всё о любом фильме:

scorpio777 > Рецензии

 

Рецензии в цифрах
всего рецензий14
суммарный рейтинг755 / 151
первая12 июля 2010
последняя14 июля 2011
в среднем в месяц2
Подтверждение удаления
Вы можете удалить не более пяти своих рецензий. После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более . После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну. После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий. Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.

Все рецензии (14)

Что такое «американская мечта», которая уже давно превратилась в мечту глобальную? «Побольше и послаще пожрать». Во всех смыслах. Джек Лондон осуществил американскую мечту на полную, прибавив к «побольше и послаще» прижизненную «паблисити». Он не гнушался ремесленного труда и даже нанесения увечий лучшим своим произведениям в угоду буржуазной толпе — лишь бы быстрее и вернее заработать звонкий доллар. За это судьба жестоко расплатилась с талантливым выскочкой, прочно задвинув его, небанального и проницательного мыслителя и рассказчика, на полочку «чтения для юношества».

За компанию туда попал и Волк Ларсен — герой, ни в коей мере не заслуживающий такой участи, реальный прообраз которого был ориентиром для Джека Лондона в лучшие годы его карьеры.

Александр Маклейн, как и Лондон, был «self made man». Самый известный браконьер последней четверти 19-го века, выкарабкавшийся из нищеты во владельцы яхт и пароходов. Это его на обоих побережьях США и Канады (а также в криминальной хронике еще задолго до выхода романа) называли не иначе, как «Sea Wolf». Что, кстати, с английского переводится скорее как «пират», а не «морской волк».

В 1892-м, когда 16-летний Джек Лондон впервые ступил на палубу «Софии Сазерленд», Маклейн уже успел осуществить свою «мечту» в полной мере — реальный «Sea Wolf» родился 15 мая 1858 года, и тогда, в возрасте 34 лет, считался самым успешным капитаном Западной флотилии. А к 1903-му, когда Лондон начал работу над романом, 45-летний Маклейн стал легендой, будучи объявленным в розыск пятью государствами (в т. ч. Россией, Канадой и Австралией), и подозреваемым в убийствах более 70 человек. Именно его, уже немолодого моряка, за которым тянулся шлейф недоброй славы, Лондон и взял за основу для ключевого персонажа.


Не восхищаться таким жизненным прорывом и, пусть полу-криминальной, известностью, Лондон не мог. Потому, кроме талантов, присущих Маклейну (ум, блестящее знание навигации и математики, деловая хватка, умение расположить к себе других), подарил Ларсену собственную любовь к литературе и тягу к прекрасному. А из негатива — жестокость реального капитана и свою склонность к социопатии. Жуткий получился герой.

И такого героя Лондон просто обязан был уничтожить. Намеренно жестоко. Нарочно рассказав всю историю устами глупого беспомощного интеллигента, не имеющего понятия о причинах, делающих сильных, смелых и умных «отбросов» Волками. Лондон поступил так не из гуманизма, а потому, что хорошо знал жизнь. Ларсен не смог изменить труса Хэмпа. Борьба со стихиями на острове во второй половине романа и прочая бравада перед дамой не в счет — смелый и действительно добрый герой никогда бы не сбежал с такого корабля. Он бы остался и сумел изменить что-то в жизни и мировоззрении капитана. А Хэмп не способен убедить Ларсена даже в возможности усомниться в своих зверских принципах. Потому нет никакого поединка двух философий, есть только сольное выступление Ларсена. И пусть Волк играет честнее и последовательнее «доброго» Ван-Вейдена, у жизни свои законы и прихоти: Волк должен погибнуть, Хэмп — жить и процветать. По-другому быть не может. И это не хэппи-энд.

Хороший фильм по такому произведению можно снять, только внимательно перечитав книгу. Оценить достоинства такого кино — тоже. Кстати, кому из нас придет в голову перечитывать «детского» классика в сознательном возрасте? Захочется ли пересматривать кино, снятое по его произведениям? Еще пару месяцев назад я и сам «грешил» на Лондона, имея за плечами беглое прочтение «Волка» более чем 10 лет назад. Сейчас роман кажется логичнее, правдивее и умнее.

А из трех экранизаций, что довелось посмотреть за последние несколько лет, сериал Игоря Апасяна оказался самым близким к оригиналу и задумке писателя, и потому самым лучшим.

Четыре серии, четыре с половиной часа фильма смотрятся на одном дыхании, напряжение нагнетается от сцены к сцене. Тягостная, близкая к отчаянию атмосфера, царящая на «Призраке», мастерски описанная в книге, передана очень точно. Фильм «звучит» и смотрится по-настоящему — ни одной «фанерной» сцены, ход палубы под ногами, звуки моря и кряхтение старого деревянного корабля — эффект присутствия максимальный.

