Когда человеческое достоинство уходит на больничный, его место занимает…
Нечто происходит. Люди сходят с ума под воздействием некоего вируса. И делают при этом умопомрачительные вещи: совокупляются при всех, бьют друг друга, кто-то даже кого-то убивает…
И вот какая-то офисная фирма. Есть дело, которое кого-то может похоронить. И кто-то должен будет вынужденно пойти на амбразуру, броситься на мину, уйти, чтобы спасти других. Кто крайний?
И слышен голос героя. Он повествует что-то. И явно он не в восторге от своей работы, от своей жизни. Он не любит свою офисную работу, но вынужден держаться за выцарапанное место, в том числе чтобы оплачивать непомерно высокий кредит за учёбу.
Это офисное место словно обитель зла. И кто-то уже запустил сюда вирус…
Да, тут всё утрировано. Всё упрощено. Зато есть своя красотка. Ещё одна героиня, у которой что-там… отняли всё. Короче, не важно. У них есть общая цель.
И понеслось месиво. Офисный рейд.
Крепкий офисный орешек и прекрасная подруга должны добраться до владыки этого мирка. По пути они натворят и увидят совсем не то, что обычно происходит в офисном мире планктона такого.
Честно говоря, был шокирован, когда узнал, что этот фильм не просто римейк, а очередной римейк в длинной дорожке подобных. В том плане, что оригинальную картину, 'Соседи сверху', успели переснять аж 7 раз на новый лад в разных странах на многих языках (в том числе и на русском). До 20 с лишним римейков 'Идеальных незнакомцев' фильму, конечно, далеко, но результат всё равно впечатляющий. Оригинал я к своему стыду на момент написания данной рецензии заценить не успел, но стало любопытно, почему именно эта конкретная версия так заинтересовала публику.
На первый взгляд, ответ очевиден. Это Голливудская адаптация с целой охапкой знаменитостей — Пенелопа Крус, Эдвард Нортон, Сет Роген и Оливия Уайлд (последняя и является режиссёром картины и уже успела достичь определённых высот на этом поприще как минимум с хитовым артхаусом 'Образования'). Но только ли в этом дело? Голливудские адаптации известны тем, что могут слишком уж переборщить с количеством глянца и сделать историю чересчур фальшивой. Но тут и зрители, и критики фильм оценили высоко. И после просмотра понимаешь, почему.
Оливии Уайлд удалось сделать то, чем обычно гордятся реально маститые постановщики — снять камерный фильм в одной локации (только в самом начале немного разбавили) и держать весь фильм как на иголках за счёт постановки и игры актёров, среди которых в том числе была она сама. Это достижение действительно похвальное, ведь фильм на протяжении часа и 47 минут смотрится очень интересно и не провисает, несмотря на, фактически, одну декорацию.
И ладно фильм был бы просто накручиванием саспенса, как например 'Резня' Романа Поланского. Тот фильм просто на протяжении хронометража увеличивал напряжение и накидывал тонну фарса. Но 'Приглашение' умудряется неплохо демонстрировать нам мораль, как плохо существовать в браке, в котором супруги постоянно выносят друг другу мозг. Не даром в начале нам показывают цитату Оскара Уайлда, любимого писателя Оливии Уайлд (угадайте, в честь кого она взяла псевдоним?).
Нравится, что не стали показывать клише 'приглашённая парочка оказывается ещё более токсичной, чем те, кто их пригласил'. В один момент они были близко, но фильм концентрируется конкретно на персонажах Уайлд и Рогена. Именно их трясущиеся по швам отношения являются эмоциональным центром. Фильм, в первую очередь, о том, как принять тот факт, что ваша счастливая идиллия куда-то пошла под откос и или сделать из этого выводы и начать улучшаться, или просто развестись. Не только ради вашего же блага, но и блага вашего ребёнка.
