всё о любом фильме:
Eriksh
Россия, Саратов, 29 лет, 24 февраля 1988, М
Добавить в друзья

 заходил 1 день назад

Регистрация: 22 января 2011 Рейтинг комментариев: 23 (28 - 5) Обновления сайта: 2
 

Оценки пользователя

все оценки (631)

 


Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Рецензии на фильмы: 290

When the first breath of winter through the flowers is icing
And you look to the north and a pale moon is rising
And it seems like all is dying and would leave the world to mourn
In the distance hear the laughter of the last unicorn (J. Webb)


Ей выпала доля остаться последней. Не одной из, а совсем одной. Единственным живущим на земле единорогом. Память о ней едва зиждется в старых преданиях, сливается с небылью и легендами, навсегда растворяется в ускользающем прошлом. Легендарная и полумифическая, Она все же гуляет по своей диковиной роще, раздумывая лишь о том, как невыносимо сознавать, что ты последняя в своем роде. В чистом разуме высшего существа укореняется одна единственная мысль — «что стало с другими?». Стремление к истине побеждает страх забвения и последняя из единорогов покидает свой лес — построенную природой волшебную цитадель. Покидает, чтобы вдохнуть тяжелый воздух вольного мира, да хлебнуть неизвестных высшему существу чувств, которые навсегда отметят Её своей печатью и уже не позволят стать прежней.

«Последний единорог» — меланхоличная фантазия, события которой развернулись в умирающем мире. Только гибнут тут не люди, а волшебство, что уходит вместе с легендами в небытие. Сраженные старостью гарпии мечутся в неистовой злобе, колдуньи и волшебники разменивают остатки своего таланта на ярмарочные балаганы, пустынный замок старого короля покоится на утесе среди выжженных земель. Так часто тут звучит слово «последний» — вот и чудаковатый Шмендрик уверяет, что он единственный истинный маг на свете, только магия для него уже не инструмент, а сакраментальное чудо, которое можно призвать лишь верой. Мир постарел, лишенный единорогов, волшебства — живительных соков, питающих любую сказочную вселенную. А потому поход последней не простое любопытство. Он таит в себе едва теплящуюся надежду на ренессанс, возврат к ушедшим навсегда временам героев и драконов, чародеев и магических созданий.

Быть может, философия романа Питера Бигля тяжела для анимационной ленты и многое не получило должного воплощения на экране. Однако фильм передает главное — настроение оригинала, загадочное сочетание трагического и счастливого, возвышенного и тоскливого. «Последний единорог» кажется детской сказкой, которая в ключевые моменты ведет себя не так, как все мы привыкли. Мы ждем от сказки вечной любви, долгой и счастливой жизни, вместе с мечтами устремившейся в рассвет, с едва уловимой поправкой о нескорой смерти в далекий и абстрактный «один день». Но в сказке Бигля любовь предстает совсем под иным углом, не как данность, но как дар, которого слишком легко лишиться. И чем ближе развязка этой истории, тем дальше она от привычных представлений о хэппи энде. «Последний единорог» не заканчивается трагедией, но у его хорошего конца горьковатый привкус обманутых ожиданий и сладкое послевкусие новых надежд. В какой-то степени это отголосок начавшихся с выстрела семидесятых. Уходящая эпоха детей цветов легко просматривается в ярких красках, слышится в бархатных голосах Джерри Бекли и Дьюи Баннелла, читается в пацифистских и экологических подтекстах.

Фильм то утопает в кислотной зелени волшебного леса, то озаряется алым пламенем заката и волшебного огненного быка, чтобы уже через несколько мгновений утонуть в колышущемся темно-синем полотне неспокойного моря. Палитра красок тут сливается с палитрой настроений, насыщается серостью грусти пустых замковых коридоров или раскрашивает хмурую ночь густыми мазками чародейства. Причем богатство художественных решений не затмевает собой содержание, напротив, они вступают в идеальный симбиоз, оказывая на зрителя параллельное воздействие. «Последний единорог» остается в памяти не просто ярким пятном, но немного грустной, немного странной и совершенно невозможной ни в жизни, ни в сказке историей. С которой по возможности стоит ознакомиться в оригинале или субтитрах, ведь на озвучке тут целая вереница замечательных людей — еще не седобородый Кристофер Ли и уже культовая, благодаря роли Розмари, Миа Фэрроу, еще не написавшая убийство Анжела Лэнсберри и уже признанная звезда Джефф Бриджес. Ну и, конечно же, музыка группы «America», уносящая в сказочные дали, к руинам древних царств, неприветливым пещерам и единороговым рощам.

I`m alive, I`m alive…

20 июня 2015 | 19:17

Монголия — страна юрт, страна без городов. Богом забытый край, до которого, кажется, всему миру нет никакого дела. В песках Гоби, вдали от суеты цивилизаций, затерялось трудолюбивое семейство чабанов, вся жизнь которых зависит от овец и верблюдов. Время тут никуда не спешит: старики играют вечерами в карты, дети в шагай — народную мужскую игру на выбивание плоских костей. Женщины постарше прядут и стряпают незатейливый ужин, молодые же с мужчинами пасут овец и стригут верблюжью шерсть. Торговля шерстью обеспечивает этих людей постоянным доходом, молоко верблюда кормит всю общину. Именно поэтому рождение нового верблюжонка тут сродни ритуалу, сакральному действу, от исхода которого будет зависеть судьба рода. Аккурат к первому помету и приехал однажды в весеннюю пустыню оператор Луиджи Фалорни, чтобы помочь Бябмасурен Даваа перенести на пленку историю плачущего верблюда. И это отнюдь не метафора. Есть в кочевой Моголии удивительный ритуальный обычай: когда верблюдица отказывается кормить своего детеныша, шаман играет на двухструнной скрипке моринхур протяжную мелодию хоослох, которая успокаивает нервную самку, возвращая её к кормлению. В кульминационный момент исполнения мелодии у некоторых верблюдов на глазах наворачиваются крупные капли слёз. И вот, когда у одной из молодых самок рождается верблюжонок альбинос, от которого она отказывается, семья посылает двух мальчишек в центр, за музыкантом-шаманом.

