всё о любом фильме:

Instinkt > Друзья

 

Друзья в цифрах
всего друзей51
в друзьях у45
рецензии друзей11673
записи в блогах-
Друзья (51):

В друзьях у (45):

Лента друзей

Оценки друзей

Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Уик-энд обещал быть сальным

После шестилетнего перерыва датчанин Миккель Мунх-Фальс снова взялся за старое — тему, имеющую прямое отношение к сексу. Мало кто в наше время ассоциирует слово «свинг» с одноименным танцем. И не потому, что танец этот давно вышел из моды, а потому, что другое значение этого слова становится всё более популярным, особенно в странах Европы. Ныне мало какая немецкая деревня обходится без своего свингер-клуба, которые плодятся там, как грибы после дождя. Дания в этом смысле, видимо, чуть более целомудренна, и свинг там пока ещё не стал делом повсеместным и обычным. Однако это не повод, чтобы не снять про него фильм…

Дюжина датчан среднего возраста — от сорока и старше — собирается на загородной вилле, чтобы провести в своё удовольствие уик-энд. На этот раз к ним добавляется пара новичков, которые заметно младше всех остальных, и, похоже, не очень искушены в том, к чему должны присоединиться. Меж тем номинально главным героем этой загородной трёхдневной пати режиссёр делает Адама — блёклого и рябого мужичка с взглядом уже созревшего суицидника, работающего в компании по поставкам канализационного оборудования. Он прибывает на виллу вместе с женой, где большинство присутствующих — это именно семейные пары. Посредством обмена мужьями-женами они надеются внести некоторое разнообразие в приевшиеся супружеские отношения…

Миккель Мунх-Фальс в 2010-м снял драму «Красивые люди», в которой сексуальные отношения преимущественно перверсивного характера неожиданным образом заканчивались рождественским хэппи-эндом, символизирующим авторское умозаключение о том, что секс в современном мире стал, по сути, единственной коммуникацией, способной соединить вместе людей, казалось бы, уже окончательно выпавших из социума. Несколько живописных портретов первертов-интровертов убедили, что режиссёр разрабатывает тему со знанием дела и избегает дешёвых спекуляций, которыми можно было злоупотребить, что называется, «по самое не могу».

Положа руку на сердце, признаем, что новая работа не вышла столь эффектной и выглядит заметно слабее предыдущей. Наверно, потому, что датчанин изначально загнал себя в сильно ограниченное пространство — в прямом и переносном смысле слова. И дело не столько в том, что почти всё действие разворачивается в одном месте в течение короткого времени, а в том, что групповой секс по определению не претендует ни на какую философию, свидетельствуя о двух вещах — глубоком кризисе семейных отношений и (не постесняюсь некоторого пафоса) духовном упадке. Где-то здесь Мунх-Фальс и пытается спрятать мессидж.

А чтобы не показаться слишком нравоучительным, он рядит свою свингер-вечеринку в камуфляж комедии нравов, пытаясь, на сколько это возможно, усложнить характеры персонажей. И поэтому вместо законченных циников, собравшихся вместе всего лишь за тем чтобы потрахаться в условиях повышенной либидозности, в фильме предстают какие-то (как любят говорить психологи) «непроработанные» невротики. И это наверняка будет резать глаз и ухо даже тем, кто никогда не принимал участие в подобного рода мероприятиях. Отправляя своих героев (вслед за австрийцем Ульрихом Зайдлем) в подвал виллы, датчанин целомудренно облачил их в банные махровые халаты.

И хотя задействовал затем пару пикантных мизансцен сексуального характера, в целом же явно поскромничал, заставив героев разыграть что-то промежуточное между экранизацией Чехова и Островского, что обманчиво диссонировало с названием, обещавшим нечто куда более жаркое, сальное и солёное. Следуя традиции русских пьес, тут не хватило разве что ружья, которое бы выстрелило. Его, правда, предусмотрительно заменили неуклюжим мордобоем по-датски. И там где Зайдль, работавший, кстати, в документальном ключе, заставил волосы встать дыбом даже у видавших виды, Мунх-Фальс неожиданно нагнал в финале такую романтику, что впору устраиваться на просмотр «Свингера» всей семьёй.

