«Зов ада»: инфернальный сериал, в котором демоны — это мы

Обсудить0

Новый корейский хит Netflix — хоррор-сериал про апокалиптическую секту, демонов, массово хватающих прохожих, и медийную истерию. Но его невероятно увлекательный сюжет играет злую шутку со зрителем.

Василий Степанов

Кинокритик, главный редактор журнала «Сеанс»

Одним погожим солнечным днем в корейский кафетерий с капкейками и милкшейками, сломав свежевымытую витрину, ввалилась троица посланцев ада, больше похожих на трех злых Халков. Эти мускулистые ребята мгновенно выделили из толпы паникеров одного обреченного. Тот и сам знал, что проклят — об этом ему какое-то время назад поведало призрачно-бледное лицо с горящими угольками глаз: назвало имя, фамилию и время отбытия в преисподнюю. И все же он попытался увильнуть, но не тут-то было. Несчастного догнали, скрутили, побили, покусали и под конец сожгли белым пламенем; судмедэкспертам, прибывшим на место трагедии, осталось только собрать пепел, а следователям — недоумевать. По хлынувшим в сеть записям смартфонов получалось, что ловить им особо некого: с демонами это, пожалуй, не к правоохранительным органам, а в небесную канцелярию и к Константину, повелителю тьмы.

Новый корейский чемпион по просмотрам домохозяйств на Netflix стартует как типичная городская страшилка. Надеюсь, такими до сих пор делятся дети в детском саду. По-своему чистый саспенс: красная рука, черная простыня, гроб на колесиках едет за тобой. Могильное лицо, появляющееся, когда ему заблагорассудится, и безразлично предвещающее гражданам путешествие в ад, включает обратный отсчет с точным указанием дедлайна.

Но, в отличие от детских страшилок, «Зов ада» поразительно, даже можно сказать, намеренно нестрашный именно с мистической точки зрения. Демоны-качки похожи скорее на дворовых гопников, чем на паранормальных существ. Начав с них, вебтун, по которому его автор Ён Сан-хо и поставил сериал для Netflix, стремительно разворачивается в сторону социальной критики. Факт проклятия становится предметом торга: кто-то продает прямую трансляцию своего отбытия в ад, кто-то берет микрозайм на незаметный уход.

Корейцы уже давно приучили нас к тому, как делать жанровое кино политическим. Достаточно перечислить из последнего: и «Пылающий», и «Паразиты», и даже «Поезд в Пусан» того же Ён Сан-хо были не просто триллерами и хоррорами, но и в известной степени явлением из области социальной критики. Не факт, что корейский и западный зритель видят в этих фильмах одно и то же, но звериный оскал капитализма и социальных медиа у всех в целом одинаковый. «Зов ада» при всех своих мистических данных (обещающее смерть жуткое лицо в потолке будет пострашнее голосового сообщения на ту же тему в «Звонке») пугает не демонами или неотвратимостью кары, а скорее, реакцией на это самых обычных людей. И самого обычного общества, не готового к неожиданностям подобного рода.

Ён Сан-хо правдоподобно показывает, как на волне отснятых и выложенных очевидцами «проклятий» и «изгнаний» укрепляется авторитет секты «Новая правда» под управлением харизматичного лидера Чон Джин-су (его играет знакомый зрителям по «Пылающему» Ю А-ин). Секта требует от человечества публичного покаяния в грехах и упивается своей властью. Как политический триллер и исследование пропагандистских методов «Зов ада» работает хорошо, так что хроника превращения апокалипсиса в профит показана вполне достоверно. Вот от «Новой правды» отделяется еще более радикальный сектор «Стрела», куда уходят самые активные сектанты, проповедующие бейсбольными битами покорность божьему гневу; вот прямые трансляции расправ над грешными душами по интернету; вот уже появляется и веб-приложение для покаяния. Механика становления новой религии и политические тонкости внутренней борьбы за души занимают режиссера явно больше мотивов высших сил, вдруг решивших поглумиться над смертными.

Зрителю не составит труда развить метафору «Зова» и поискать соответствия в окружающей его реальности. Демоны, которые без видимых причин выбирают жертв из толпы незнакомцев, — типичный «черный лебедь» (пришла беда, откуда не ждали), ничем не лучше COVID-19. Мистическое явление — тот же вирус, и человеческому мозгу хочется подобрать к нему рациональные ключи (карантины, санитайзеры, вакцины, вера в лучшее), но получается так себе. В конце концов, пройдя все стадии принятия, героям сериала остается только смириться, пустить процесс выдачи путевок в ад на самотек.