Нортон и Крус выступают тут больше в качестве психотерапевтов, пришедших как-то помочь эмоционально мёртвым отношения. Можно как угодно относиться к тому, чем эти двое заниматься, но факт в том, что они, в отличие от героев Рогена и Уайлд, пытаются быть понимающими в отношениях и даже в моментах ссоры быть близкими друг к другу. Едва ли они тут как пример для подражания — скорее как герои, контрастирующие на фоне зажатой парочки двух давно женатых людей.
И хотя финал открытый с лёгкой ноткой оптимизма (одна из моих любимых сцен окончания фильма за последние годы, без слов и с чистыми эмоциями), но всё-таки фильм предупреждает, что сплошной негатив может завести ваш брак в куда более отвратительное русло. И пострадает уже ваш ребёнок. Фильм, на самом деле, весьма полезен, ведь многие страдают такой проблемой — нежеланием решать проблемы и оставлять рушащиеся отношения в том же русле. У них всегда стоит выбор — или исправляться или бездействовать. И большинство женатых пар выбирает второй вариант. Именно поэтому фильм так важен, и именно за это он мне зашёл
Нолан берёт древнейший сюжет западной культуры и превращает его не столько в приключенческий эпос, сколько в историю человека, для которого дом постепенно становится почти недостижимой идеей.
Одиссей здесь — не просто герой, возвращающийся с войны. Это человек, которого собственное путешествие постепенно делает чужим для всех, включая самого себя. Каждое испытание становится вариацией одного вопроса: сколько себя ты готов потерять ради возвращения к тому, кем когда-то был?
И здесь особенно сильно работает нолановская тема времени. У него время почти никогда не бывает просто декорацией — оно становится полноценным антагонистом. Пока Одиссей отсутствует, жизнь продолжается без него: Пенелопа стареет, Телемах взрослеет, Итака меняется. А сам он словно застревает между прошлым и будущим.
Визуально это, пожалуй, один из самых впечатляющих фильмов Нолана. Масштаб здесь ощущается не как украшение, а как часть самого повествования. Море, корабли, сражения, мифологические существа — всё это снято так, чтобы фильм хотелось смотреть именно в кинотеатре, желательно на большом экране. Операторская работа Хойте ван Хойтемы — отдельный повод идти в зал.
Но у фильма есть и слабость: временами Нолан слишком хорошо понимает, что снимает «великое кино». Там, где миф мог бы работать сам по себе, режиссёр иногда словно дополнительно подчёркивает символизм — вот здесь мысль о времени, вот здесь о памяти, вот здесь о цене возвращения. Из-за этого некоторые моменты кажутся чуть более искусственно сконструированными, чем хотелось бы.
При этом мне особенно понравилось, что «Одиссея» не превратилась в Marvel про Древнюю Грецию. За монстрами, богами и масштабными сражениями остаётся довольно печальная история о человеке, который слишком долго отсутствовал. И о том, что возвращение домой — не обязательно возвращение в прошлое.
Визуальный язык — 10/10
Режиссура — 9/10
Актёры — 9/10
Сценарий — 8,5/10
Эмоциональное воздействие — 8/10
Итог — 9/10.
Если совсем коротко, весь фильм для меня сводится к одному вопросу:
Можно ли вернуться домой, если за время пути ты сам стал другим человеком?
Третий сезон «Львицы» пока выглядит не столько серьёзным шпионским триллером, сколько откровенно антироссийским американским пропагандистским боевиком.
Проблема не в том, что Россия здесь выступает противником США. Для сериала о ЦРУ это вполне ожидаемо. Проблема в том, насколько неравноценными получились стороны. Американские персонажи показаны профессиональными, умными и решительными людьми со своими мотивами и внутренними конфликтами. Российские герои в основном остаются безликими противниками, которым редко дают возможность выглядеть столь же компетентными и убедительными.
Особенно раздражают двойные стандарты сценария. Жёсткие и неоднозначные действия американских героев подаются как проявление профессионализма, решительности или вынужденная необходимость. Аналогичное поведение противоположной стороны получает уже совершенно иную моральную оценку. В результате создаётся ощущение, что главным героям позволено значительно больше просто потому, что история рассказана с их позиции.