И дело даже не в обманутых ожиданиях или отсутствии смелости, присущей его предыдущей работе, а в том, что такой компромисс (то есть когда тебя приглашают на групповуху, а вместо этого подсовывают мятную конфету) превращает полтора часа экранного действия в непонятно для кого снятую фальсификацию. Брутальные мужики, так же как и примерные домохозяйки, скорее всего, будут разочарованы, причём в равной степени. Поэтому, делая заключительный вывод, позволю себе быть крайне неоригинальным и кратким: «Тема сисек оказалась совершенно не раскрыта». Да… чуть не забыл сказать, что swinger в переводе с датского — это «жизнелюб».

22 апреля 2017 | 11:37

I look inside myself and see my heart is black
I see my red door and it has been painted black
Maybe then I`ll fade away and not have to face the facts
It`s not easy facin` up when your whole world is black.

The Rolling Stones


Каждому поколению свои герои. Или антигерои. Случившаяся 18 ноября 1983 года реальная история о захвате и попытке угона самолёта Ту-134 — мало кого оставила равнодушными, особенно в Грузии. В тот, казалось бы, вполне обычный день авиарейсу Тбилиси-Батуми ничего не угрожало, разве что помимо неблагоприятной погоды, однако взлёт с аэродрома в скором времени обернулся в панику, с выстрелами и убийствами, с целью бегства из советской Грузии в западную даль, во время чего погибли несколько человек, а преступников приговорили к высшей мере наказания — расстрелу, и лишь единственную девушку из них — к 14 годам тюрьмы. Об этой трагедии, затронувшей экипаж самолёта и непосредственно родителей молодых людей, решившихся на опасную авантюру, вспоминает грузинский писатель Давид Турашвили. Признавая тяжесть преступления, совершённого угонщиками, он критикует также советскую власть, чья идеология противостояла практически любым западным ценностям, в том числе и обычным джинсам. Некоторые наивно полагали, что там, где джинсы, — там и счастье. Отсюда и возникло понятие «поколение джинсов» — людей, жаждущих свободы и стремящихся к её совершенству, но в основном обречённых на жизнь в угнетающих для них советских рамках. Таковыми и были те семеро молодых людей, которые, с невыносимостью своего бытия, коротали жизнь, подпольно слушая пластинки Beatles или Rolling Stones, или выкуривая такой же раритетный Marlboro. Им не хотелось купаться в море по расписанию или проживать рутинную жизнь своих родителей, они всё сильнее желали отсюда убежать. Куда угодно, только бежать, как «маменькины сынки» Федерико Феллини.

Но режиссёр Резо Гигинеишвили, вернувшийся на родину и поставивший картину на грузинском языке, не стал разносить советскую систему, по крайней мере — однозначно делить всё на чёрное и белое. Взяв в соавторы другого грузинского писателя, Лашу Бугадзе, он годами работал над сценарием, изучая исторические архивы и напрямую общаясь с людьми, которых так или иначе коснулась эта жуткая история. Помимо отображения подлинных событий и создания аутентичной атмосферы того времени, для Гигинеишвили и Бугадзе было важным психоэмоциональное состояние своих героев, их отношения с родителями, в сущности, их жизнь и мотивы, которые для многих до сих пор остались неясными, ведь «жилось-то им хорошо». Режиссёр не изображает оруэлловского тоталитаризма и также не романтизирует своих героев, а показывает обычную грузинскую прозу жизни, с присущими ей преимуществами и недостатками, с традиционным застольем и танцами, свадьбой, которую Ника с Анной разыгрывают накануне перед тем, как реализовать свой план, к чему они упорно готовились, словно всю свою жизнь. Некоторые из старшего поколения, вроде отца Ники, когда-то также хотели кардинально иной жизни, но с годами привыкли, чего не случилось с поколением джинсов, которое отличилось большим радикализмом. В обветшалом, но прочном механизме сработали не все винтики, и случился сбой. Эти молодые люди научились мечтать и стрелять из пистолета, и не пренебрегали любыми средствами для достижения своей цели, несмотря на то, что в глубине их охватывал страх, и, по мере приближения заветного дня, он усиливался. И после того, как они совершили этот безвозвратный шаг, ничто больше не было, как прежде. Собственно, ничто и не стало.

