Как создавались визуальные эффекты в фильме «Вратарь Галактики»

По сюжету фильма в недалеком будущем из-за межгалактических войн Луна разрушена, и это катастрофически повлияло на климат Земли: в Москве теперь тропики, в Нью-Йорке — вечные льды. Чтобы хоть как-то спасти планету, человечество использовало биотехнологии, а чтобы отвлечься от горестей — спортивную игру космобол, в которую играют всей Галактикой. И мало кто знает, что настоящая миссия космобола — предотвратить очередную войну. Загадочный злодей Черно, заточенный на Земле после поражения в одной из битв, вынашивает коварные планы по уничтожению Галактики, и только атлеты-космоболисты могут ему противостоять. Все это и обрушивается на скромного землянина Антона (Евгений Романцов), который, кажется, единственный на планете не интересовался космоболом. Но так как у Антона внезапно открылись суперсилы, необходимые для того, чтобы стать атлетом, то спасать мир придется именно ему.

Работа над фильмом началась еще в 2014 году. Стали появляться первые наброски сценария, и на этом этапе подключилась наша компания: мы начали рисовать концепты, делать черновые раскадровки самых первых сцен. Изначально «Вратарь Галактики» был рассчитан на более взрослую аудиторию. Планировался такой мрачный фильм в жанре традиционного постапокалипсиса, где много крови и жестокости. Но постепенно режиссер и продюсер Джаник Файзиев стал понимать, что вряд ли нишевое кино для взрослой аудитории получится сделать таким масштабным, и принял решение снять семейное кино, рассчитанное на всех, чтобы оно окупилось в прокате.

Финальная версия сценария появилась в 2017 году, и у нас уже были разработаны почти все эскизы, то есть к моменту съемок мы знали, как будут выглядеть персонажи и виртуальные декорации. Весь инопланетный мир ведь снимался на хромакее, и нам нужно было очень хорошо представлять, какую картинку нужно получить в итоге.

Мы смоделировали черновик декораций в 3D, в котором проводили все измерения. Чтобы избежать ошибок, мы даже специально разработали систему дополненной реальности, которая позволила уже на площадке смотреть на плейбэке, как виртуальная декорация выглядит с разных ракурсов.

Съемки начались в 2017 году, и с точки зрения компьютерной графики они были самыми сложными для нашей студии. Во-первых, все снималось в огромном хромакейном павильоне, где нужно было следить, чтобы этот хромакей всегда был достаточно синим и хорошо освещенным. Во-вторых, мы снимали с технологией motion capture прямо на площадке для создания компьютерных персонажей. Для комбинированных съемок команды амазонок мы использовали другую технологию — motion control. Часто для контактных эффектов мы снимали действие на несколько камер одновременно. Продюсеры уже были готовы нас убить за просьбы дать еще шесть дополнительных камер к двум основным для съемки видеограмметрии (создание 3D-моделей с использование видео вместо фото — прим.ред.) для создания эффектов одевания атлетов, чтобы снять персонажей со всех ракурсов. Но только так можно получить всю информацию о том, как движется персонаж, чтобы потом одеть его в цифровой костюм.

У нас, например, были действующие чемпионы спортивной гимнастики по опорному прыжку, которые с трамплина выполняли очень сложные и интересные сальто. Или же спортсмены по прыжкам в воду. Мы построили огромную вышку до потолка павильона, откуда они прыгали вниз на каскадерскую подушку и в процессе делали разные кульбиты, изображая удар по мячу, а мы все это снимали.

Когда съемки закончились, мы приступили уже непосредственно к компьютерной графике и занимались ею два года. Сразу скажу: в фильме очень много персонажной анимации, где-то минут сорок. Невозможно просто взять motion capture с актеров и перенести на персонажей — многие герои очень сильно отличаются от людей по пропорциям. Они выше, у них шире плечи, короче руки — в общем, все это требует ручной доводки. Поэтому мы собрали очень крутую международную команду аниматоров, которую возглавил супервайзер Джош Райли («Новый Человек-паук», «Стражи Галактики»), и благодаря этому нам удалось анимировать так много классных персонажей.