Проблема у «Зова ада», в сущности, одна — формат. Ён Сан-хо делит свой сериал на две равные части: первые три серии — история публичного проклятия бедствующей матери-одиночки (тут, кажется, упакована важнейшая для Кореи проблема разводов и внебрачных связей), которая пытается обеспечить будущее для детей; последние три серии — сюжет с проклятием младенца, которое так трудно осмыслить даже фанатикам. Во время просмотра невольно думаешь, что, будь Netflix поскромнее, получился бы отличный двухсерийный фильм: чуть меньше гротескно-комичной игры актеров и нелепых пробежек демонов-культуристов. Но тут неизбежно начинаешь задумываться о том, что же там есть еще, и приходишь к выводу, что «Зов ада» представляет собой набор страхов современного человека: кредиты, смерть, фейк-ньюз, конспирология.

Эти страхи Ён Сан-хо обыгрывает через жанровые клише. Конструируя свое нравоучение, он задействует их столь активно, что голова идет кругом: это производственная драма из жизни современных медиа или мистический хоррор? Триллер про маньяка или полицейский процедурал?

Всё сразу и ничто из этого по отдельности, мешанина. Знаки, которые не требуют интерпретации. Самым явным образом на эту непрозрачность концепции указывают люди в масках, которые сидят в первых рядах на публичных изгнаниях. Что это за тайные важняки? Экран не дает ответа, но маска пугает сама по себе, как символ недоступных обывателю хитросплетений политической игры. В этой незавершенности, подвешенности буквально всех конфликтов, пожалуй, главная слабость «Зова». Потому что после просмотра только и остается, что думать: что же действительно всем этим нагнетанием ужасов современной жизни хотел сказать автор? Но он, как и бог, не желает давать никаких ответов. Сами думайте, где согрешили и за что расплатились шестичасовым просмотром.

Обычный Парень меняет ход игры: экшен-комедия с Райаном Рейнольдсом и Тайкой Вайтити теперь в подписке
В главных ролях:Райан Рейнольдс, Джоди Комер, Лил Рел Ховери
Режиссер:Шон Леви
Смотрите по подписке
Смотреть

Смотрите также

На Netflix стартовал сериал «Зов ада». А что интересного, кроме него и «Игры в кальмара», сняли в Корее в этом году?
Сериалы

На Netflix стартовал сериал «Зов ада». А что интересного, кроме него и «Игры в кальмара», сняли в Корее в этом году?

19 ноября 20219
Почему корейская «Игра в кальмара» попала в нерв современного общества
Сериалы

Почему корейская «Игра в кальмара» попала в нерв современного общества

12 октября 202177
Семь пасхалок «Паразитов»
Как это смотреть

Семь пасхалок «Паразитов»

15 сентября 20217
15 ожидаемых корейских сериалов года
Сериалы

15 ожидаемых корейских сериалов года

13 января12

Главное сегодня

Онлайн-кинотеатр

Как создавали мир «Этерны»

Сегодня2
Как создавали мир «Этерны»
Какие сериалы мы ждем в 2022 году
В предыдущих сериях

ПодкастКакие сериалы мы ждем в 2022 году

Сегодня0
За что мы ценим сериал «Засланец из космоса»
Сериалы

За что мы ценим сериал «Засланец из космоса»

Сегодня5
Почему «Лакричная пицца» не то, чем она кажется
Мнение

Почему «Лакричная пицца» не то, чем она кажется

Сегодня15
Что посмотреть дома? Советуют Сергей Горошко, Оксана Карас и Александр Невский

Что посмотреть дома? Советуют Сергей Горошко, Оксана Карас и Александр Невский

Вчера14
Что происходит в прокате: в Америке любят «Крик», в России — британских суперагентов
Сборы

Что происходит в прокате: в Америке любят «Крик», в России — британских суперагентов

Вчера5
Netflix отчитался за 2021 год и раскрыл планы на 2022-й. Самое важное

Netflix отчитался за 2021 год и раскрыл планы на 2022-й. Самое важное

Вчера8
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт