всё о любом фильме:
Moskwitin
Александр Москвитин, Россия, Ставрополь, 23 года, 4 марта 1994, М
Добавить в друзья

 заходил больше года назад

Регистрация: 11 февраля 2012 Рейтинг комментариев: -1 (0 - 1) Обновления сайта: 0

«Всё субъективно»

 

Оценки пользователя

все оценки (726)

 


Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Рецензии на фильмы: 30

Хуан Диего Соланас, отправляя нас в свой полет, решил: «упасть, чтобы взлететь» — механизм безотказный. Однако, прежде чем начать эпическое падение, фильм довольно удачно набрал высоту. Уже с начальных секунд, детище режиссера уверенно плыло по воздуху, лишь изредка попадая в турбулентность, вызванную трудновыполнимой задачей для съемочной группы. Фантазии Соланаса наверняка описывали переход между параллельными мирами крайне выразительно, а вот реалии оператора с ними явно не состыковывались. Показывать все это на деле, без визуальных разломов и дичайших нагрузок для зрительного восприятия оказалось проблематично. Да и привыкнуть к таким в прямом смысле «поворотам в иллюминаторе» на 180 градусов — задача не из легких, но справиться с ней необходимо, ибо продолжаться это будет на протяжении всего тайминга.

Как ни крути, а вот крутить головой все равно иногда придется. И совсем не оттого, что неудобно, а из-за интереса к мастерски прорисованным декорациям. Вот уж к чему, а к компьютерной графике вопросов и претензий абсолютно нет, ибо работа выполнена нереально качественно. А вот работа актерской группы вызывает недоумение. Значительный диссонанс придает разница в восприятии фильма у всех исполнителей. Тимоти Сполл и Джеймс Кидни, герои второго плана, отнеслись к своим персонажам с полной серьезностью, какую требует атмосфера. И несмотря на относительно небольшое присутствие в кадре, придавали проекту солидный статус. Кирстен Данст и Джим Стёрджесс, явно увлеклись не той линией. Для мелодрамы — недоиграли, для фэнтези — переиграли. Исходя из поведения их героев, складывалось ощущение, что эта парочка не совсем поняла, что от них требуется, и поэтому играли они в неком «нейтральном» режиме: ни туда, ни сюда.

Сюжет и его посыл укладываются лишь тогда, как наконец можешь соотнести что к чему приходится, и как в принципе эти два мира переплетаются. Достаточно оригинальный концепт, продуманный не только в визуальном, но и в техническом смысле, вполне располагает к себе зрителя. Обидным же фактором является слишком малое количество времени, отведенное для знакомства с мирами. Конечно, особого веса этот «недостаток» не имеет, так как идея была передана и без того, но чисто зрительский интерес сетует.

После полуторачасовых виражей Хуан Диего Соланас видимо вспомнил, что придерживался механизма «упасть, чтобы взлететь», и недолго думая дернул штурвал. Еще пару минут зрителя буквально вжимает в кресло под давлением, выданным на самом пике событий. Связка событий столь быстротечна и обширна, что кажется, будто вот-вот и фильм выйдет из пике. Минута, две. Краткий диалог главных героев, и становится понятно, что фильм после падения уже не взлетит, максимум совершит аварийную посадку, если этого захочет зритель.

4 из 10

29 июня 2013 | 19:01

Фольклорные предания Лужичан, взятые за основу повести «Крабат» Отфридом Пройслером, следовало бы назвать поистине мрачными. Именно такой стратегии, показать кино в этих же тонах, придерживался Марко Кройцпайнтнер. Насыщенный от и до столь пасмурными и жуткими красками, фильм, без сторонних усилий в виде грима, скримеров, и прочих уловок нагнетает страх. Детский страх, который возникал от схожих народных рассказов, где добро всегда побеждало зло, но напряженная атмосфера сохранялась до последнего абзаца.

Довольно интересное вступление, начавшееся, как и подобает, с приятного закадрового голоса, спустя несколько минут режет слух: Лышко, Тондо, Юро… После, казалось бы, усвоившейся информации о том, что действие происходит в Германии, данные имена звучат также нелепо, как Чарли Моисеевич Цинь. Собственно, данная неблагозвучность — вовсе не корень проблемы. Из всех двенадцати учеников по именам удается запомнить только пару-тройку, выходящих на передний план. Остальные же канут на общем фоне, под гнетом своей хоть и неординарной, но все-таки невыразительности.