Что вообще представляет собой космобол? Предыстория такая: по всей Галактике цивилизации достигли определенного уровня развития, у них случился эволюционный скачок, и среди населения появляются люди со способностью к телепортации. Их немного — скажем, один на миллиард. И только телепорты могут стать атлетами, играющими в космобол, потому что вся механика игры построена на том, что нужно на сверхскоростях угнаться за мячом. Проблема в том, что если эти атлеты просто — хоп! — и телепортируются, визуально это будет не очень выразительно. Джаник предложил: пусть они на время телепортации превращаются в поток цветных частиц.

Мяч при этом — раскаленный, вращающийся на огромной скорости кусок высокоэнергетической плазмы, сильно заряженной. Суть игры в том, что этот мяч нужно разрядить. Сделать это можно только с помощью силы телепортации: в момент удара ты не просто бьешь по мячу, а телепортируешь себя в точку удара. Именно такие сверхсильные удары вызывают в мяче перегрузку, и он сбрасывает взрывную волну энергии. Чтобы мяч полностью разрядился, по нему надо ударить пять раз. Поэтому правила игры таковы: ворота противников закрыты, до тех пор пока игроки одной команды не ударят по мячу пять раз, и тогда ворота открываются, можно забить мяч внутрь. Такие быстрые розыгрыши мяча занимают 5—10 минут, то есть по скорости космобол похож на баскетбол.

Другая необычная задача — придумать стадион, на котором происходят матчи по космоболу. У реальных стадионов трибуны пологие, люди сидят на нормальных поверхностях и потом могут встать и пойти. Джаник же хотел, чтобы трибуны полностью замыкали сферу арены, а сам стадион при этом был грандиозным, больше всех реальных земных стадионов. Так что нам пришлось придумывать необычную схему рассадки персонажей — очень актуальную по нынешним временам! Мы придумали, что билеты на матч случайным образом разыгрываются между жителями Земли в лотерею: за победителями прилетает индивидуальное автоматическое такси-капсула, которое везет его на матч и потом становится креслом на трибуне. Много-много таких капсул собираются на так называемое семечко стадиона-одуванчика — это один сектор трибуны. И потом уже это семечко прилетает на нужное место и встраивается в часть арены. Соответственно, после окончания матча эта же капсула отвозит тебя домой. Такой ход дал нам возможность не продумывать логику трибун как на реальном стадионе. В итоге плотность рассадки на таком стадионе получилась порядка 2 млн зрителей — больше, чем может вместить любой настоящий стадион. Единственный вопрос, который нам решить не удалось: куда они все ходили в туалет?

В фильме не говорится, сколько всего команд играют в космобол. Мы знакомимся с тремя: команда землян, сириусианцев и амазонок. Земляне — сборная мира; здесь ребята со всего света.

Наша сборная играет против сборной Сириуса. Сириусианцы живут на планете с гораздо более суровыми условиями, чем Земля, поэтому они выше землян, сильнее и выглядят гораздо брутальнее. По нашей задумке они одновременно похожи и не похожи на людей, и мы пытались сделать их немного гротескными, на грани эффекта «зловещей долины», чтобы зрители, с одной стороны, чувствовали нечто чуждое, а с другой — чтобы у них был свой немножко криповатый шарм. Еще, по легенде, их народ — киборги; они такие сильные и выносливые за счет имплантов. И поэтому, в отличие от землян, сириусианцы могут играть в космобол без защитных скафандров.

Капитан команды — ветеран космобола, один из первых, кто вообще попал в этот вид спорта, молчаливый стоик. Имени у него, правда, нет, он у нас так и зовется — капитан. При этом основной наш сириусианский персонаж — Стэн, здоровенный толстяк. Джаник описывал его как Портоса или Фальстафа. Это очень жизнерадостный, любящий себя и жизнь инопланетянин, который выглядит как свирепое чудовище, но внутри на самом деле настоящий добряк. Одна из линий фильма строится на том, что на арене они с нашим капитаном Наташей жуткие соперники, а в жизни после игры Стэн очень симпатизирует Наташе, хочет с ней подружиться и оказывает всяческие знаки внимания.

Еще в команде есть два брата-близнеца. В титрах они безымянные, но для себя мы им придумали имена. Один из работавших над ними ребят — армянин, который постоянно говорил: «Так это вылитый мой дядя Тофик!» Поэтому одного из них зовут Тофик, а другого — Рафик.