А «соло» капитана на судьбах и жизнях своих вольных и невольных рабов — лучшая работа Лауцявичуса в его карьере. Не так грубо, как книжный Ларсен, но результат от этого не меняется. Он душит бунты в зародыше, и при этом хочет, чтобы хоть кто-нибудь по-настоящему взбунтовался. Он жесток и убедителен, его взгляды на жизнь порабощают вернее, чем любое принуждение, но при этом каждым словом просит, чтобы ему доказали его неправоту. Лауцявичус впечатлил именно этим — скрытым противоречием и умением раздавить оппонента не физической силой, а силой характера. В его устах так убедительно прозвучали ларсеновские афоризмы про свинское устройство мира и общества, про суку-жизнь (тут еще надо отметить немалую заслугу того, кто озвучил прибалтийского актера). Ну и отчаяние от ненужности и тщетности собственных «достижений» — «американская мечта» жестоко обманула Волка Ларсена. Впрочем, мечты зачастую нас обманывают.

В фильме остались все жестокие сцены романа, но от этого он только выиграл.

И в остальном — Хэмп «вроде бы» неплох, но не прав, жизнь несправедлива, Ларсен вызывает страх и жалость — такой осадок остается после просмотра фильма.

Тогда еще совсем молодой Валерий Тодоровский скурпулезно перечитал Лондона. И одну — только одну — поблажку сделал он главному герою: Ларсен в сценарии Тодоровского погибает, а не умирает медленно и ужасно. Потому ощущение от фильма чуть менее тягостное, чем от финала книги.

С реальным же Волком поквиталась сама жизнь, показав, насколько прав был Лондон, выбирая свою развязку романа. Труп Александра Маклейна был найден в море у юго-западного побережья Канады в сентябре 1914 года. Было это убийство или гибель по нелепой случайности — осталось неизвестным. Вина самого Маклейна ни в одном из убийств, в которых его подозревали, так и не была доказана. К его 150-летию, в 2008 году, канадские и американские историки восстановили многие факты его биографии и издали книгу, где много и пространно рассуждали, что он был отнюдь не чудовищем, а лишь продуктом кровавого и жестокого бизнеса, в становлении которого сыграл одну из главных ролей. Тем не менее, книгу историки назвали «Captain Alex McLean: Jack London’s Sea Wolf». Литературный злодей перечеркнул реальную личность. Наверное, это плата капитана Маклейна за его «американскую мечту».

9 из 10

14 июля 2011 | 18:37

или Хэппи-энд для «Храброго сердца»

Не понимаю, за что блокбастеры, подобные Трансформерам, упрекают в отсутствии глубины мысли, пищи для ума или души. Не в этом их назначение. Не за это мы их любим. Да, бывают приятные исключения — такие, как Терминатор-2. Но что же с третьей частью Трансформеров?

Для заключительной серии франшизы динамики и зрелищных драк было бы достаточно. И побольше логики в сюжете (после 2-й части особенно). Дальше осталось бы обсуждать только коммерческий потенциал фильма, делая ставки — побьет / не побьет «Темная сторона Луны» по кассовым сборам две предыдущие части.

С динамикой подкачали. 2 часа 40 минут — сам по себе весьма рискованный тайминг, а когда еще и середина фильма «провисает»… Если бы не спасительные последние 40 минут «битвы за Чикаго» — неизвестно, собрал бы фильм зрителей на второй уикэнд. Но эти самые 40 минут искупили все грехи и огрехи первых 2 часов.

Зрелищные драки — тоже вопрос. Во второй части роботы дрались зрелищнее. По крайней мере, владели основами каратэ и кунг-фу. Бокс или битва на мечах смотрятся попроще (а обоюдоострая секира, она же лабрис, в руках Оптимуса — вообще смех, в играх это, как правило, оружие отрицательных персонажей, еще и не особо эффективное). Зато в третьей части «Трансформеров» железки были прорисованы куда лучше, да и 3D свое дело сделало. Моему младшему брату понравилось. Я же от нечего делать «ковырялся» в сюжетной линии и пытался понять источники вдохновения сценариста.