Российским персонажам практически не дают сопоставимой субъектности, аргументации и интеллектуального веса. Они нужны прежде всего как фон, на котором американские герои должны выглядеть ещё эффективнее и внушительнее.
Из этого материала можно было сделать напряжённое противостояние двух сильных спецслужб, где обе стороны опасны, умны и обладают собственной логикой. Вместо этого сериал пока слишком часто скатывается в знакомую голливудскую схему: компетентные и почти непобедимые американцы против очередных карикатурных русских.
Если сезон продолжит двигаться в том же направлении, политический триллер окончательно уступит место дорогой антироссийской агитке.
Итак, разрабы (программисты) построили под руководством гения НЕЧТО. Источники финансирования — за кадром. Оно позволяет не только просматривать прошлое, видеть (до некоторого предела) будущее, но и замахивается на изменение этого самого будущего, в частности, втащив в него кое-что из безвозвратно потерянного в прошлом.
Вот как-то так.
И вокруг наворачивается детективный сюжет с примитивным обманом контролирующих госструктур, псевдо философскими размышлизмами, любовью и смертоубийствами.
И всё это в диковатых футуристических техно-пейзажах, представляющих этот самый чудо-аппарат. И всё осеняет монстрообразная статуя маленькой девочки, размером со статую Свободы. И персонал, все как на побор гении, делающие муравьиную работу. Некоторые начинают позволять себе размышлять о сущности своей работы, кое-кто бунтует. Когда в этот стерильный мир вторгаются грубые реалии, в виде внешних врагов (недвусмысленная Russia), вопросы решаются с помощью «специалиста по решению проблем» (умиляет его присказка «Я в тюрьму не сяду» — прелесть в сравнении с общей обильной высокоинтеллектуальной феней).
Короче, мутные трактовки научно-технических идей, маловразумительные сюжетные ходы, малоубедительная игра актёров (особенно навязчиво-безумный взгляд псевдо-мессии) — всё очень на любителя.
И ещё одно.
В сериальном мире, в нестандартных темах, неплохих идеях, хорошей актёрской игры и любопытных промежуточных сюжетах всё чаще крайне мутные концовки. Тому примеры: «Остаться в живых», «Мир Дикого Запада», возможно, что-то ещё. Попробуйте вспомнить и сформулировать, чем эти проекты заканчиваются. Здесь тот же случай.
Последние фильмы про динозавров стремятся в 80-е… Но если «Крепкий орешек» из той же эпохи все еще смешной и на злобу дня, то последний «Парк Юрского периода» и «Оук» — из серии обнять и плакать…
Начинается все как семейный фильм. Однако это не модное переосмысление ретро-эстетики на новый лад, а буквально выглядит как старые трэш-фильмы того времени: актеры отвратительно играют, персонажи хаотично что-то делают, куда-то бегут и орут. Для того чтобы зритель не уснул, добавлен некий экшен, а финал получился совсем уж наивным.
Плюсы:
* Добавили кровищи и немного вайбов ужасов. Это, пожалуй, самое хорошее, что есть в ленте. Оказалось, это авторский стиль. Удивительно, что разрешили такого плана эксперименты.
* Операторская работа и хорошо поставленные кадры радуют, но недолго. Эти находки повторяют так часто, что приедается очень быстро
Минусы:
* Почти все персонажи бесят. Поведение из серии «нам очень страшно и тут так опасно, давайте разделимся!». Пока кого-то из массовки сразу пускают в расход, главные герои шумят и бродят в ночи, но на них почему-то никто не охотится.
* Солянка из жанров, слишком много всего намешали, цельно не смотрится.
