всё о любом фильме:
Новости

Венеция-2013: 13 самых интересных фильмов по версии КиноПоиска

В пятницу, 13 сентября, мы представляем вам чертову дюжину фильмов, которые нам открыл 70-й Венецианский кинофестиваль. Это не артхаусные экзерсисы, которые трудно даются обычному зрителю, а картины, которые могут смотреть все.

Жюри под руководством Бернардо Бертолуччи в этом году вынесло крайне странное решение, выделив документальную ленту Джанфранко Рози «Священная Римская кольцевая». Она является как бы спутником каннского конкурсанта — ленты «Великая красота» от Паоло Соррентино, повествовавшей об увядающем аристократическим Риме. Но если Канн не заметил роскошный фильм итальянца, то Венеция потрафила соотечественнику. Также фестиваль предпочел наградить вторичную греческую ленту, инсталляцию Цая Минляна и псевдовестерн итальянки Эммы Данте «Улица в Палермо». Останутся эти фильмы в истории или нет, покажет время. Мы же предлагаем вам запомнить 13 картин, стоящих вашего внимания, несмотря на отсутствие у них наград. Более того, многие из представленных ниже фильмов вообще демонстрировались вне конкурса или же в параллельных программах, но от этого не стали менее любопытными.

«Вторжение к Бергману»

Дом Ингмара Бергмана на острове Форё до сих пор громко отпугивает всех, кто пытается приблизиться к нему, жутковатой записью. Несмотря на это, место проживания режиссера привлекало сотни тысяч киноманов, а кинокритики Яне Магнуссон и Хюнек Паллас решили привезти туда известных режиссеров и поговорить с ними о влиянии Бергмана на их творчество. И вот уже Михаэль Ханеке снимает скромное убранство дома на айфон, Томас Альфредсон роется в видеокассетах Бергмана («Надо же, он взял в прокате „Крепкий орешек“, но так и не сдал!»), а Мартин Скорсезе вспоминает, как в детстве бегал на «Лето с Моникой». Ироничный и грустный фильм, восстанавливающий карьеру Бергмана, смотрится как хороший триллер или комедия — в нем есть место всему. Но самым забавным оказывается Ларс фон Триер, рассуждающий о великом режиссере с совершенно непривычной стороны. «Да ну его в жопу, этого Бергмана! — расстроенно бросает в финале постановщик «Меланхолии». — Я столько лет пытался навести с ним контакт, а он созванивался только с Винтербергом! И, главное, Винтерберг всего один фильм его видел

«Гравитация»

Альфонсо Куарон не зря потратил пять лет на эту картину. Во-первых, он наконец-то показал, как нужно пользоваться форматом 3D, заслужив даже комплименты Джеймса Кэмерона, а во-вторых, оказывается, зрителя можно заставить сгрызть ногти, только показывая, как Сандра Буллок пытается выжить, мягко говоря, в недружелюбных условиях космоса. Оператор Эммануэль Любецки дотошно фиксирует своей волшебной камерой малейшее изменение лица Буллок, а композитор Стивен Прайс вдавливает вас в кресло своими аккордами. По мнению многих аналитиков, Венецианский кинофестиваль давно не открывался такой сильной картиной, а по мнению критиков, о космосе так пронзительно и страшно уже давно не снимали.

«Джо»

Джо Рэнсом (первая за долгое время по-настоящему удачная роль Николаса Кейджа) — человек с непростым прошлым, с буйным темпераментом, волк-одиночка. Паренек Гэри (постоянно удивляющий молодой актер Тай Шеридан) — старающийся вырваться из глухой и беспросветной жизни с отцом-алкоголиком подросток. Гэри просит Джо дать ему работу, и так встречаются два одиночества. Джо попытается защитить Гэри от жестокого старика, но цена окажется слишком высокой. Дэвид Гордон Грин с головой уходит в независимое кино, привлекая к малобюджетным авторским картинам как звезд вроде Кейджа, так и непрофессиональных актеров, найденных буквально на улице. В «Джо» у него получается создать натянутую как струна историю про обычных людей — звенящую и пронзительную.

«Лок»

Бородатый мужчина (Том Харди) выходит со стройки, снимает заляпанные бетоном сапоги и садится в машину. Ближайшие полтора часа зритель будет видеть только его, ночную дорогу и отражения в автомобильных стеклах, пока главный герой Айван Лок будет разговаривать по телефону с женой, коллегами, таинственной женщиной в Лондоне, к которой он едет из Бирмингема. Можно ли за 90 минут потерять все — работу, семью, стабильную жизнь? Всегда ли правильное решение оказывается наилучшим? Тому Харди удается справиться со сложнейшей задачей — удержать зрительское внимание исключительно собственной бородой и голосом с валлийским акцентом, болтая о бетоне, о своих ошибках и успокаивая расстроенных женщин.