Логика в сюжете — надо одобрительно похлопать по плечу Крюгера. Пафос пафосом (тошнит еще с первой части), все сюжетные ходы во взаимодействиях людей читаются наперед, но нагнать драматизма в историю о неорганической форме жизни — это надо постараться (да еще так, что раскрашенным и хромированным железякам сочувствуешь больше, чем homo sapiens`ам). Черно-белую схему «плохой-хороший» в эпосе о роботах автор расширил, добавив серого. Не переметнувшегося хорошего к плохим или плохого к хорошим — а именно третью альтернативную позицию. Вышел типичный еще со времен старых вестернов расклад «хороший-плохой-злой». Кто у нас Хороший — понятно (Оптимус поумнел, перестал быть прямым как угол дома, научился включать хитрость, смекалку и жестокость, когда надо). Роль Злого досталась бедняге Мегатрону (он так комично смотрелся в грязной брезентине, скрывающей башку с наполовину снесенными мозгами, а еще умудрился «повестись» на подначку глупой блондинки). Ну а Плохой (Сентинел Прайм), как и вся ситуация, вышли в духе прокаженного папаши будущего короля Шотландии и «Храброго сердца». Только в Трансформерах-3 трагическая завязка вылилась в более счастливый конец. Хотя за это как раз спасибо.

О кассовых сборах. Могу уже сейчас поспорить, что 3-я часть действительно побьет и вторую, и первую. Не в последнюю очередь за счет России-матушки.

И тут надо задать вопрос Голливуду — если в сборах голливудских супер-блокбастеров доля США падает от квартала к кварталу, а доля России или того же Китая растет — не пора бы озаботиться вопросом и перестать представлять русских и проч. представителей СНГ в роли сволочей, врагов всего сущего и предателей, попутно умерив проамериканский пафос? Это не личный, а чисто коммерческий вопрос.

Продолжая о коммерции. Как автолюбитель, не могу не проехаться по Product Placement автопрома. Да, Оптимус от рождения был грузовиком марки Peterbilt, а симпатяга Бамблби — Chevrolet»ом, еще с первой части в роли «хороших» автоботов ездят Понтиаки и Хаммеры, но за что так немцев гнобить? Во второй части минуты полторы походя хорошие автоботы добивали нехорошую Audi, но это было действительно походя. А вот в третьей части Mercedes-десептикон своим вражеским поведением раздражает на протяжении второй половины фильма. Возникает вопрос — у немцев денег хватило только на отрицательного персонажа или продюсеры фильма имеют что-то личное против Даймлер-Крайслера? Это явно не бытовой американский автошовинизм. Появилась же в третьей части вся из себя красная и позитивная Феррари.

Заканчивая о коммерции — поскольку нет сомнений в высоких кассовых сборах Трансформеров-3, ясно, что через год-другой-третий франшиза будет вынуждена пополниться или сиквелом, или приквелом. Лично я ставлю на второе.

Ну и наконец, когда «Темная сторона Луны» выйдет на BlueRay, придется приобрести ее и поставить на полку рядом с комплектом первой и второй части Трансформеров и Терминатором-2. Не потому, что на 100% заслуживает это место, а из ностальгии по детству, когда мультфильмы о симпатичных и не очень роботах, которые умели превращаться в машинки, самолеты и другую технику, больше года были любимым теле-развлечением.

Эта ностальгия и заставляет меня поставить

7 из 10

и добавить — смотрите подобное кино, пока есть желание и возможность :). Хотя бы потому, что они возвращают нас в детство

4 июля 2011 | 19:09

Вселенная — некоторые называют ее Библиотекой — состоит из огромного, возможно бесконечного числа шестигранных галерей… Известно, что на одну осмысленную строчку приходятся тысячи бессмыслиц и абракадабры. Мне известен дикий край, где отказались от суеверной привычки искать в книгах смысл, считая, что это все равно, что искать его в снах или беспорядочных линиях руки…

Хорхе Луис Борхес, Вавилонская библиотека

.

.

Ангелы не заплакали… А ведь как минимум этого я ждал от Малика, почти три года ждал, упиваясь воспоминаниями о «Пустошах» и «Тонкой красной линии».

Вместо этого — упрямо досмотрев фильм, а для этого понадобилось два захода — получил головную боль разочарования и недоумения. Ну что ж, если вспомнить теорию эволюции и основы случайных процессов, то истинное сообщение — скорее исключение, бессмыслица — норма. Почему даже такой несомненно талантливый художник, как Малик, обязан постоянно выдавать на-гора шедевры?

Я также знаю места, где молодежь поклоняется книгам и с пылом язычников целует страницы, не умея прочесть при этом ни буквы.

Это — о большинстве тех, кто говорит о гениальности данной работы. Никакое всеобщее признание, Каннские ветви, рейтинги критиков и даже стадный инстинкт (а он у всех есть, и мне нисколько не хочется плевать против ветра, обзывая якобы шедевр абракадаброй — но я не могу сдержаться!) не заставят меня признать «Древо» даже произведением искусства.

Произведение искусства должно давать пищу и для сердца, и для ума. Но сердце молчит, а ум сопротивляется далеко не универсальным истинам, с безапеляционностью свидетелей Иеговы вбиваемых в голову. Сердцу можно приказать заткнуться и не требовать от фильма невозможного. Уму не прикажешь. Ему скучно, ему неинтересно. Он требует эмоционального или на худой конец интеллектуального вовлечения в происходящее на экране. А этого нет. Он требует красоты, раз уж в фильме нет действия и напряженного сюжета. Может быть, мне не хватает подготовки?

