой и не смогли правильно преподнести азиатскую звезду N1 американскому зрителю, в массе своей консервативному и не очень-то жалующему иностранное кино.

Для «Голден Харвест» же Америка была не паханным полем, на котором можно собрать воистину «золотой урожай». Вот только аналитики, работавшие в американском филиале кинокомпании, ни черта не разбирались ни в зрителях, ни в Чане, ни в причинах успеха последнего у первых. В результате их «мудрых» исследований появился фильм «Покровитель», который стал едва ли не худшим, что случилось с Джеки в 80-х, если не считать «Бесстрашной гиены-2», впрочем, и в последней, снимавшейся в качестве «откупа» для «Триад», присутствуют шикарные трюки и хоть какой-то джекичановский дух, тогда как в «Покровителе» этого нет как класса.

Плохой ли это фильм? Пожалуй, нет. Он плох именно как фильм Джеки Чана и сам Джеки выразил отношение к этому фильму вполне однозначно, постыдившись выпускать американскую версию в азиатский прокат. Как обычный боевик он даже довольно увлекателен. Неплохой жанровый образчик очень в стиле 80-х. Все приметы жанра и времени, все штампы собраны тут — от панков, грабящих в самом начале дальнобойщика, до диалогов, характеров, тем, голых девок, вечно орущего босса (пока еще, правда, белого) и финального чукалова в портовых доках. Пожалуй, если бы с мафией действительно разбирался Грязный Гарри, никаких вопросов не возникло. Брутальный боевик с брутальными героями, палящими направо и налево.

Смотреть можно, но при просмотре испытываешь неловкость от бесполезности в кадре Джеки Чана. У режиссера на руках был богатейший материал, самобытный, яркий, гениальный — алмаз! — причем уже ограненный многолетним опытом и десятком шедевров за спиной. Кажется, ну посоветуйся, послушай, попытайся понять — общее ведь дело делаете! Обеим сторонам выгодно, чтоб фильм получился.

Увы, Гликенхаус, как когда-то Ло Вэй, включил Наполеона и, если у Ло за плечами было несколько хитов, то снявший до этого пару боевичков Гликенхаус вообще непонятно с чего решил, что точно понимает жанр и знает, как в нем снимать. Фильм стал жертвой амбиций режиссера, потому что режиссерский диктат виден в каждом кадре.

Самое прекрасное в фильмах Чана — кто бы их ни снимал — они не могут существовать без Чана! Убери же Чана из «Покровителя» — ничего не изменится! Рейнольдс, Иствуд, Сталлоне — сделали бы тоже самое не хуже, и даже лучше, поскольку смотрелись бы куда органичней. Здесь все эпизоды с Чаном очень натянуты, искусственны, и зачастую просто бессмысленны. Чан сражался с режиссером за каждый кадр, но того мало интересовали советы какого-то китайского выскочки. Связанный контрактом, Джеки был вынужден подчиняться. Результат — предсказуем.

Утративший свою органику Джеки Чан смотрится скованно, в роли хмурого и самодовольного нью-йоркского копа с револьвером наперевес и разговорами о тёлках он просто не знает, куда себя деть, дурацкий прямолинейный сюжет, лишенный иронии и юмора, красоты боевой хореографии и ярких человеческих отношений, буксует на каждом шагу, впадая из уныния в маразм и обратно, искры между Чаном и Айелло нет и действуют они одинаково, одинаково говорят и смысла в их дуэте нет никакого. И дело вовсе не в том, что Джеки не смотрится как серьезный герой. Смотрится. «Криминальная история» это доказывает. Просто тут эта серьезность ни к месту и не ко времени, как космонавту — тяпка, и делать с ней абсолютно нечего. Как изменила героя смерть напарника? Никак. За что он борется? Ни за что. Как влияет на него то, что он китайский полицейский в стране оголтелого расизма? Никак. Что для него Гонконг? Ничто. Такой вот городской ковбой. «Человек без имени». Но и у того были свои цели…

Бои… Если в фильме есть Джеки, они просто не могут быть плохими! Но сломать выстроенную режиссером стену штампов, привычки, самодовольства и халтуры Чану не удалось. Вместо молниеносных изобретательных схваток какая-то гопническая возня. В финальных схватках это особенно проявляется. Против Чана поставили Билла Уоллеса, и — как же нелепо смотрелись попытки Чана изобразить, что тот представляет для него реальную опасность! Как в «Смертельном оружии 4» бедняге Джету Ли пришлось, изнывая от скуки, делать вид, что Гибсон может его побить. Смех да и только! А драка на кране? Там, где китайский качок швыряет в Чана пустые коробки, а тот — очевидно, по приказу режиссера, — должен под них подставляться. Даже если не знать возможностей Чана, видно, что дубли явно неудачные и сам Джеки никогда в жизни не включил бы их в финальный монтаж!

Впрочем, фильм гибнет уже на стадии задумки — зачем американцам еще один герой? Китаец. И даже не Като, а просто герой… Брюс Ли был интересен именно своей загадочностью, чужеродностью, непонятными Западу ценностям, целями и совершенно не западной их реализацией. Тоже самое — в другом, ироничном варианте, сделал Чан через 10 лет. Страна эмигрантов поняла и приняла непонятного и непримиримого, интересного, загадочного, не понимающего законов мест, куда он приехал, оттого попадающего впросак, но все-таки — героя — со своей философией и темой, не идущего на компромиссы. Прикидывающийся, мимикрирующий под среду, такой же, как все герой был абсолютно не нужен, а время широты взглядов, готовности принимать чужое таким, какое оно есть — еще не наступило. «Покровитель» был откровенной ложью, попыткой обдурить, извернуться, подстроиться и, как часто бывает, попыткой провальной.

В «Покровителе» есть неплохие сцены, и его вполне можно посмотреть. Особенно более динамичную, местами переснятую и перемонтированную гонконгскую версию. Однако все равно понятно, что «Покровитель» — Чану — как корове седло. И неудобно, и не красиво, и нелепо, и не идет, и катастрофически бессмысленно. Джеки тогда на Штаты и всех американских «гениев» разозлился так сильно, что по возвращении в Гонконг стал снимать шедевры один за другим, как будто показывая, какими на самом деле должны быть боевики. А в Америку он пробился тогда, когда оба были к этому готовы. Наверное, просто всему свое время.

6 из 10

15 марта 2017 | 02:02

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...



Друзья по интересам (295)
они ставят похожие оценки фильмам

имя близость

Unholy Confessions

97.8683% (1603)

glazzik

70.1295% (900)

Максим Ладин

66.1015% (438)

abaitalgatov

62.7198% (832)

VadPam

62.6375% (1091)

Tskay

62.601% (561)

Audioslave

62.4711% (639)

Dudaer

62.1437% (597)

Lost Heaven

61.9844% (786)

kinospam

61.6075% (545)

Nick Culver

61.2422% (853)

Sania200

60.8899% (770)

romansholudko

60.5633% (703)

Sanja100

60.2463% (790)

Mad Crowd

60.22% (541)

Sipah

60.2002% (545)

Сергей Мартыненко

60.1818% (1066)

McL@ren

59.9784% (533)

heonke

59.8581% (1094)

spawn3000

59.8206% (512)

Hyenochka

59.3757% (781)

vadim2009

59.3699% (863)

Gena Вяткин

59.3498% (616)

vasyledi

59.3302% (1485)

Ser_Yogik

59.3128% (536)

gstone1

59.2392% (1099)

Barry_Vader

59.0524% (545)

MidnightKing

59.0425% (603)

Air_Arthur

59.0048% (790)

Alessa May

58.9139% (563)