Начинаясь пресловутой бытовой драмой, картина, методично и неторопливо, с накаляющимся эмоциональным фоном героев, перерастает в напряжённый триллер — хладнокровный и интригующий, вопреки известному исходу, и в то же время отдающий обманчивой безмятежностью. Кадры беспечного купания в море перемежаются с кровавой перестрелкой в воздухе, люди стремительно гибнут на борту, и даже ноты выдающегося Гии Канчели сохраняют эту мнимую бесстрастность. Режиссёр даёт больше вопросов, чем ответов, ведь ему меньше всего хочется искать виновных. И тем не менее Гигинеишвили, по следам Антониони, Бертолуччи и Феллини, выражает знак протеста против какого бы то ни было притеснения человеческой свободы, плата за которую как никогда высока. Заложники здесь не только члены экипажа, но и сами захватчики, ставшие узниками обстоятельств. Ими двигало не только желание исчезнуть, но и быть услышанными, стремление громко заявить о своём протесте. И их услышали, и слышат, даже спустя десятилетия, ведь им удалось если не сломить систему, то пошатнуть, хоть от их голоса остался лишь отзвук обречённости и трагизма. Наверное, они сами и не могли подумать, как долго будет витать в воздухе этот отголосок непостижимой и утраченной свободы, этот след горестного эскапизма.

Они так хотели улететь, что действительно улетели

21 апреля 2017 | 21:44

Довольно привлекательный и занятный сценарий на пару с приемлемой режиссурой подарили этому недорогому, с четкими характеристиками ТВ-проекта шанс выйти в свет далеко за пределы границ американского рынка. И вряд ли кто из авторов огорчиться, что их работе не светит широкий экран, поскольку узкий круг киноманов рано или поздно на эту ленту наткнется.

Главный герой имеет всевозможные фобии, которые могут угрожать его жизни, плюс ко всему ему снятся странные сны с призраками. Но в жизни, несмотря на свою боязнь окружающего мира, парень мыслит вполне размеренным холодным рассудком, и ко всякого рода потустороннего мира проявляет некий скептицизм.

Очень бодрая и увлекающая первая половина фильма, местами с неплохими режиссерскими находками, и с большими надеждами на повышение градуса спектакля. Однако после экватора, пусть все сводится к более логическому в плане сюжетной линии завершению, атмосфера фильма распыляется и зрителю приходится наблюдать с инертным продолжением всей истории.

Тем не менее, фильм на один раз подойдет, выбирая между плохим и дорогим ужастиком, и вот этим малобюджетным фильмом о призраках, выбор все-таки бы остановил на последнем.

6 из 10

20 апреля 2017 | 04:32

Преимущество нового «Конга» в том, что его авторы убрали из кадра практически все ненужное для зрителя. Парочка ученых закинула военным идею, мол есть место, где все пропадает, и пока кто-то другой его не разведал — нужно быстренько туда мотнуться и оставить свой след.

А военные отрезали кусок «Апокалипсиса сегодня», врубили музыку под пулеметный дождь, скинули пару бомб — и тут виновник торжества сам показался на горизонте. Фильм Джордана Вот-Робертса смотрится очень бодро и ненавязчиво, практически взяв себе за цель прокатать зрителя по парку аттракционов, и в тот же час не забыв о ком собственно весь этот фильм.

Дюжина актеров вносит свой вклад интересными и не мебельными персонажами, пусть до окончания праздника дожидается не каждый из них, но еще одна особенность авторов, что практически пушечное мясо данного фильма также принимало участие в торжестве. Из всех персонажей безусловно запоминается герой Джона Си Рейли, актер всю свою карьеру довольствовался ролями второго плана, но в этот раз ему было предоставлено специальное место у праздничного стола.

«Конг: Остров черепа» — вполне удачный блокбастер способный отнять внимание у многих свирепых поклонников экранизаций комиксов, и если у авторов была мысль продолжать снимать об обезьяне — то с этой идеей не стоит медлить.

