Рецензии в цифрах
всего рецензий141
суммарный рейтинг3109 / 2865
первая3 июля 2008
последняя16 октября 2011
в среднем в месяц7
Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Одним из любимейших сюжетов научной фантастики является «обезьяна с гранатой»  — про героя, попавшего в незнакомую обстановку и совершающего нелепейшие ошибки просто потому, что он (будь то человек или инопланетянин) привык жить и действовать по совершенно другим законам, нежели приняты в этом мире. И точно так же, как реальная земная обезьяна, играющая с гранатой, рано или поздно, конечно же, выдернет чеку, так и наш герой, скорее всего, взорвет полмира. Но никакой их вины в том не будет. Просто они не ведают, что творят.
Есть даже особый жанр, построенный на «принципе обезьяны» — антиутопия. «Что будет, если…» — это ли не главный вопрос и величайшее искушение всех времен? Если, подобно Ною, построить ковчег, но взять на него только чистых животных? Найти панацею от всех болезней? Или попасть на планету, населенную разумными существами?

«Обитаемый остров» — еще один вариант антиутопии, созданный братьями Стругацкими. Вариант, надо сказать, предельно жесткий, в отличие от того же «Трудно быть богом». Выросший в тепличных условиях юный землянин Максим попадает на крайне недружелюбную планету.

Принципиально важно здесь именно отсутствие жизненного опыта героя, его юность, если не сказать девственность. Он по-детски не ведает сомнений и страха, не ищет компромиссов и личных выгод. Понятно, что сидеть без дела он не сможет и примется всеми силами «улучшать мир» по собственному разумению.

Нетрудно догадаться, что у него получится. И не благодаря каким-то сверхспособностям или супероружию. Впрочем, его чистота в этом оболваненном, марионеточном мире как раз и является самым смертельным оружием. Фактически, Максим явился в этот мир Мессией. Причем по святости он во многом превосходит земной канонический образ.

Вот что написали Стругацкие. Вот что не смог снять Бондарчук-младший. Да, несмотря на зарок никогда больше не сравнивать книгу и фильм, я опять не могу смолчать. А на ехидные усмешки: «По какому такому праву ты тут критикуешь?» гордо отвечу: потому что заплатил. Причем дважды. Ведь в производство этой самой дорогой российской картины вложены в том числе и бюджетные, значит, наши с вами деньги. И билеты совсем не дешевые. Ну и обидно, конечно, когда нас так мелко надувают.

А то, что зрителя сейчас начнут обманывать, стало ясно буквально в самом начале фильма. Уже из первого диалога с бабушкой мы узнаем, что бондарчуковский Максим:
а) бросил на пятом году университет;
б) совершенно не считается с мнением родителей;
в) беспринципный плейбой, привыкший «задуривать девчонкам головы» и смываться;
г) мелкая «крыса»: своровал у деда часы и с наглой усмешкой теперь врет, что не брал.

Кого-то это напоминает, не находите? Точно — обычного современного «мол. чела». Это, конечно, не «офисный планктон», воспетый Бекмамбетовым. Макс чуть более развит, он уже поднялся в верхние слои, превратившись в «клубное многоклеточное». Поверить в то, что этот Макс сможет не то что спасти мир, а просто выжить в нем пару дней, увольте, не могу.

Дальше — больше. Авторы уже на третьей минуте подтверждают худшие опасения, что книжка им не указ. У Стругацких Максим приходит в мир планеты Саракш, как и положено Мессии, голым — без предубеждений, без страха. И, извините за подробность, почти голым физически, в одних серебряных шортах без карманов и кедах. Это его легкомысленное одеяние еще не раз подчеркивается в трилогии и является ключевым. Только так и приходят Мессии. Зачем же тогда Бондарчук нацепляет на него пояс со снаряжением? Все просто: он когда-то увидел ртутного Терминатора и с тех пор лавры Джеймса Кэмерона не давали ему покоя. Хотелось сделать «как у них». Сделали. Правда, мельче и хуже. В далеком 1991 году Голливуд сотворил жидкого металлического человека, в 2009 году «Обитаемый остров» смог порадовать нас скупой ртутной «слезой».

Об этом желании авторов «сделать как у них» многие зрители отзываются уничижительно, характеризуя «ОО» как полностью вторичную и второсортную подделку. Каждый кадр вызывает стойкое ощущение дежавю. Рецензенты уже соревнуются в том, кто опознает больше первоисточников, «вдохновивших» Бондарчука. Спорить с этим не стану, так как меня огорчает другое.

Не только ради этой «слезы» авторы затеяли столь радикальный пересмотр образа Максима. Дело в том, что самая трудная задача для актера — сыграть положительного героя. Именно героя — яркого, достоверного. А ключевая сцена для Максима, в которой в полной мере раскрывается его образ, вообще прописана Стругацкими фантастически сложной. Это сцена расстрела, когда Максим отпускает приговоренных. И вернувшись к ротмистру, швыряет ему под ноги автомат, снимает форму, оставшись все в тех же серебряных трусах и босиком. Говорит, что он уходит, так как понял, что его надули и ему здесь не место. А когда ротмистр, угрожая оружием, требует сесть в машину, Мак просит его отдать пистолет. Без боевых кличей и шаолиньских прыжков. Просто протягивает руку и тихо просит. Но так, что боевой ротмистр, прошедший огонь и воду, пугается до смерти и стреляет в него издали, боясь подойти даже к мертвому телу. Сравните сцену из фильма, где истеричный, но педантичный вояка не делает обязательного контрольного выстрела в голову просто потому, что у него кончились патроны. Мелковато, господа.

Читая книгу, понимаешь, что только так и может поступать Максим Камеррер, человек, которому предстоит «вывернуть мир наизнанку» (ругательство «масаракш», столь часто звучащее в телерекламе, переводится именно так — мир наизнанку). Что будь он другим, более «земным» хоть на йоту, он был бы неспособен на такое. Что в его импульсивных, казалось бы, нелогичных поступках кроется логика высшего порядка. Логика, создающая и низвергающая миры. Логика интуитивная, не осознаваемая даже самим Максимом, так как Стругацкие ничуть не преувеличивали его умственных способностей. Он действует на уровне рефлексов, душевных порывов, если хотите. И именно это приносит результат.

В подобных ролях, если верить старым мастерам, говорит-играет не тело, а душа. И остается только сожалеть, что на роль Мака авторы нашли роскошное тело, а не сильную душу.

Клайд

19 января 2009 | 10:08
Комментарии

Новый комментарий...

Заголовок:
Текст:
подписаться на новые комментарии