Но красота — понятие очень интуитивное. Не нужна никакая подготовка, чтобы понять, что перед тобой — красота. И профессор Гарварда, и бродяга без начального образования будут стоять как громом пораженные, глядя на «Рождение Венеры». Пусть увидят они не одно и то же, эмоции их поразят примерно одинаковые. Если же для того, чтобы произведение искусства понравилось, нужна некая особая подготовка, грош цена такому произведению искусства.

Я пытаюсь оправдать художника. Быть может, Малик искал этим фильмом новые пути кинематографической выразительности?

Да, кинематограф давно зашел в тупик, да, он давно находится в поиске. И тот, кто открывает для него новые пространства, достоин восхищения и преклонения. Таковыми были Бунюэль, Феллини, Годар, Кубрик, Тарковский (список можно продолжать и продолжать). Они иногда создавали не всем понятные фильмы, но даже в самых «безнадежных» из них чувствовалось НЕЧТО, что не позволяло оторваться от экрана, а заставляло пересматривать эти фильмы снова и снова, и наконец находить не сразу понятый смысл.

Но мне не хотелось досматривать «Древо»! Мне стало скучно уже на тридцатой минуте. Хотя Джессика Чистейн была прекрасна и естественна, и очень правдоподобно передавала бездонное чувство потери, самой страшной потери. Брэд Питт не раздражал, дети играли очень свежо. Но я насиловал себя, заставлял сидеть в кресле кинозала. Почему?

Какое бы сочетание букв я ни написал, в божественной Библиотеке на одном из ее таинственных языков они будут содержать некий грозный смысл. А любой произнесенный слог будет исполнен сладости и трепета и на одном из этих языков означать могущественное имя Бога.

Похоже, Малик заговорил на совсем другом языке Всемирной Библиотеки, мне недоступном. Как я ни силился, я его не понял. Самое ужасное в том, что многие кадры фильма красивы и временами самоценны, но собрать из них единую симфонию не получилось.

Король голый, друзья. Откройте глаза.

Я не прошу мне верить. Идите и смотрите.

P.S. Ту же идею, что и в «Древе», можно передать по-другому. Короче. Понятнее. Эмоциональнее. Посмотрите на инсталляцию Дэмиена Хёрста «Физическая невозможность смерти в сознании живущего». Наформалиненный труп жуткой акулы окажется более говорящим, чем 135 минут кинопленки. И, в отличие от фильма Малика, удар по сознанию и эмоциями гарантирован.

20 июня 2011 | 14:35

Вестерн — жанр глубоко архетипический. То есть, изображаемые в нем герои и события непременно идеальны, условны, шаблонны и немного неправдоподобны. Атрибуты вестерна — суровая природа, стрельба без промаха, мешок с золотом, брутальный герой-одиночка (ковбой), который должен оказаться победителем в заваренной им же каше, и однозначно негативный герой — но уже не обязательно одиночка, а в сопровождении шайки таких же отбросов. Остальное — сурового но справедливого шерифа, индейцев, женщин и детей добавляют по вкусу.

И тем не менее, до самых своих конвульсий, которые завершились последней пробежкой под пулями Бутча Кэссиди и Сандэнса Кида, вестерн пытался сохранить связь с реальностью. Это его и погубило. Кому вообще нужна реальность? Ее почти разучились изображать талантливо. Много ли можно назвать фильмов последних двух десятилетий, которые собрали внушительную кассу, оставаясь «про реальность» от первого кадра до последнего? Как бы не так. Место отважных ковбоев в сердцах и головах зрителей заняли супергерои, монстры и прочие вампиры.

Уже «Бутч и Сандэнс» был вестерном неклассическим (с примесью гангстер-муви, отсюда и культовость). Уже в нем вопреки законам жанра, главных положительных героев вестерна ждала трагическая развязка, но самое главное — эти герои все-таки были бандитами, хотя в душе оставались честными ковбоями.

Клинт Иствуд пошел дальше. Уильям Манни, главный герой «Непрощенного», не только бандит, но и порядочная сволочь. Он и его старый приятель раньше не гнушались убивать и за пригоршню долларов, и за несколько долларов больше, а теперь как будто в «завязке». Пытаются тихой и смиренной жизнью искупить то, что натворили. Но не выходит. Есть еще шериф, Малыш Билли, который вроде бы неплох, но с какой-то гнильцой. И власть его вроде бы справедлива, но от этого никому почему-то не легче. Есть шлюхи, которые горды как аристократки, и ставят свою честь (!) дороже денег. Все наоборот, все навыворот. Это могло закончиться для такого фильма плачевно, но Клинт Иствуд — талантлив, и чувство меры у него абсолютное.