* Мне не понравилось, как выглядят динозавры. Если мелкие выглядят как ощипанные курицы и шарятся по помойкам, то почему большие травоядные тоже шерстяные и потасканные, не очень понятно
Вывод: идти смотреть, только если вы очень любите Энн Хэтэуей
Насколько гениален был первый сезон, настолько же бездарен третий
Первый сезон был оригинален, гротескная комбинация фантастики и реалий российской глубинки, тонкая пародия на фильмы типа Мир Дикого Запада и на весь пласт отечественных фильмов про ментов, тонкий юмор замаскированный под шутки 'ниже пояса'. Но главное в фильме была идея, был посыл. Чтобы фильм 'зашел' зритель должен увидеть в нем себя. В данном случае целевой аудиторией очевидно была молодежь, которая только выходит во взрослую жизнь и смутно представляет как себя в ней вести. В этом фильм несколько похож на 'Теорию Большого Взрыва', только вместо похожего на робота Шелдона, тут главную роль играет настоящий робот. Вместе с этим нелепым андроидом и чудаковатыми героями-людьми зрителям предлагалось научиться адекватному поведению в этом мире. На примере Аннны Николаевны и Насти, авторы показывали женской части аудитории, что искренность и прямолинейность наивного робота влюбляет в себя больше, чем все уловки опытной женщины. Мужской аудитории предлагалось в очередной раз задуматься над тем, что важнее собственные чувства или социально одобряемые решения. В целом весь фильм учил смотреть на вещи шире и гибче. И даже критикуемая многими концовка была не просто экшеном в стиле Терминатора, она противопоставляла благородство самопожертвования ради любимого человека со стороны Анны Николаевны и жалость ревности и зависти отвергнутого Назимова.
Второй сезон попытался развить успех первого. Для этого подошли количественно: любовный треугольник Пожарского превратили в четырехугольник, а вместо одного андроида ввели несколько. В этот раз ориентация уже была не на подростков, а на взрослую аудиторию, поэтому взрослым стало и поведение героев. Нелепые поступки сменились продуманными манипуляциями, а робкие попытки разобраться в чувствах сменились рядовой мелодрамой. Пожалуй единственным оригинальным элементом сериала стал вставший перед 'повзрослевшим' Пожарским выбор между любовью, семьей и детьми. Вкупе с попрежнему хорошей игрой актеров и оригинальным юмором, второй сезон не выглядит разочарованием. Да не так оригинален, но для сиквела вполне неплохо.
Можно ли было в таком контексте сделать достойный третий сезон?.. Видимо стоило пойти тем же путем и повышать ставки, например, отправить героев в некий моно-город, полностью заселенный андроидами, с заданием найти затесавшихся среди них преступников-людей, пользующихся в своих целях наивностью андроидов. Для любовной составляющей в этом городе могло бы оказаться несколько десятков одинаковых роботов — копий Анны Николаевны, и Пожарскому пришлось бы разбираться, любит ли он какую-то одну, всех одинаково, или никого. Это идея сходу от непрофессионала, толковые сценаристы наверняка смогли бы выжать из концепции еще один-два стоящих сезона. Но к сожалению вместо этого мы получили дешевую пародию на первый сезон. Без целевой аудитории, без посыла, без любовной линии, с рваным сюжетом и несмешными шутками. Остается порадоваться только вдвое сокращенному хронометражу, позор не был долгим…
Третий фильм эпопеи Юрия Озерова масштабно переносит зрителя в конец 1943 года, выдавая политику разных стран. Режиссёр помимо боевых сцен дарит зрителям шпионаж, подставы, чтобы оценить масштаб подкупных пособников Германии. Интересно сюжет представляет итоги Тегеранской конференции, чтобы дать Гитлеру преимущество. Опять же, кадры Сталина и Гитлера сняты монохромно, а боевые действия солдат и фронтовое командование, занимающее определённые позиции, в цвете.
Для справки режиссёр датирует события, показывая план Сталину о направлении войск на Беларусь. Картина заставляет масштабнее мыслить, погружаться не только в географические особенности местности, но и тактические действия генералов. На другом «военном поле» действиями Красной армии обеспокоен Гарри Трумэн, так как второй фронт в Европе позволял оттолкнуть немцев назад. Здесь прослеживается тонкая грань союзников, которые понимают масштаб и силу СССР, но при этом не хотят потакать амбициям Сталина. Ведь освободив белорусские земли, советские войска двинутся на Польшу, а ни Трумэну, ни Черчиллю такой исход не нравится.