8 из 10

19 апреля 2017 | 04:11

Не против ли вы шекспировской трагедии, развёрнутой Кристианом Леврингом на голой безбрежной пустыне? Бывает, откопаешь малоизвестный фильмец, и сразу хочется поделиться. Нетерпеливый ум жаждет услышать пару умных комментариев от доброго друга-интеллектуала. И если до интеллектуала я не доросла, то первое — в точку.

«Король жив»! Это даже не драма. Мрачным смертельным тоном (не смотря на постоянное присутствие солнца) она раскрывает необъятный простор для размышлений о многих вещах. Здесь затея проста: группа людей, заблудившаяся в песках Намибийской пустыни, пытается высвободиться из нелёгкой ситуации, позвать на помощь, найти дорогу домой. Да только вот один из них, перегретый на солнце интеллектуал, предлагает идею попроще: разыграть «Короля Лира» в этой богом забытой местности. Остолбеневший разум остальных вызов принял, распространив вокруг дыхание смерти.

Здесь интересен взгляд со стороны, и он присутствует в фильме. Нейтральную сторону во всей этой чепухе воплощает собой старичок абориген, изредка комментирующий нелепую ситуацию, разворачивающуюся на наших глазах. Он наблюдает за репетициями постановки и диву даётся: они не понимают пустыню, не понимают друг друга — то и дело повторяет он. За счёт индифферентности стороннего наблюдателя картина дышет полной грудью, а зритель усваивает урок: люди, пытающиеся выжить, вроде как, и не живут вовсе.

В четвёртой догме под руководством датского режиссёра Кристиана Левринга камера чётко знает, что делает. Здесь «обет целомудрия» играет свою роль отменно, в отличие от актёров, справившихся похуже. Дёрганая и нервная камера передаёт чувство срыва и безысходности, резко передёргивая положительный настрой зрителя. А актёры, не так славно, но всё же показывают то первобытное, от которого все мы — земные — происходим. И даже ни одной шуточки. Всё действительно очень серьёзно.

Картина производит наисильнейшее впечатление, не показывая при этом ни одной, хоть сколько-нибудь шокирующей сцены. Нагнетают потихоньку, но с самого начала, не оставляя шанса порадоваться. История эта раскрашена стихами Шекспира и безжизненными пейзажами (и вправду потрясающими). Не имея большего, Левринг обратился к вечному и вышло на славу, если говорить скупо и тихо.

Вся правда в том, что фильм этот ничуть не провальный, как некоторые говорят. Ну где ещё найдёшь такую страшную романтику, такие слова (хоть и украденные у великого классика). Вам будет впору этот фильм, если вы искатель сокровищ, романтик с тонкой тягой к редкому, совершенному.

9 из 10

18 апреля 2017 | 09:40

Кино за жизу о том, как военные офицеры Павел Беляев и Алексей Леонов легендарно в космос слетали.

Подобно тому, что порой не знаешь, как приступить к отзыву, так и вступления фильмов порой смущают разболтанностью. Вроде видишь общую картину, а с чего начать не знаешь. Либо ударяешься в банальность, либо растворяешься в размытости. Так и «Время первых» стартует не очень гладко, поначалу осыпая излишним восклицанием в целом не слишком удачного полёта при непосредственном участии дебилойда из «Интернов», а следом прокладывая мечтательный мостик через детство Алексея Леонова, когда тот шерудил птичьи домики в кустах, и окунался в психодел. Если экстремально выправленная посадка ещё как-то себя оправдывает, выдавая в лётчике Леонове умение справляться с нештатными ситуациями, то изрядно достающие за фильм флэшбеки в полной мере являются неудачным воплощением того, о чём автор мог сказать и получше.

Как то, что одним из неоспоримых поводов для гордости за страну безусловно является полёт, а затем и выход в открытый космос наших космонавтов. И даже не столько, потому что мы были первыми, сколько в глобальном значении триумфального вывода человечества в другую реальность, о которой грезили до этого многие фантасты. Всё равно, что персонаж сойдёт со страниц книги, границы которой ему очерчены. Чем не повод для романтики. Жаль, что лирика так и остаётся на уровне «папа, я опять летал во сне и измазал в коровьем навозе рубаху».

