...из книги «3500 кинорецензий»

Двадцатый век

Novecento, 1976
Информация о фильме »
* Внимание! Рецензия может содержать спойлеры. Будьте осторожны.
02.12.2008
Сергей Кудрявцев 9/10
Исторический кинороман

Гигантская фреска Бернардо Бертолуччи повествует о судьбе двух итальянских семей — Далько и Берлингьери, крестьян и помещиков — на фоне бурных событий XX века. Многие зрители и критики восприняли эту картину молодого итальянского маэстро (а ему было только тридцать шесть лет) как политически ангажированное произведение. Подчас мнение о «Двадцатом веке» складывалось на основе того или иного отношения к его идеологическим и социальным аспектам — грубо говоря, зависело от реакции на красные флаги, развевающиеся на экране тут и там.

Грех буквалистского подхода к творениям Бертолуччи проявился в оценке его предыдущей работы «Последнее танго в Париже», в которой видели только эротическую, скандальную историю, не замечая общественно-политического смысла поведанной режиссёром философской притчи. С «Двадцатым веком» всё случилось в точности наоборот. Ленту анализировали с политической точки зрения, не желая обращать внимание на метафорический стиль повествования, не соответствующий ни традициям итальянского веризма и его кинематографическому эквиваленту в двух картинах Лукино Висконти («Чувство», «Леопард»), ни тем более — канонам социалистического реализма, к коим Бернардо Бертолуччи упрямо пытались привязать отечественные идеологически подкованные киноведы. А он отнюдь не изменился в угоду критикам-коммунистам, которые резко осудили его за «Последнее танго в Париже». Бертолуччи остался самим собой в иносказательной, порой лукавой эпопее, напоминающей, скорее, басню о превратностях человеческой судьбы в круговороте истории.

То, что в монологичной, сжатой, лаконичной форме выражалось им в фильмах «Стратегия паука», «Конформист» и «Последнее танго в Париже», запечатлено уже в диалогичной, романной структуре в «Двадцатом веке» и позже в «Последнем императоре». Человек — кто он? Личность или винтик? Строитель собственной судьбы или марионетка в руках невидимого демиурга, как бы тот ни назывался: История, Вечность или Бог? В самом последнем кадре постаревший Альфредо, отпрыск хозяйского рода Берлингьери, вновь становится ребёнком, лежащим между рельсами, по которым, как в 1908 году, проходит поезд с красными флагами. Цикл замыкается — всё может начаться сначала. И от самого человека зависит: как на этот раз сложится его судьба, сможет ли он найти себя, выстоять в противоборстве с бесконечным потоком времени, символом которого является роющий землю крот?

Название Novecento имеет двойной смысл — не только «Двадцатый век», но и «1900», то есть исходная точка, отправной пункт, начало столетия. Хотя эта работа отражает всё-таки субъективный, психологический подход Бернардо Бертолуччи к концепции исторического времени, представляя собой как бы вариант прустовского романа-интроспекции «В поисках утраченного времени». Поэтому рекордная, более чем пятичасовая продолжительность ленты (в США она была сокращена на 73 минуты, эта же англоязычная версия выпущена и в нашем прокате) — не прихоть, а художественная необходимость.

1978/1989

на страницу фильма