Где вы видели героя вестерна, который возится со свиньями в грязи в криво сколоченном загоне? Или не в состоянии забраться на лошадь? Или забыл, как стрелять из револьвера? Или горько жалеет о содеянном — настолько, что даже крупный куш на первых порах не может заставить его вернуться к прошлому? Герой все-таки пойдет на дело, но будет убеждать себя, что делает это ради спасения чести шлюх. Смешно.

Нет, до «Непрощенного» анти-героев, изображенных с такой подкупающей честностью, Голливуд не знал. Даже такие оригиналы, как Коэны, не избежали его влияния. Из «Непрощенного» стройными рядами вышли «Старики…» и «Железная хватка». Вышло так, что Иствуд не оживил вестерн, он вывел некий новый жанр, который лучше всего охарактеризовать избитой фразой — его сила в правде.

Правда в том, что твое прошлое никогда тебя не отпустит. Правда в том, что в критическую минуту каждый из нас становится тем, кто он есть на самом деле. Правда в том, что в своей сути человек оказывается могущественнее и привлекательнее, чем в маске добра, которую одел и носил. Мрачная радость охватывает героя, когда он сбрасывает эту маску, потому что победить можно, только став самим собой. Но и тут все не так просто — можно разделаться со всеми врагами, но в итоге понять, что это не победа добра над злом, а просто убийство и месть.

А еще правда в том, что не бывает плохого парня с револьвером и хорошего парня с револьвером. Если ты убил — ты убийца. Никакие благие намерения тебя не оправдают. А их отсутствие — не сделает хуже. Единожды отобрав жизнь, ты — непрощенный.

10 из 10

17 июня 2011 | 11:23

Черным псом породы ротвейлер сука-любовь прошла через три человеческие истории. Она только меняла имя — Кофи, Найденыш, Негро… Каждый старался назвать ее, но не понял ее сути. Она ломала судьбы, насмерть загрызая себе подобных — любовь-дружбу, любовь-нежность, любовь-сострадание, любовь-понимание, любовь-преданность. И даже в упор пущенная пуля — которая таки не всегда дура! — не вышибла из сволочного пса жизнь.

Никто не знал, и не догадывался, ЧТО смотрит на них преданными собачьими глазами. Не знал — но исполнял все, подчиняясь безмолвному приказанию и глядя на мир глазами одержимого. Захоти и получи жену родного брата, уйди от любящей жены и детей к пустоголовой истеричной модели, «закажи» лучшего друга… Черный пес множил трагедии вокруг, пока не отобрал последнее у последнего. У того, кого когда-то подло обманула вера в идеалы — тоже та еще сука.

И тут жуткий и порочный круг прервался. Ведь если нечего терять, и падать дальше некуда, есть только два пути — вникуда или вверх. То, что калечило других (братьев Октавио и Рамиро, испанскую модельку и ее глупого любовника, безымянных сводных братьев — горе-партнеров по бизнесу), заставило убийцу и бродягу Чибо смыть с себя всю грязь (в прямом и переносном смысле). Смыв ее — вспомнить, что жива еще другая любовь. А вспомнив — проявить ее. Поступить справедливо с несправедливыми, оценить на внутренних весах, что же действительно важно в жизни, и самому определить для себя меру наказания.

итак, эмоционально и энергетически фильм просто «выносит мозг».

Хотя ритм его иногда рваный, не «вдох-выдох» (что есть must для такого рода драм), монтаж почти любительский, но подлость, на которую толкает нас «сука-любовь», и последствия этой подлости переданы с ювелирной точностью. А энергетика сюжета и актерской игры накрывают с головой и вообще не дают обратить внимание на мелочи и огрехи сценария, режиссуры и картинки.

Чья тут наибольшая заслуга? Гильермо Арриаги, талантливого, но «однообразного» сценариста? Гонзалеса Иньярриту, тоже весьма однообразного режиссера, но любящего и умеющего дотошно копаться в темных сторонах действительности и человеческой натуры ? Гаэля Берналя и Эччеварии, на одном дыхании сыгравших сложные и неоднозначные в моральном плане роли?

Впрочем, какая разница?

Первая большая работа Арриаги и Иньярриту даже 10 лет спустя после первого просмотра кажется беспредельно сильной и искренней.

9 из 10

17 мая 2011 | 15:58

Хижина дяди Тома давно сгорела. Скажу больше — ее уже изъяли из американской школьной программы по литературе за наличие неполиткорректных фраз в адрес афроамериканцев. Наверное, это не беда. Американские школьники прочтут другие книги.