Сложно судить, где в этой истории правда, а где художественный вымысел. «Рассказ плачущего верблюда» ценен достоверностью демонстрации быта монгольского народа, практически не изменившегося за столетия. Прогресс не прошел совсем мимо, он лишь слегка отредактировал местный уклад. Среди традиционных одежд то и дело мелькнут джинсы, старик вечерами пытается поймать волну на старом радиоприемнике, направив в отверстие в крыше юрты поломанную антенну, а дети пьют молочный чай, таращась в крохотный телевизор, транслирующий пойманный со спутника «Ну, погоди!». Этой неспешной и обособленной жизнью любуются режиссеры, отбросив всяческие призмы, они не ищут в ней сокровенных смыслов. Для Даваа этот фильм — возможность заявить о культуре своего народа на весь мир, для европейцев из съемочной группы — шанс напрямую с этой непокорной поступательным движениям прогресса культурой соприкоснуться. Пустыня Гоби, куда не лежат туристические маршруты, не перестает быть для зрителя далеким и чужим миром, однако, благодаря этой ленте, он может посмотреть на её скромных обитателей. Неразговорчивых людей, пасущих верблюдов среди увязших в песках уазиков, уверенных в том, что их будущее навсегда приковано к этой высушенной солнцем и ветром земле. Камера же тут всегда где-то сбоку — она не врывается в жизнь людей и верблюдов, не нарушает невидимых границ, лишь позволяет наблюдать с удобных ракурсов.

13 июня 2015 | 19:32

Вот есть в замечательном, безусловно, фильме Мортена Тильдума, снятом по, безусловно, замечательному роману Ю Несбё одна особенность, что после финальных титров оставляет несколько неоднозначное впечатление. А именно мораль тут уж больно очевидная, лобовая и даже в какой-то степени плоская. Мол, талантливый хэдхантер и по совместительству антикварный жулик Роджер Браун ведет себя как надменная скотина, ворует, спаривается с ему же противной любовницей и вообще пытается быть круче себя самого — вот в его жизнь и приходят тридцать три несчастья. Но стоит только увидеть себя со стороны, осознать последствия содеянного, познать, что есть истинная любовь и настоящая репутация, как мир заиграет красками. В жизни-то, как ни прискорбно, все совсем не так — сволоту и пройдоху чаще всего шоковая терапия не «лечит», даже более вероятен обратный эффект. Но и это не главное, а просто человеку, привыкшему извлекать из художественных произведений куда более неоднозначные выводы, мораль «Охотников за головами» запросто покажется интерпретацией какой-нибудь сказки о капризной принцессе, что проходит огонь, воду и медные трубы, после чего вдруг влюбляется и начинает излучать добро. Понятно, что такая претензия может сойти за ханжество и снобизм, но фильм Тильдума не имеет глубины, хотя очевидно на нее претендует. Этого и в оригинале нет, но Несбё не маскирует свой роман подо что-то большее, чем увлекательный триллер, которым можно наслаждаться безо всяких оговорок. У Несбё история о том, как маленького роста говнюк столкнулся с настоящим ублюдком, после чего понял, что репутация складывается еще и из отношения людей к тебе самому, в фильме же эта интеллектуальная метаморфоза обрастает ореолом перерождения в совершенно иную, добропорядочную личность.

С этой претензии очень хотелось начать лишь потому, что в остальном лента действительно впечатляет. Особенно тех, кто не знаком с книгой, потому как события тут развиваются стремительно, а предсказать куда свернет сюжет конечно можно, но куча сюрпризов даже самому догадливому зрителю гарантирована. И если увлекательность — заслуга Несбё, то за Тильдумом визуализация. Вот тут самое время вспомнить о том, что «Охотники» кино европейское, более того, скандинавское. Со всеми вытекающими: кровью, раскрошенными головами, нырянием в отхожее место. Только не стоит думать, что все это ради шокирующей картинки. Взять хотя бы отталкивающий эпизод со сбриванием волос Роджера, производимым на фоне монументальной норвежской природы тупой бритвой для лица. Капли крови, порезы на голове, гримаса боли — шокирует, безусловно, но такова безграничная воля человека к жизни, что он готов сквозь зубы терпеть унизительную боль. Добавляет живительных соков фильму и потрясающая актерская игра Акселя Хенни, да и вообще тут все выступают на совесть, разве что кроме Костера-Вальдау, который ощутимо переигрывает образ профессионального наемника с каменной миной. Хотя кого это вообще волнует, когда тут такой триллер закручивается. Тильдум своим примером доказал, что европейский кинематограф может совмещать в себе увлекательность мейнстрима и довольно мрачное, полное жестокости и черного юмора, содержание. Пусть даже по части выводов первое и перевесило.

10 июня 2015 | 16:38
Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...