Жанр «Вратаря Галактики» не только научная фантастика и космоопера, но еще и биопанк. Большинство инопланетных народов во вселенной фильма используют в обыденной жизни биотехнологии. Это значит, что большинство строений, космических кораблей и даже одежда героев —не фабричного производства, а выращены как цветок, растение или животное. Или же их сделали при помощи каких-то биомеханических, кибернетических зародышей, которые сами развиваются в то, что им нужно. Поэтому, например, у нас стадион — это растение, его не на заводах собрали, а вырастили из семечка похожим на одуванчик. Также вырастили и костюмы сириусианцев, и биоспутники атлетов.

Поскольку игроки-земляне слабее инопланетных соперников, они играют в специальных силовых костюмах. Те тоже живые и имеют две части: одна — надетый на атлета скафандр, другая — маленький спутник-дроид, который устанавливает телепатическую связь с землянином, всегда находится рядом и выполняет функцию защитника. Спутника производят из генетического материала атлета, то есть они, получается, кровные родственники. Еще они этакое альтер эго героя, немножко детское: ярче выражают мысли и чувства, которые герой испытывает, являясь своеобразным зеркалом, только более наивным и открытым.

Со спутниками у нас был огромный творческий поиск, мы очень долго шли к финальному образу. Изначально стояла задача сделать существо, которое было бы живым и одновременно сочетало в себе какие-то механические части. Но мы столкнулись с тем, что при таких вводных очень трудно найти что-то обаятельное и инопланетное: они все такие немножко страшненькие получались.

Мы перепробовали уйму вариантов. Дроид должен был получиться супермилахой еще и потому, что потом его планировалось превратить в мерчендайз. Это добрый открытый персонаж, поэтому его нужно было сделать теплым, то есть тактильно приятным, чтобы он не казался чем-то мерзким, что и трогать не хочется. Мы долго держались за концепцию дельфиньей мордочки, в какой-то момент даже придумали космического котика, но в итоге остановились на вариации сердечка. Нам нужен был практически мультяшный персонаж, поэтому мы решили сделать ему ЖК-дисплей, на котором наш дроид мог выражать любые эмоции, и они при этом не ограничивали нас в правдоподобной мимике, как это было у котика или дельфина.

Черно, в отличие от дроидов, у нас сразу получился. Джаник хотел, чтобы тут был «повод для компьютерной графики», чтобы пластическим гримом было не обойтись. У Черно пропорции лица сильно отличаются от человеческих, он здоровый грозный инопланетянин 2,30 метра ростом — никакого фактурного актера так не загримировать.

Мы сохраняем его предысторию для зрителя в тайне. Какой-то злой дядька объявил войну всему хорошему, проиграл ее, оказался на Земле в заточении, где начал потихоньку модифицировать себя. То есть он уже наполовину киборг, его костюм плотно сросся с телом, одна рука заменена. Еще у него есть собственный верный спутник — мантия, жидкое, аморфное и очень опасное существо. Она и помощник, и телохранитель, может существовать отдельно от Черно, а может стать его щитом. Все это делает его очень опасным противником в бою.

Вообще Черно — самый сложный персонаж, которого мы когда-либо делали на нашей студии. Специально для него мы разработали мускульный риг (система мышечной анимации для упрощения манипуляций большим количеством объектов. — Прим. ред.) как для тела, так и для лица. У Черно реалистичный анатомический риг, который повторяет все мимические мышцы в лице человека. Когда он говорит, эти мышцы напрягаются, следующий слой — стимуляция жировой ткани внутри лица, а финальный слой — стимуляция кожи. В фильме много крупных планов Черно, где все эти нюансы можно увидеть.

Черно мы больше всего гордимся именно с точки зрения технологий: он самый сложный технически, при этом получился красивым, богатым по фактуре. Он и как персонаж интересный. Не просто злодей, который хочет зла во имя зла — у него есть его личная история, которая объясняет его мотивацию, почему он стал таким. Но если говорить о персональных симпатиях, то мне как зрителю больше всех понравился дроид Магли. Потому, что он очень яркий, эмоциональный, может делать самые невероятные штуки, и его прикольно анимировать!