«Мы — лучшие!»

Когда тебе тринадцать, хочется бунтовать — против скучных родителей, идиоток-одноклассниц, заносчивых старшеклассников и ненавистного физрука. На дворе начало 1980-х, и две подружки — закомплексованный очкарик Бобо и задира Клара — находят выход в любимой панк-музыке. Они организуют группу и берут к себе под крыло скромную католичку Хедвиг (потому что та умеет играть на гитаре), попутно отстригая тихоне белокурые локоны и всячески раскрепощая ее. Их дружбе и им самим предстоит проверка на прочность, но в глубине души девочки знают: они лучшие! Лукас Мудиссон снял трогательное и светлое кино, которое говорит на одном языке не только с ностальгирующими по своей юности сорокалетними, но и с любым подростком на земле.

«Натюрморт»

Жизнь Джона Мэя (Эдди Марсан) не отличается разнообразием. Каждый день он надевает один и тот же костюм, берет один и тот же кейс и идет в свой кабинет, где нет места хаосу. Джон скуп на эмоции и жесты, но, возможно, это связано с его профессией. Уже 22 года мистер Мэй разыскивает родственников умерших в одиночестве людей, а не обнаружив таковых, проводит покойников в последний путь. Уберто Пазолини снял тихое кино о тихой жизни тихого человека, который делает очень важное дело: хранит память о тех, о ком уже никто не помнит. Фильм разобьет сердце чувствительного зрителя и смягчит даже самого закоренелого циника. Эдди Марсан филигранно передает своего персонажа — одинокого человека со стремлением к порядку. Удивительно, что при этом его герой не страдает от одиночества. Он просто не умеет жить иначе. И Марсан, будучи одним из ярчайших характерных актеров современности, не берет ни единой фальшивой ноты в этой трогательной и полной человечности истории.

«Побудь в моей шкуре»

Возвращение клипмейкера Джонатана Глейзера в кино после не понятой многими драмы «Рождение» оказалось как минимум ярким, как максимум — триумфом. Напялив на блондинку Скарлетт Йоханссон черный парик, одев ее в дешевую блузку, волосатую куртку и джинсы-варенки, Глейзер выпускает свою актрису на просторы Шотландии, забрасывая в супермаркеты и дискотеки. Все съемки проводятся скрытыми камерами, поэтому вокруг не статисты, а настоящие люди, не подозревающие, кто перед ними. Точно так же герои фильма не подозревают, кто скрывается под обольстительной внешностью героини, и легко отзываются на предложение подвезти. Всех мужчин, попавших на удочку соблазнительницы, ждет страшная участь, но, в конце концов, инопланетянам нужны деликатесы, а нам нужны фильмы, от которых впадаешь в прострацию и завороженно смотришь на экран.

«Почему ты не играешь в аду?»

Режиссер-киноман со своими друзьями еще с подросткового возраста снимает фильмы. Думаете, герои становятся популярными кинематографистами? Увы, по версии Сиона Соно, далеко не все киноманы превращаются из любителей в профессионалов. Режиссер «Почему ты не играешь в аду?» заставляет своих персонажей в будущем проводить время в закрытом кинотеатре за просмотром нелепых нетленок. И только благодаря разборкам якудза съемочная группа получит возможность снять фильм своей мечты. Весело, бойко, кроваво и про кино — как можно устоять?

«Теорема Зеро»

После какого-то момента судить фильмы Терри Гиллиама становится невозможно. Кажется, он уже сказал все, что только хотел. Корпорации пожирают мир. Ручные поделки продаются все труднее, зрителю интереснее штамповка. Но старик Гиллиам упорно тянет свое — и вот результат. «Теорема Зеро» — это, пожалуй, его лучшее кино за долгое время, такое рукотворное и в завитушках, настоящий самопал (в хорошем смысле этого слова). Снятый за смешные деньги в Бухаресте, фильм повествует о математике (Кристоф Вальц), который ждет звонка свыше с объяснением смысла жизни. Параллельно герой бьется над разгадкой теоремы, которую пока никто не решил. Казалось бы, смысл жизни заключается во влюбленной в тебя красавице блондинке, но не таков герой Вальца. У него все не так, как у людей. И в этом он такой же, как и сам Гиллиам. Он не снимет вам кино про супергероев, зато заставит Мэтта Дэймона слиться с обивкой кресла и попросит Дэвида Тьюлиса надеть дурацкий костюм. Дорогого стоит.

