Материал не предназначен для читателей младше 18 лет.
В издательстве «Фантом Пресс» и в Яндекс Книгах вышел роман «Стеклянный дворец» самого обсуждаемого в мире индийского автора Амитава Гоша. В своих книгах он ведет летопись индийской истории, самых мрачных и неприглядных ее сторон, говорит о том, что не входит в школьные курсы по географии, показывает, как колонизировали разные части Индии. Однако все это он переносит в художественную форму, которая не может не увлечь: его герои теряют всё и обретают заново, они хотят бороться за счастливое будущее, но пока могут лишь сражаться за чужие флаги, попадая под каток империй и великих перемен. О том, как читать Амитава Гоша, рассказала Анна Карабанова.
Анна Карабанова
Переводчица, автор Telegram-канала «Индийская библиотека»
Путь выдающегося индийского писателя Амитава Гоша к российскому читателю оказался причудлив. Первыми на русском языке появились тома его знаменитой «Ибисовой трилогии», написанные Гошем в зените карьеры, когда он уже приобрел мировую известность как автор исторической прозы. Вышедший следом «Оружейный остров» со своей яркой экологической повесткой казался шагом в сторону от насыщенного повествования к политическому памфлету. Русский перевод «Стеклянного дворца», который Гош написал почти за 20 лет до «Оружейного острова», думается мне, куда лучше раскрывает творческую манеру Гоша и наглядно показывает, что он писатель на редкость цельный, обозначивший свои основные темы и подходы уже в ранние годы.
Впрочем, назвать «Стеклянный дворец» ранним произведением было бы неверно. Гош дебютировал с романом «The Circle of Reason» в 1986 году — это время, когда индийскую литературу в англоязычном мире уверенно представлял магический реализм Салмана Рушди. Влияние Рушди заметно в первой книге Гоша, заслужившей лестные сравнения с «Детьми полуночи» и «Стыдом». Однако уже в следующем романе («The Shadow Lines», 1988) Гош оставил рушдиевские приемы позади, и начиная с этого текста в его прозе начали проступать дальние границы Британской империи, возле которых Гош теперь будет селить большинство своих героев.
Действие «The Shadow Lines» и вышедшего за ним «The Calcutta Chromosome» (1995) посвящено родной писателю Бенгалии и тем эпизодам ее истории, которые редко попадают в большие постколониальные нарративы — от исследования малярии на задворках Калькутты до повлекшего огромные жертвы раскола провинции, когда Восточная Бенгалия вошла в состав Пакистана. Уже в «The Calcutta Chromosome» заметен интерес писателя к тому, как на политическую власть могут оказывать влияние внечеловеческие, природные факторы: малярийный паразит имеет в сюжете собственную странную субъектность. В прозе Гоша последних лет, особенно в произведениях нон-фикшена («The Nutmeg Curse», 2021; «Smoke and Ashes», 2023), объекты природного мира выступают равноправными соучастниками исторических событий в Индонезии и Китае.
Вышедший в 2000 году «Стеклянный дворец» уводит действие еще дальше, вглубь имперской ойкумены и в значительной степени посвящен событиям, связанным с аннексией Британией Королевства Бирмы (ныне — Мьянма) и изгнанием последнего короля Тибо в Индию в 1886 году. Стеклянным дворцом называли самый красивый зал королевской резиденции в столичном городе Мандалай. Ни Тибо, ни его супруга, королева Супаялат, больше не вернулись на родину, как и их старшие дочери, рожденные в столице. А вот младшие, появившиеся на свет в ссылке, впоследствии смогли осесть в Бирме, когда та стала уже совсем иной страной.
История бирманской королевской семьи, рассказанная Гошем с глубоким сочувствием и множеством важных подробностей, выступает удобной хронологической канвой, которая позволила связать единой нитью почти равное количество бирманских и индийских персонажей. Главная бирманская героиня — Долли, девочкой взятая в прислужницы во дворце. Она отправляется в ссылку вместе с королевской семьей. Перед началом их скорбного путешествия Долли сталкивается с индийским мальчиком по имени Раджкумар, одним из многочисленных бедняков, скитавшихся по процветающей Бирме в поисках заработка. Очарованный красотой девочки, Раджкумар запоминает ее на всю жизнь.