Лаконично фильм дарит партизанское движение белорусского фронта, где верные ребята минируют железные дороги, строят хитрым способом плацдарм для прохода танков по болотистой местности. Всё это время зритель наблюдает за «шахматной партией» в Кремле, где так приятно появился Василий Шукшин в роли маршала Конева (предыдущий актёр, Юрий Легков, не пришёл по нраву самому маршалу). Но, пока были живы участники войны, режиссёр Юрий Озеров со всеми прихотями соглашался.
Наступательный план «Багратион» в Беларуси снят прекрасно. Зрителю передают блестящий кольцевой захват немцев силами белорусских армий. Причём боевые сцены, танковые переправы, освобождение Бобруйска и Минска, отлично сочетаются с кадрами нормальной, человеческой сцены. На примере Зои и нашего любимого капитана Цветаева нас словно переносит вне времени, показывая жалость, тоску, любовь и надежду. Масштаб этой сцены сравним с самой операций по освобождению Беларуси, так как словно из грёз, показывает человеческие отношения и заботу. Дальнейшие кадры с огнемётами фашистов бросают зрителя на бойню.
Великолепно картина передаёт эмоциональное напряжение путём союзных действий советских лётчиков и французов. Режиссёр интегрирует в действия танковой пехоты высадку в Нормандию, а также отлично показывает работу французской эскадрильи в рядах советских лётчиков. «Направление главного удара» разделяется на две части, после освобождения Беларуси, нас погружают в сомнения и споры немецких генералов. После Курской битвы доверие к действиям фюрера ослабевает, заодно митинги в Италии, побег Муссолини, чтобы вывести всё на подпольный совет.
Юрий Озеров переходит от масштабных битв, радостных возгласов мирных жителей Минска и Бобруйска к шпионажу на Восточном фронте. Здесь показаны сомнения офицеров Вермахта, которые были против подавления мирного населения. Впечатляет, что план назревал уже давно, а смена должностей (ведь Гитлер винил только командиров, не брав в расчёт силы Красной армии и союзных СССР государств), спровоцировала работу генералов, что позволило Клаусу Штауффенбергу прийти к реализации операции. Великолепно режиссёр показывает хитрый план на конференции в Растенбурге, одной из ставки Гитлера. Здесь подмечается, что последствия носили стремительный характер, показывая, как распространяется информация среди шпионов и предателей. Очередное доказательство, что в логове тирана поползли сомнения и недоверие.
Оттеснение войск на фронте и покушение в «Волчьем логове» («Вольфсшанце») свидетельствует о разобщении, о попытках сместить власть. К чему это могло привести? К мирному соглашению, если бы операция «Валькирия» прошла успешно. Другой вопрос, поднятый на рассуждение в фильме: а согласился бы Сталин на мировую? Советский лидер, сурово наказывающий предателей и лгунов, уже направивший войска на Польшу, подшучивающий над Черчиллем, дойдёт до конца. Зато непреступный щит Вермахта начинает давать трещину.
В итоге, Юрий Озеров представил не просто военный эпик, а дополнил его шпионским триллером, внутренним страхом врага и показал великолепную реакцию как фашисткой армии, так и союзников СССР на силы Красной армии.
Возможно, он вместил в эти строки своё прощение самому себе.
И Тони, кажется, тоже ищет эти главные строки, чтобы, случаем, не сжечь себя.
А пока он справляется тем, что тушит и тушит, начиная с рук.
Да уж, почему же с рук?
Наверное, связь в том, что руки являются инструментом для передачи мыслей писателя. Но, быть может, вы найдёте другую причину.
Я вот, к слову, вспоминаю эпизод из другого байопика. Про Элтона Джона.
В нем ему как раз задают попадающий в нерв вопрос: 'Кто она?'.