Двенадцать — магическое число, и введено оно не случайно. К сожалению, из-за хронометража прорисовать детальные образы всех двенадцати учеников на мельнице не представляется возможным, акцент делается, опять же, на основообразующий костяк. Вместо подробного и, честно говоря, ненужного углубления можно прочувствовать общее взаимоотношение парней, держащееся на ключевом факторе — борьбе за жизнь. Им нельзя показывать свою слабость. Им нельзя привязываться друг к другу. Хозяин знает и видит все. Отбор жесток: остаются самые стойкие и послушные.

Тщательность стараний Крабата освоить мастерство и догнать остальных подмастерий в умениях постепенно и незаметно сходит на нет. В это же время, на горизонте появляется иная линия — любовная. Попутно переплетаясь с линией мести, и, возвращаясь к перевоначальному желанию Крабата, сюжетные узлы связываются тесно, но разборчиво и складно. Последующее вытекает из предыдущего и так далее, до бесконечности. Перенося место действий в разные локации, будь то Мельница, окрестности Козельбруха, или же Шварцкольм, удачные ракурсы, мастерски выбранные Даниэлем Готтшалком, создают впечатление целостного мира, без швов, павильонов и компьютерной дорисовки. Более того, в общем и целом, графика вставлена уместно и по делу: отсутствие перенасыщения ненатуральными антуражами придает еще больший реализм, чем это в принципе возможно при работе с подобными жанрами.

Погружение в это сказочное предание глубоко. Тщательно концентрируя на всевозможных элементах, режиссер позволяет гадать, есть ли скрытый умысел какого-то кадра или же нет. Атмосфера обволакивает, а ощущения, полученные за счет мрачных оттенков настолько сильны, что, казалось бы, после очевидной концовки сохраняется впечатление чего-то грядущего, чего-то недосказанного, что может запросто перевоплотиться в сиквел.

9 из 10

24 июня 2013 | 23:12

Из крайности в крайность: от безумства к гениальности — примерно так воспринимается любая работа Тима Бёртона. Возможно, причина этих колебаний кроется в том, что собственное видение режиссера не просто отличается от первоисточника. А в том, что понятие, которое сам Тим считает оригинальностью, довольно часто оказывается колоссально иным представлением действительности.

Крайность первая. Безумство.

Начать хочется с того, что Алиса Бёртона абсолютно не похожа на Алису Кэролла. От книжного варианта, который знают практически все, остался лишь голый каркас. Ключевые точки, связывающие самые главные моменты повествования остались нетронутыми: прыжок вслед за Кроликом в нору, попытки достать ключ от 15-дюймовой двери, Безумное чаепитие и встреча с Червонной Королевой. Однако все остальное приобрело совершенно новую историю. Бесспорно, Тим — мастер своего дела, но переработки сценария и его адаптация под свой стиль работы смахивают на именуемый и «популярный» в России ремейк, когда держатся за гениальное старое, но пытаются преподнести бесполезное новое.

Крайность вторая. Гениальность.

Иногда кажется, словно то, что Бёртон не может дополнить своей оригинальностью, он меняет. А то, что не может поменять — дополняет. Как пример — Шляпник. Избавиться этого персонажа было бы не то чтобы невозможно, а просто бессмысленно. Колоритность и яркость, привнесенные в него Джонни Деппом, даже перебивают интерес к самой Алисе, которую, кстати говоря, очень-очень слабо играет некая Миа Васиковска, не имеющая громкой популярности до выхода этой картины. Цветовая насыщенность Шляпника, сочетающаяся с такой же поразительно необычной, но довольно интересной гаммой фильма, постоянно привлекая внимание. Так и хочется детально рассмотреть грим Деппа.

Сама же Страна чудес собрала в себе бесподобно красивейшую по всем меркам экзотику, взятую из наиболее живописных и невероятных по задумке концептов. И пусть «Волшебный мир» Алисы не проработан детально, но он тщательно насыщен всевозможными элементами, каждый из которых является весомым дополнением другого. Отдельное восхищение вызывает полное погружение в жизнь второстепенных персонажей. Ибо эти сюжетные линии являются немаловажным фактором, объясняющим причины поведения и поступков.

На самом деле, вся чрезмерная экстравагантность фильма — ни что иное, как мощный режиссерский ход. Разработка качественных анимационных персонажей заняла бы немало времени и средств. Плюс, адаптация под декорации, mocap-съемки. А вот свободная прорисовка дала возможность дополнить и без того красочный мир.

Целостное впечатление от фильма чем-то напоминает российские дороги: там выбоина, там яма, там неровность, но идти можно. Удивительно, да?

Словом, безумство на безумстве.

7 из 10

18 июня 2013 | 01:14
Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...