Хотя понять можно. На тот момент эта мысль протекала лишь подстрочно, ибо шла технологическая гонка со Штатами, и основательной подготовке учёных противостояло время, конкуренция и правительственные понты. Об этом, да и не только, рассказывает хоть и традиционный (и зависимый от контекста), но ладно скроенный фильм Дмитрия Киселёва, фиксирующий процесс разработки космического корабля «Восход-2» и подготовки его команды, с последующим ключевым историческим событием — выходом в 1965 году человека в космическое пространство. От начального этапа, на котором возникали проблемы с составом экспедиции, до гигантских рисков самого полёта, где не только можно было ожидать любой непредусмотренной неожиданности, но и вообще рискуя попросту «взлететь», в смысле не в небо, а на воздух.

Жизнь порою чуднее выдумки, но в переложении может приобрести нарост искусственности и монотонности. У Киселёва этого, в целом, не случается. Подробно следуя рассказу консультанта фильма — Леонова, кино за вычетом мелочей удачно избегает рутинности изложения в духе реконструкции, не в последнюю очередь за счёт энергично прописанных диалогов и актёрских работ, приобретая заодно небольшое преимущество перед той же «Гравитацией» (не в обиду достойному триллеру Альфонсо Куарона). Ведь в неизведанной ситуации достаточно даже досадных мелочей, чтобы тотально потерять контроль над ситуацией. А во время полёта «Восхода-2» накладки шли кучно, требуя максималок собранности от команды. Подобно survival-фильму «Не угаснет надежда», часто во «Времени первых» прослеживается не столько лихость экипажа, наподобие борьбы Сандры Буллок с метеоритным дождём, полётом в неизвестность и атомными пожарами на корабле, сколько вполне жизненное «западло умирать из-за банальной фигни». Особенно остро это чувство встаёт в финальной трети, где оказывается, что даже вернуться — лишь полдела.

Как водится, не без режущих глаз мелочей, вроде излишнего драматизма со связистом, бреда с летающим во ржи мальчиком или дважды запоротой шуткой про стакан с чаем, но в целом кино про подвиг космонавтов получилось.

7 из 10

16 апреля 2017 | 14:53

Очередное кино на донышке, «Пацанка» (Tomboy, 2016), или как у нас его Томбоем обозвали (привет интерстелларам с дивергентами). Смотришь так финальные титры и думаешь, был ведь когда-то неплохой режиссёр Уолтер Хилл, а с ним и весьма неплохой композитор Джорджо Мородер и хорошая актриса Сигурни Уивер. И как они все вдруг оказались в этом фекале, который не мог быть скучнее разве что потому, что приплели для интриги нежеланную операцию по смене пола (с приветом Альмодовару, мультику Ван-Пис и иже с ними). Киллер, выполнив заказ клиента на убийство, внезапно без объяснений получает от заказчика «нож в спину» — тот сдаёт его сестре убитого, у которой основным занятием являются подпольные пластические операции. Естественно над челом поработали: нарастили пару арбузов и убрали лишнее снизу. А толку то. Надо было и лоботомию заодно делать. Ведь придёт потом, найдёт и заставит держать ответку. Уж врач то с опытом должен знать, что ход мысли с гормонов не переменится. Ан нет, всё эксперименты ставит. В общем, без этого дикого замута было бы обыкновеннейшее принуаренное кино про кинутого киллера, который ищет, на кой чёрт его подставили (а логики в этом особо то и нету). Но угадайте, и с этим вкрученным финтом «Пацанка» нисколько в весе не прибавляет. Всё такое же дурацкое (воистину гениальное решение замаскировать Мишель Родригес под мужика, просто налепив ей накладную бороду… ну ладно, ещё чуть компом поработали) и пустое зрелище (все расправы в духе комп. шутера — пиф-паф, ты убит), без единой шутки (Уолтер, ты вообще здоров или как???), да и сыгранное на отвяжись. Кино делится на две истории. Рассказанная происходит во флэшбеках, а в настоящем ту самую продуманскую тётку-врача Тони Шелхоуб допрашивает в психушке. Кино реально лихорадит этими беспрерывными шатаниями «назад в будущее», но если первое ещё хоть как-то глядится, то от нудной выспренной «психологической» дуэли Шелхоуба и Уивер у Ганнибала Лектора бы свело челюсть и он бы уже больше никого никогда не съел. Если уж тут актёрка не спасает, то перформанс Родригес априори далёк даже от выхода Сары Снук из «Предопределения». Из плюсов пара темок Жоры Мородёра, сыгранных как-то невпопад, и много голых телес Мишельки, если есть заинтересованные.