Мальчик-отличник, «белый мусор» в школе негритянского района одного из пригородов L.A., начинающий скинхед и младший брат лидера местных наци, который отбывает заключение за убийство двух чернокожих грабителей — это все Дэнни Винъярд. Когда-то его отца достала шальная пуля в «цветном» районе… Мальчик прочитал «Майн кампф», мальчик написал вызывающее сочинение по гитлеровским мемуарам. А потом директор школы (конечно же, положительный герой, и конечно же, афроамериканец), выбросил эти писули в мусорное ведро. И исключительно из лучших педагогических побуждений заставил Дэнни взамен написать сочинение о старшем брате, том самом лидере. Так словами последнего сочинения младшего Винъярда (ибо на утро Дэнни не станет) нам будет рассказана «Американская история Х».

Дэнни послушно выстучит на клавиатуре нехитрый рассказ о старшем брате Дереке, который всегда был слишком думающим, слишком харизматичным, слишком последовательным, слишком справедливым. Это «слишком» привело его сперва в банду нацистов, потом в тюрьму, потом в неоднозначную ситуацию в тюрьме, потом — подставило под дуло пистолета в руках бывшего соратника-наци. Но именно это «слишком» сделало его единственным героем и примером для подражания в глазах младшего брата…

Хотя был ли Дерек истинным героем фильма? И о ком же была «Американская история Х»? Хочется думать, что это история двух заключенных, Дерека и чернокожего паренька из тюремной прачечной. Не директор школы Суинни, а именно он спас Дерека от страшной смерти в тюрьме. Причем сделал это, зная, кто таков Дерек, зная, чем рискует, спасая шкуру нациста. Он — главный ГЕРОЙ. Одно плохо — героем его никто не называет, да и мало такого рода героев в реальной жизни.

И вообще, с появлением на экране финальных титров, возникает ощущение некой недосказанности. Видно, что фильм был порезан, прилизан и загнан в рамки. Но даже в таком виде — в том числе благодаря отличной актерской игре — он заставляет думать.

Нортон стал для меня открытием именно после «Американской истории». Его перевоплощение из зверюги-фашиста в сомневающегося интеллигента превратило финальный вариант киноленты в нечто больше, чем манифест политкорректности.

Для меня смысловой кульминацией стала последняя сцена. Самая страшная сцена фильма. Дерек душераздирающе кричит — «Что же _Я_ наделал!». Наверное, это должно было звучать как яростное самообвинение за недавние убеждения (заблуждения)… а я услышал истошный крик неизжитой привычки WASP винить во всем только самих себя и брать на себя всю ответственность. Обратите внимание — Суинни, положительный герой, дивный учитель, запрессовавший строптивого белого мальчишку, но «проглядевший» подонков, таскающих в школу оружие, безмолвствует, и вряд ли испытывает угрызения совести. Его руки чисты, он их умыл.

Расизм отвратителен, наци должны гореть в аду. Это так. Но проблема слишком сложна.

Каверзные ответы сыплются один за другим. Я видел Детройт, брошенный белыми полстолетия тому. Оставшиеся там представители афроамериканской общины успели превратить его в антиутопические руины. Я был в Йоханнесбурге, уже безумно грязном, ветшающем городе, где мне настоятельно рекомендовали не покидать отель без вооруженной охраны (ее предлагают большинству туристов!). Ведь местные преступники (дети тех самых угнетенных апартейдом нейтивов) сперва стреляют, и только потом интересуются, есть ли у тебя деньги. А белые — те самые бывшие апологеты апартейда — разбежались из страны кто куда, а те, кто остался — прячутся за пятиметровыми стенами белых гетто, защищая свои жизни от освобожденных… И я испытывал смешанные чувства. А разве не творится сейчас рядом с нами Российская история Х?

Проблему не заретушировать политкорректностью (и даже драконовскими наказаниями за ее нарушение). Тони Кею не дали высказаться до конца в «Американской истории», но уже через 10 лет прогремели выстрелы на «Последнем уроке»…

Слишком много вокруг каверзных ответов.

Не проглядеть бы нужный вопрос.

10 из 10

  • Полезная рецензия?
  • Да / Нет
  • 15 / 0
15 мая 2011 | 19:20

Мой любимый актер, Томми Ли Джонс, на пороге седьмого десятка пришел наконец к зрителям тем, кем всегда хотел быть. И я подозреваю, в реальной жизни тоже. Нет, не режиссером (хотя «Три могилы» его первая удачная попытка). Обычным ковбоем. Маленьким человеком, который оказался сильнее системы и выше предрассудков.