Пока Долли покорно несет тяготы ссылки в индийском городе Ратнагири, Раджкумар поднимается на ноги, занимаясь обработкой и продажей тикового дерева при поддержке своего старшего товарища Саи Джона. Когда спустя годы они встретятся вновь, Раджкумар обратится к Долли уже как жених. В организации брака помогут местный администратор и его увлеченная жена Ума Дей. Отныне их жизни и их семейств будут навсегда переплетены друг с другом. У Долли и Раджкумара родятся двое сыновей. Нил возьмет на себя тиковый бизнес отца, а замкнутый Дину найдет увлечение в фотографии. Сын Саи Джона, Мэттью, устроит огромное каучуковое поместье в Малайе, там же вырастет и его дочь Элисон. Овдовевшая Ума станет политической диссиденткой и посвятит всю жизнь борьбе за грядущую независимость Индии. Ее подросший племянник Арджун попытается идти другим путем: он сохранит верность империи и долгое время будет гордиться тем, что его принимают в ряды Британской армии. И, только попав на военную базу в Малайю незадолго до японского вторжения в Бирму во время Второй мировой войны, он увидит напрасные, никем не оплаканные смерти своих соотечественников и будет вынужден наконец решить, кому он на самом деле служит — короне или народу.
Бирманская и индийская линии неразрывно связывают всех героев романа воедино, с первой встречи Долли и Раджкумара в Мандалае до рождения в Рангуне их внучки Джайи от брака Нила с племянницей Умы, Манджу. Через их личные истории Гош ведет летопись великих перемен, сотрясших индийский субконтинент в ХХ веке, а в последних главах вновь обращается к образу стеклянного дворца, возможно, напоминая, что мир, созданный на обломках Британской империи, по сей день остается весьма хрупким.
«Стеклянный дворец», как и другие романы Гоша, расширяет представления о периоде колониального правления в Южной Азии. Он переносит место действия из центра на глубокую периферию, демонстрируя, как происходящие там события необратимо меняли ход истории. Аннексия Бирмы, японское вторжение в Рангун кажутся мелкими, проходящими эпизодами в преддверии раздела Британской Индии, повлекшего за собой великое переселение народов и неисчислимое количество смертей.
Амитав Гош ставит нас вплотную перед неудобным фактом: британцы захватили процветающую Бирму, а оставили после себя одну из самых бедных и нестабильных стран на всем субконтиненте.
Нищий индиец Раджкумар именно в Бирме выбивается в люди, а потом бежит из нее во время Второй мировой, предвидя грядущее падение. История Бирмы в интерпретации Гоша не оставляет иллюзий относительно безнравственности колониальной политики. Собственно, об этом писал еще Оруэлл в «Днях в Бирме»: «Дорогой доктор, а в чем же здесь наши цели, кроме воровства? Ведь все столь очевидно. Чиновник держит бирманца за горло, пока английский бизнесмен обшаривает у того карманы».
Гош обращает чуть больше внимания на то, что это было за воровство: драгоценное тиковое дерево и нефтяные запасы привлекли к себе корыстный интерес и всего за несколько десятилетий привели страну к полному истощению. При этом нельзя не отметить нежность, с которой Гош пишет о совместной жизни слонов и сборщиков древесины; страницы, посвященные их отношениям, — одни из самых проникновенных в романе. Куда более жестким выглядит описание эксплуатации другого экологического ресурса — каучуковых плантаций в Малайе. В отличие от традиционного бирманского промысла, каучуковый бизнес выглядит инородным и враждебным самому лесу; прогулки среди похожих на клоны деревьев видятся жуткой антиутопией, предрекающей неизбежную гибель всех виновников катастрофы.
Таким образом, в «Стеклянном дворце» начинает звучать, пожалуй, главный вопрос всей прозы Гоша: каким образом в колониальные отношения были вовлечены не только люди и государства, но и целые экосистемы, и насколько мы осознаем их последствия для всего мира?