3 из 10

16 апреля 2017 | 14:52

Узрел шнягу по названием «Могильный Хэллоуин» (Grave Halloween, 2013) более-менее известного трэшевика Стивена Р. Монро, того самого, что плюёт на могилы по нескольку раз. В данном случае же просто ужастик без пыточного порно на нашумевшую тему, о японском лесе Аокигахара, где каждый год отчаявшиеся японцы и не только совершают дофига самоубийств, несмотря на контроль полиции. Была небольшая надежда, что производитель тематику не изговнякает. Может так бы и случилось, если бы Монро получше углубился в психологию «жертв» леса, провёл какие-нибудь исследования, приплёл долю иллюзорной мистики. Но куда там. Абсолютно надуманная пурга, снятая вроде бы по лекалам «Ведьмы из Блэр», но определённо в форме мудистики «Перевала Дятлова» Ренни Харлина, никак не использующая основную подоплёку леса. Иностранные студенты, обучающиеся в Японии, грозятся снять курсач о матери одной из них, самоубившейся где-то в чаще Аокигахары, и её поисках. За сим пребывают на место и творят всякую осквернительную хрень, отчего теряются. Дальше можно не рассказывать. Сплошь дурацкие смешные слэпстик-убийства (не «само-» заметьте!) и длинноволосые мёртвые девочки с галимейшим гримом. Ну, и естественно все основные действующие лица — тугие американцы, чтоб их всех за яйца подвесили (а так и случилось, впрочем). Хорош х/ф Монро лишь в качестве экскурса по легендам о лесе и всяких ритуалах. Но и их здесь не применяют на практике, только проговаривают на бегу. Вся суть сводится к тому, что подростки (все отвратные по игре) лишь бесконечно разделяются и теряются в лесу, где дохнут от однообразной нечисти.

2 из 10

16 апреля 2017 | 14:48

Да появится из тьмы рука Спасителя, чтобы наказать тех, кто жил во грехе… (книга опездола Ибрагима, глава 23, стих 155)

Лайфхак «Сына сатаны» напоминает вредные советы Григория Остера.

• Если вас зачем-то собирают в подозрительно пустом заброшенном месте со столом жратвы — нефиг трескать за обе щеки! Кто за эту поляну ручается?!

• Если в тебя целят из ружья с замыслом пристрелить, замри и ори дурниной, вдруг поможет. Эм, нет, не поможет.

• Если твоего кореша детства подожгли газовой горелкой, его уже не спасти, смело давай дёру. Для чего ещё нужны друзья.

• И если вы вдруг все вместе собрались в комнате, где этот самый вездесущий киллер устраивает на сцене дешёвый перформанс, нечего пучить глаза и рот разевать. Валить его надо!

Тупой всё-таки «Спаситель», тут уж без двух мнений. Толпа одноклассников обманом попадает в загон, где поджидает их бывший соученик-заморыш, чтобы все отхватили за его несчастливое детство. В максимально бестолковом исполнении всё происходит, за исключением, может, сцены в женском туалете, где одну дурынду достаточно грубо и жестоко убивают. И тем не менее, гнетущая атмосферность видеоряда местами зашкаливает: раздваивающийся большой палец как знак прихода маленького сатанёныша, накрывающийся тенью каньон, леденящая тревожная музыка, желтушная замыленная цветовая гамма, дополняемая архаичностью плёнки, того гляди порвущейся (как у Родригеса в «Планете террора»). Для просмотра недостаточно, но впечатление скрасило. Умели раньше давить на восприятие.

4 из 10

16 апреля 2017 | 14:45

Режиссёр Андрей Кравчук, чьё имя известно благодаря нескольким среднестатистическим сериалам, ленте «Итальянец» и «Адмирал», при огромнейшем содействии продюсерского центра в который входят одни из самых влиятельных членов российского кино, около шести лет разрабатывавших концепции и постановку масштабного исторического эпоса, сумев взять под контроль часть производства, возможно и старался внести в грядущее полотно свой постановочный взгляд, но наконец вышедшая в свет лента «Викинг» так и осталась детищем продюсерским, которое судя по многочисленным мнениям преследует как просветительные идеи, так и пропагандирующие цели. Замахнувшаяся на X век Древнерусской истории, которая описывается не только в Повести временных лет от летописца Нестора, взятой за основу сценария, но и в некоторых вполне компетентных исследовательских работах современных историков, лента при своём огромном по российским меркам бюджете, просто не могла обойтись без шквального напора рекламы, которой оказались положительно или негативно влияемы любители псевдоинформационного и развлекательного ящика. Как-то случайно забыв о более дорогой военной ленте Бондарчука, большинство озаботившихся пересчётом затраченных средств, часть которых ушла на создание тематического кинопарка, отнеслось к фильму сугубо отрицательно, обругав создателей за постановочную халтуру и перевирание исторических фактов, с чем согласиться отчасти невозможно, ибо не школьной программой с обеляющим патриотизмом изображены начальные деяния главного героя художественной ленты, приведшие к причислению его к лику святых как Крестителя Руси.

Создатели ленты подошли к реализации истории об одном из трёх сыновей князя Святослава Владимире с особым художественным рвением, воссоздавая средневековый древнерусский антураж практически с нуля, отстраивая деревянные поселения, чрезвычайно натуралистично выглядящие в кадре, а так-же дотошно колдовали над гримом и одеяниями каждого основного действующего лица и статиста, обращая пристальное внимание на мельчайшие детали в самом достоверном ключе из возможных, что привело к приятным ощущениям осязаемости интерьеров, площадей действия и поношенности тканей, кожи и мехов. Лента не раз демонстрирует чистые одежды и в закономерном отсутствии ожидаемых сияющих доспехов князя с изображением христианских великомучеников, не чурается всё это испачкать кровью подобно откровенной и в некотором роде возбуждающей постельной сцене Владимира и Рогнеды. Следуя принципам реалистичности и аутентичности, «Викинг» не стесняется месить грязь под ногами персонажей, превращающуюся в чёрную жижу во время ливней, но не окунается в полное дерьмо как это делал в своей ленте Алексей Герман. Подтверждая многими боевыми сценами, не лишёнными должной средневековой жестокости с протыканием и отрубанием различных конечностей, что возрастной рейтинг в такой истории может быть только один, фильм демонстрирует отличные операторские навыки Игоря Гринякина, подмигнувшего здесь дяде Ридли с его осадными башнями и постановщиков света в разговорных и боевых сценах, когда как работа звукорежиссёра и его команды с монтажёрами определённо заслуживает принесения в жертву языческим богам.