Сколько было играно-переиграно ролей второго плана, этих треклятых полицейских, психопатов, секретных и не очень агентов, а в глазах актера читалось — все не так, ребята! Где она, та самая роль? Не случайно Джонс получил два Оскара (за роли ВТОРОГО плана), сыграв сперва несгибаемого и непрошибаемого судебного исполнителя в «Беглеце», а двенадцатью годами спустя — антипод маршала Сэмюэля, пожилого шерифа, который устал от всего на свете, и расписывается в нежелании и неспособности противостоять злу. Вышла эдакая грустная самопародия на все, сыгранное ранее. Но опять это было не то! Это был не старик Джонс, потому что старик Джонс упрям как черт и не привык предавать то, во что верит.

Во что верил Пит Перкинс из «Трех могил»? В дружбу. Верил безусловно, как язычники в своих богов. Верил, что во имя дружбы можно нарушать законы, можно плевать в лицо их представителям и вершить самосуд. Можно, уже видя старость и собственную смерть на ближнем горизонте, бросить жизнь, к которой давно привык, и женщину, которую любишь, и отправиться искать правду о своем друге, не зная, куда приведет тебя такое путешествие и какую правду придется найти.

Фильм и игра Джонса — гениально просты. Почти на грани с той простотой, что хуже воровства, но — именно на грани. Томми Ли Джонс так убедителен, что кажется, эту — наконец, главную — роль писали и для него, и с него. Золотая Пальмовая ветвь Канн-2005 за умение ждать настоящего звездного часа долгие 40 лет актерской карьеры.

Для меня «Три могилы» — фильм о вере. Не о расплате (хотя весь сюжет построен на теме необходимости отвечать за свои поступки и проступки), не о раскаянии и катарсисе (хотя плохой парень в итоге кается). Веру Пита Перкинса постоянно испытывают. Все сказанное Мелкиадесом при жизни своими словами опровергает каждый встречный, причину его смерти цинично скрывают под потоками грязной лжи. Даже женщина с фотографии, о которой Эстрада говорил как о жене, открещивается от мнимого мужа, а жители соседнего городка утверждают, что деревушки Хименес, о которой Мелкиадес столько рассказывал Питу, никогда не было. Но Перкинс не сдается, он идет до предела, а затем — это важно — переступает через предел. За пределом то, что было ложью, становится правдой, негодяй искренне раскаивается и трижды избегает неминуемой смерти, а Мелкиадес ложится в свою третью и последнюю могилу.

Остается один вопрос, который зудит в мозгу после просмотра этого фильма.

Так существовал ли Хименес?

Настоящая дружба, как и истинная вера, не принимает рациональных объяснений, слепа и глуха к тому, что неверующие трусливо называют фактами.

Можно не верить в бога. Можно не верить в закон. Но если вы верите своему другу Мелкиадесу Эстраде — Хименес существует.

10 из 10

17 апреля 2011 | 19:00

Этот триллер — удар коленом в пах голливудских архетипов: владельцев студий (мерзкая тварь в инвалидном кресле), взаимоотношений в актерской среде (от лиц нетрадиционной секс- ориентации прохода нет), методов попадания на большой экран (блат или постель, других альтернатив нет, на талант всем плевать), тех, кто стоИт за деланием кино(проститутки-продюсеры и криминал). Жесткая и талантливая сатира на Фабрику грез, где нет ничего настоящего, где все извращается и переворачивается с ног на голову. Как во сне актрисы-неудачницы Дайаны (Наоми Уоттс).

В реальности она никто — дурочка, приехавшая с наивными мечтами о большой карьере в Голливуд. Она живет милостью более удачливой подруги и любовницы Камиллы, получает мелкие рольки благодаря ей, завидует этой самой удачливой подруге, заказывает ее киллеру… А после «исполнения» видит дивный Сон, который нам и показывают первую половину фильма. Сон, где Камилла — дешевая проститутка, попавшая в аварию, где сама Дайана (во сне ее зовут Бетти) — талант, да еще и талант с «блатом» в виде тетки-актрисы, за нее бьются лучшие менеджеры по кастингу, режиссер, с которым в реальности спит Камилла, влюбляется в нее с первого взгляда, и вся грязь Голливуда не может коснуться ее. Как бедной Дайане хочется, чтобы это было правдой. Не зря говорят, что сны — это отражение наших самых сильных скрытых желаний.

Лучший фильм Линча.

Кстати, не зря в Штатах он был практически проигнорирован, зато позитивно встречен в Европе

10 из 10

19 марта 2011 | 22:48

Десять лет назад Дзефирелли снял поделку «Каллас навсегда». Зачем было марать память «голоса столетия» таким образом, остается загадкой. А ведь Дзефирелли ходил у великой певицы в друзьях. Пазолини в друзья ей никогда не набивался, тем не менее, оставил неоспоримое доказательство гениальности Марии Каллас — драматической актрисы. А доказательствами ее гениальности как певицы пусть останутся записи оперных партий.