«Том на ферме»

Канадский вундеркинд Ксавье Долан продолжает совершенствоваться и получает за свой четвертый фильм приз FIPRESCI от кинокритиков на Венецианском фестивале. И пусть жюри упорно делает вид, будто фильма не было. Он есть. Душераздирающий, немного театральный двухчасовой рассказ о блондине Томе, прибывшем похоронить своего любовника на отдаленную канадскую ферму. Деспотичный старший брат заставляет Тома молчать о сексуальной ориентации покойного ради матери. Героя Ксавье постепенно накрывает стокгольмский синдром, что кажется, будто он уже никогда не выберется из этого захолустья и останется пленником воспоминаний. Работу Долана сравнивают с фильмами Хичкока и экранизациями романов Патриции Хайсмит, а он сам в ответ только смеется и рассказывает, как трудно было ходить с длинными кудряшками.

«Пало-Альто»

Школьная вечеринка, на которой сходятся и расходятся пути двух влюбленных тинейджеров. Главный фрик в классе, безотказная блондинка в поисках настоящей любви, романтичный длинноволосый художник, скромная и запутавшаяся старшеклассница, любвеобильный тренер девичьей футбольной команды — их пути пересекаются, чтобы в итоге после многих ошибочных поворотов девочка с мальчиком все-таки нашли друг друга. Продолжательница именитой кинодинастии Джиа Коппола взяла за основу «Пало-Альто» одноименный сборник рассказов Джеймса Франко, сплела тонкую и атмосферную историю, позвала на главные роли друзей (невероятно органичного сына Вэла Килмера, Джека, и талантливую Эмму Робертс), не забыла и про самого Франко (образ неравнодушного к школьницам физкультурника ему очень к лицу) и выдала фильм, похожий на лучшие образцы подросткового кино 1970-х и 1980-х.

«Убей своих любимых»

Дэниэл Рэдклифф продолжает работать над собой и выбирать неоднозначные роли, на этот раз воплощая на экране образ одного из главных американских поэтов XX века — Аллена Гинсберга, когда тот еще был желторотым первокурсником Колумбийского университета. Ему помогает внушительный ансамбль молодых звезд: томный Дэйн ДеХаан играет капризного и эксцентричного Люсьена Карра, в которого Гинсберг сразу же влюбится; Бен Фостер — экспериментирующего с наркотиками Берроуза; Джек Хьюстон — фонтанирующего энергией Джека Керуака, а Элизабет Олсен — приземленную подружку Керуака, Эди Паркер. Режиссер-дебютант Джон Крокидас играючи создает атмосферу, в которой формировались будущие легенды американской литературы, напоминая нам, что и они когда-то были обычными студентами с соответствующими переживаниями.

«Филомена»

В 1950-х в Ирландии царили строгие нравы, и юной Филомене, забеременевшей в результате случайной внебрачной связи, приходится уйти в монастырь и тяжелым трудом искупать свой «грех», а ее маленького сына настоятельницы отдают приемным родителям из Америки. Спустя полвека Филомена (Джуди Денч, которая получит за эту роль не одну номинацию), ни на минуту не забывавшая о сыне и безуспешно пытавшаяся его разыскать, попросит помощи у журналиста Мартина Сиксмита (по совместительству один из авторов сценария Стив Куган). Вместе они отправятся в путешествие в Штаты, которое удивительным образом приведет их туда, откуда все началось. Будучи основанной на реальных событиях, история Филомены не понравится разве что отъявленному цинику, тогда как большинство зрителей со слезами на глазах будут негодовать из-за вопиющей несправедливости судьбы, восхищаться стойкостью и широтой души главной героини и наслаждаться блестящим британским юмором.

Читайте также
Интервью Летчик-космонавт о «Пассажирах»: «В „Гравитации“ ошибок больше» Летчик-космонавт Александр Александров посмотрел «Пассажиров» и объясняет, за что фильм можно похвалить.
Статьи Масло и импровизация: Методы Бернардо Бертолуччи Лишение гражданских прав, двушечка и обвинения в насилии над женщинами — все это следствия необычного творческого метода режиссера «Последнего танго в Париже».
Новости Бернардо Бертолуччи заставили объясниться из-за сцены в «Последнем танго в Париже» Обвинения в психологическом насилии над актрисой Марией Шнайдер вынудили пожилого режиссера рассказать подробности съемок своего фильма.
Комментарии (50)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...