Боги в фильме весьма дружелюбны, пока одного из них не разбудил вновь Владимир, уповающий на помощь жадно вдыхающего дым деревянного истукана Перуна с изображением злобной морды, которой позавидовали бы даже майя с ацтеками. Трудно сказать какими источниками руководствовались сценаристы Рубанов и Смирнов, представляя языческие обряды с применением варёных грибов, заботливо приготовленных бритоголовыми немыми жрецами, которые выходят за рамки привычных представлений о языческих посредниках, но в «Викинге» вместе с толпами горожан они представляют серьёзную силу воздействия и даже одержимого безумия, способного уничтожить живой символ минувшей победы, тем более, если этот человек приверженец другой религии. Язычество в ленте продемонстрировано весьма неприглядно, что наводит на мысли в угоду грядущего наступления христианства к которому и держит свой путь Владимир, где совершенно исключены какие-либо намёки на сцены «испытания веры», в которых к будущему Крестителю согласно Нестору, приходят представители иных вероисповеданий. Христианство здесь наглым образом подавляет язычество своей идеологической чистотой и рассеивая дождевые облака для ярких лучей благодатного солнца, радостно окунает славян в реку, констатируя избранность религии личными мотивами главного героя. К сожалению, фильм Кравчука отодвигает на дальний план размышления о выгоде в соединении разрозненных и поглощённых войной княжеств посредством общего бога, но взамен предлагает зрителю неожиданную, наполненную звенящей тишиной, искреннюю и сильную сцену в храме осаждённой Корсуни, где Владимир понимает и принимает свое ничтожное бездействие на протяжении последних лет, что делает ленту одновременно отторгающей злостных специалистов по истории древних веков, но привлекающей глубоко эмоциональными, внутренними состояниями.

Персонаж Данилы Козловского изображён далеко не таким, каким его представляет большинство, очевидно позабывшее не каноничные представления о Робин Гуде от Кроу или Моисее от Бэйла, поскольку Владимир ещё не стал великим за свои свершения, он лишь безвольный воин под давлением окружения и жертва обстоятельств не раз спасающих ему жизнь то ли по глупости, то ли по велению кого-то свыше, поэтому должным образом и вызывает противоречивые эмоции даже в таком представлении, не обращающим внимания на любвеобильную похоть, оставившую большое наследие для славянских земель. Варяг-манипулятор Свенельд, сыгранный Сухановым, нелогично заменивший Добрыню и несколько северных воинов оказались менее интересны, чем Варяжко от неожиданно брутального Игоря Петренко, укравшего несколько интересных сцен, а самый неузнаваемый Владимир Епифанцев запомнился больше чем Светлана Ходченкова в своей не самой раскрытой роли, в отличие от беловолосой, эмоциональной Рогнеды от Александры Бортич, излучающей жизнь. «Викинг», который при наличии небольшой частички логики мог быть назван как «Варяг», оставляя положительные впечатления от музыкального сопровождения в котором множество различных мелодий, закономерно ассоциирующихся с языческим славянским средневековьем и колокольным перезвоном христианства, как и многие подобные ленты пострадал от одержимых ножницами монтажёров, укравших двенадцать минут материала, который дополнил бы слегка монотонное повествование Кравчука, пока не имеющего особого опыта в конструктивном рассказе большой истории за два с лишним часа, что наводит на подозрения о существовании сериальной версии ленты. На большом экране «Викинг» впечатляет и увлекает, сохраняя извечные недочёты российского кино, но заставляет вновь обращаться к истории, поскольку даже богослов Нестор не отменял художественности своего произведения.

8 из 10

-Смерти нет…
-Есть.

15 апреля 2017 | 21:07

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...



Друзья по интересам (296)
они ставят похожие оценки фильмам

имя близость

faced0wnz

69.7666% (383)

MadamSarabi

67.3161% (981)

sector56

66.4522% (496)

Tskay

65.5524% (726)

MIB_VANO

64.4927% (426)

DDollaRR

63.7198% (432)

nrovno

63.3402% (555)

Jason Harrow

62.2061% (531)

Максим Ладин

62.0847% (638)

Sania200

61.9822% (1110)

Denison8888

61.8339% (506)

SemiGod

61.648% (722)

vova_popeleshko

61.5303% (571)

Maksim92

61.4387% (523)

Sanja100

60.6082% (1158)

BLOODMIKE

60.5786% (550)

Alvin1300

60.4979% (591)

Sk1fe

60.4366% (539)

Rouch141CR7

60.3937% (709)

U-GrounD

60.3483% (715)

Bhakti

60.1051% (539)

Dr.FLASH

59.8191% (1160)

Dudaer

59.5475% (983)

Ser_Yogik

59.4669% (834)

CAHEK116RUS

59.4528% (891)

sevoran

59.215% (728)

vainchtein

59.1913% (528)

gigagold

59.1543% (521)

bananbabanan

58.9794% (667)

anagramman

58.8342% (563)