При всех видимых недостатках (навязчивые повторы, некоторая затянутость) сериал смотрится на одном дыхании, особенно серии, посвященные авиакатастрофам. Посмотрев около 20 серий, сформулировал для себя три мысли.
Первая. Идеальное общество нельзя построить не потому, что мир, как утверждают христианские мыслители, «лежит во зле», и не потому, что человек несовершенен и неизбежно где-нибудь оступится. Просто этот мир – настолько сложная система, что никто никогда не просчитает все возможные ситуации. Достаточно посмотреть серию о крушении «Конкорда», где стечение событий кажется просто уникальным, и ухудшение ситуации на каждом этапе могло остановиться, но случались именно те маловероятные события, которые в итоге привели к падению самолета. Наверное, это можно назвать «логикой катастрофы».
Вторая. Ни в одной ситуации вина не возлагается в первую очередь на людей, которые участвовали в событиях. Думается, что это не ангажированность авторов фильма, хотя здесь чувствуется определенная левизна, а особенность западного мышления. Отдельные люди, косвенные виновники катастроф, не смогут предотвратить их в будущем. Виновной в большинстве случаев признается корпорация, к которой принадлежат, например, диспетчеры, или работники химзавода, на котором отказали сразу три системы безопасности и случилась утечка. Деньги и влияние для исправления ситуации имеет только корпорация, которая, заботясь о своих доходах и репутации, модернизирует свою технику, повышает подготовку сотрудников и т.д. И уж совсем в стороне остается государство, которое в идеале должно иметь только представительские функции.
Третья. В основе национального самосознания лежит правовая система, используемая в той или иной стране. Люди привыкают вести себя так или иначе, в зависимости от того, как будет определяться мера их ответственности, и за несколько столетий эта система поведения начинает определять менталитет. Система прецедентного права, или, как ее еще называют, англосаксонская, в этом смысле самая совершенная. Во-первых, она корректируется и улучшается сама собой, а, во-вторых, такое правосудие побуждает воспринимать каждое дело как уникальное и устранять ошибки на системном уровне, а не искать виновного, так как при вынесении приговора важны конкретные обстоятельства, отличающие данное преступление от другого с таким же исходом. Грубо говоря, руководитель корпорации знает, что в случае катастрофы его не осудят не за то, что по его вине погибли люди, а за то, что в его компании по ночам работал один диспетчер вместо двух, который не справился с работой, в результате чего погибли люди. Это вынуждает просчитывать ситуацию, а в случае трагедии в первую очередь устранять все ее причины.
Фильм подводит к банальному выводу: уровень жизни народа определяется в первую очередь степенью независимости и качеством правосудия. Но создать такую систему в России вряд ли удастся, так как нация (то есть, национальное сознание), формируется веками, и мы, скорее всего, уже опоздали начинать такой эксперимент. Тем более, что в очередной раз призывать варягов мы пока и не стремимся.