Дзефирелли заставил в своем фильме воображаемую Каллас петь под фонограмму. Эх, зачем же так надувать зрителя? Зачем делать бесталанную карикатуру на съемки реальной «Медеи»?

Как известно, Мария Каллас потеряла голос примерно за три- четыре года до того, как Пазолини начал снимать свой фильм. Мне удалось прочесть в одной из книг о Пазолини оригинальный сценарий Медеи — там режиссер еще предполагает, что Медея будет петь. Однако, Каллас, будучи в глубоком кризисе, согласилась на съемки в фильме, но категорически отказалась исполнять даже три такта из оперы Керубини. И Пьер Паоло Пазолини переделал сценарий с учетом пожеланий актрисы.

Был ли это компромисс со стороны режиссера? Да ни разу! Пазолини, строго говоря, прежде всего неординарная и бескомпромиссная личность, поэт и писатель, артист, а уже потом — режиссер. Какие уж тут компромиссы… И читать его произведения и сценарии с его же комментариями не менее интересно, чем смотреть фильмы. Потому он понял Каллас так глубоко, как только мог один Артист понять другого. И без колебаний решился переделать сценарий.

Теперь о впечатлениях от просмотра. Смотреть фильм сложно — в нем нет четкой структуры, кульминационные моменты совсем не там, где их ожидаешь. Видно, перекормил нас Голливуд… Не прочитай я оба варианта сценария и комментарии режиссера к ним, первый просмотр был бы совсем мучительным. Но что то заставляет смотреть этот фильм снова и снова, и с каждым разом пробирает все больше. Может быть потому, что эта жестокая, варварская легенда в исполнении самых противоречивых фигур оперного мира и мира кино пахнет не нафталином, а запахом подлинника, который ни с чем не спутаешь.

Уже совсем немолодая и далеко не красавица, Каллас сумела, лишившись своего главного козыря — голоса — передать трагедию Медеи и сделать волшебницу из Колхиды более человечной. Актрисе удалось вызвать сопереживание персонажу, которому казалось бы, нет оправдания. А Пазолини дал оригинальную трактовку известного мифа. Как он сам заметил: «Я остановил свой выбор на этой варварской трагедии, где женщина из любви к мужчине убивает собственных детей, прежде всего потому, что меня зачаровала чудовищная сила этой любви»

За чудовищную силу таланта обоих — Каллас и Пазолини — 

10 из 10

13 марта 2011 | 22:50

«Джульетта считала себя чисто трагической актрисой — я вытаскивал из нее клоунессу. Она сопротивлялась — я ее ломал.»

Так Федерико Феллини в одном из последних интервью описывал начало совместной творческой деятельности со своей супругой.

Но если посмотреть на созданное этой парой, правы были оба. Джульетта Мазина сыграла две незабываемые трагикомические роли — Джельсомины и Кабирии. А Феллини этими фильмами поставил сам себе такую художественную и нравственную планку, что не побоюсь кощунственных слов — все созданное им после является лишь падением с дважды взятой невероятной высоты.

Нет, были фильмы более громкие, мастерски сделанные, осыпанные призами (которые режиссер так любил), но свою душу Маэстро вложил от начала и до конца только в Дорогу и Ночи Кабирии. А Дорога вышла у него проще и душевнее, за что и ценю этот фильм больше всего в творчестве Феллини. Несмотря на трагический конец, в нем много света и надежды на лучшее. Некрасивая смешная дурочка Джельсомина ценой своей жизни заставила очерствевшего и озлобленного Дзампано выть от горя, пережить катарсис и посмотреть в глаза своему богу. Даже если одна потерянная душа спасена, пусть и такой ценой — у мира есть шанс.

Кстати, в одной из поздних своих картин, Джинджер и Фред, Феллини включил в финале странную сцену. когда герой Мастроянни бежит за вагоном Амелии и зовет ее, а она делает странное движение, как будто трубит в невидимую трубу.

Возможно, здесь старик Феллини, не любящий раскаиваться и исповедаться, намеком дал нам понять — он жалеет о том, что свернул в свое время с Дороги, куда звала его эта простая и добрая девочка, на широкие залитые светом автострады Сладкой жизни, закончившиеся горьким сожалением и многолетними творческими кризисами… возможно, но мы этого никогда не узнаем. Зато героиня Дороги останется с нами навсегда.

9 из 10

30 января 2011 | 19:36

Смотрите также:

Все рецензии на фильмы >>
Форум на КиноПоиске >>




 

Поиск друзей на КиноПоиске

узнайте, кто из ваших друзей (из ЖЖ, ВКонтакте, Facebook, Twitter, Mail.ru, Gmail) уже зарегистрирован на КиноПоиске...