Герой на мели, но мелит.
И моет посуду, гасит пламя своей собственной лжи, чтобы не обжечься о правду.
Дуэль с самим собой
Как и Д’Артаньян, Тони отправился из родительского поместья. И дуэльный поединок приводит его к мушкетерам и к Д’Тревилю, берущему его на поруки.
Здесь Провинстаун, 1975 год, становится его королевским двором.
Он приезжает сюда, чтобы завоевать девушку, но вместо этого оказывается на кухне ресторана.
Кардинал тут тоже физический, но он почти не показывается, и сидит в голове героя.
И гвардейцы тут есть, строй в ножах и кастрюлях, с полчищами которых ведёт борьбу Тони.
Его противник — не злой начальник, не соперник, а он сам. Собственная неспособность быть честным, ложь, которую он так старательно плетёт, чтобы казаться тем, кем он не является.
Фантазия?
Его сон: очаровать Констанцию не реальными подвигами, а фантазией, которая для всех, очевидно, равна явному вранью.
Тони врёт, что получил престижную писательскую стипендию. Он врёт о своих успехах. Он врёт о себе.
Но на кухне ложь не работает.
Здесь всё измеряется не словами, а делом. Горячие сковороды, острые ножи, крики поваров — эта стихия не прощает позёрства. И Тони, который привык быть тем, кто наблюдает, вынужден стать тем, кто действует. Его «дуэль» превращается не в схватку с врагами, а в поединок с собственной выдумкой.
Сгоряча в самое сердце
Мэтт Джонсон показывает нам фильм-сочинение, 'Как я провел лето', выдавая в зрительный зал фонари под глазом, чтобы накалить атмосферу еще больше, для этого ему не хватает даже метафоричной горящей плиты.
Потому что кухня здесь — женское место, в котором хозяйничают те, кто пока не обрёл опыта, что такое быть мужчиной.
И потому они выдают лишь фастфуд.
Но тут все мы чувствуем страсть, которую бесполезно сдерживать.
Так что, скорее всего, мы видим то, как можно справляться или не справляться со своими желаниями.
Выловим идею
«Тони» — фильм о том, как желания запускают пламя. И о том, что настоящий подвиг не в том, чтобы завоевать девушку, а в том, чтобы решиться на правду.
Тони не становится писателем в этом фильме. Но он находит фирменное блюдо, которое надо тушить ДЛЯ, а не ВМЕСТО.
Д’Артаньян стал мушкетёром не потому, что уехал в Париж, а потому что переплыл Ла-Манш.
Тони становится собой не потому, что научился обращаться с кухней, а потому что заметил, что он слишком много извел воды.
Многие считают аниме «Хочу съесть твою поджелудочную» обычной повседневной драмой, а завязку с неизлечимой болезнью — слишком предсказуемой. Но сила картины именно в её философии: это не просто история о трагедии, а размышление о ценности каждого дня. Аниме мягко подводит к мысли, что смерть неизбежна, и потому важно проживать время осознанно и полно. При этом лента не давит безысходностью, а балансирует между светлой грустью и тихим вдохновением, показывая, что даже короткий путь может быть по-настоящему значимым.
Особенно впечатляет художественная сдержанность: приглушённая цветовая палитра, деликатная музыка и внимание к деталям подчёркивают хрупкость момента и глубину переживаний героев. В аниме почти нет громких сцен — самые сильные эмоции рождаются из тишины, из обычных разговоров и мелочей, на которые мы в жизни редко обращаем внимание. Это аниме заставило пролиться мужскую слезу — и не из-за пафосных поворотов, а из-за той самой тихой, пронзительной правды о том, как непросто ценить каждый миг.
По настроению и интонации аниме во многом близко к творчеству Макото Синкая: в нём так же остро ощущается течение времени, чувствуется напряжение между героями и тихая, пронзительная грусть. Благодаря этой искренности лента выходит далеко за рамки типичной школьной драмы и оставляет сильное, долгое впечатление.
