Сталкинг на экране: Как кино принуждает нас следить и подглядывать

Обсудить0

Пока в прокате еще идет «Человек-невидимка» Ли Уоннелла, Андрей Гореликов рассказывает, почему истории о незримом преследователе — эталонный и вечный сюжет кино.

Романтический взгляд: когда сталкеры были хорошими

Фигура сталкера не всегда воспринималась так тревожно, как сейчас. Ведь именно преследование цели (где цель — предмет сексуального интереса героя) было двигателем классической любовной истории, особенно в Голливуде. Сегодня медиа составляют списки «ужасных» сталкерских ромкомов, а публика недоумевает: как это поведение героя Джозефа Гордона-Левитта и Хита Леджера в «Десяти причинах моей ненависти» или, с другой стороны, Мег Райан из «Неспящих в Сиэтле» могло казаться приемлемым, даже заслуживающим восхищения?! Хотя что тут непонятного: зрителям всегда хотелось отождествлять себя с персонажами, которые достигают своего и которым все прощается за «подлинное» чувство.

«Неспящие в Сиэтле»

На этом оптимистическом фоне выделяются странные любовные фильмы Кшиштофа Кесьлёвского и Патриса Леконта, вышедшие с разницей в один год «Короткий фильм о любви» и «Месье Ир». Сталкеры Леконта и Кесьлёвского заняты молчаливым (сперва) подглядыванием за своими соседками. Мы мало что знаем об этих героях, кроме того что они глубоко одиноки. Их страсть к объектам вожделения искренна, нереализуема и, несомненно, перверсивна. Оба они уподобляются призракам, полупрозрачным лицам в окне. Гораздо более реальны женщины, которые, обратив внимание на вуайеристов, делают тех также более человечными, плотскими.

Обе истории заканчиваются трагедией, но с намеком на хеппи-энд: влюбленные соединяются с объектом своей страсти в мире грезы. Так сходятся устремления к любви и смерти, которые у антигероев-маньяков проявлены до предела.

«Короткий фильм о любви»

Подобные сложные протагонисты сегодня тем более не вызовут сочувствия у большинства. Тему озабоченного соседа препарирует Пол Верховен в картине «Она» с Изабель Юппер. Незнакомец, затянутый в черное, как тень или призрак, раз за разом проникает в дом героини и насилует ее. Свою травму героиня проецирует в сюжете видеоигр, над которыми работает. В конце концов Черный человек оказывается знакомым, тем, кто всегда находился рядом. Разоблаченный, он перестает быть неуязвимым.

«Она»

Элизабет Мосс в «Человеке-невидимке» тоже нужно преодолеть невидимость сталкера, доказать реальность исходящей от него опасности. Этот фильм, как и смежные образцы жанра, тесно связан с «Газовым светом» Джорджа Кьюкора. Сегодня само название этой классической картины стало нарицательным. Напомним, героиня Ингрид Бергман у Кьюкора слышит посторонние звуки и видит следы чужого, призрачного присутствия в своем доме. Она считает, что сходит с ума, но в реальности ее хочет таким образом лишить рассудка подлый супруг. Сегодня каждый знает: если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят. Но действие «Газового света» разворачивалось в неискушенном XIX веке. Впрочем, со временем технологии открыли новые возможности для «людей-невидимок», и это хорошо известно режиссерам.

От любовника до шпиона: сталкинг как основа жанра

На заре существования кино само кадрирование навевало ассоциации с театральной сценой. Камера не подбиралась к героям слишком близко, словно соблюдая правила приличия, и незримая четвертая стена стояла прочно. Камеру впервые субъективирует Робер Вине в знаменитом «Кабинете доктора Калигари» (1920). Так мы увидели мир глазами не просто персонажа, но безумца. В кино возникает фигура маньяка, одержимого. Через 10 лет немецкий экспрессионизм породит «М» Фрица Ланга — эталонную картину о серийном убийце, новом герое века. Нетрудно заметить, что целеустремленность и зацикленность такого персонажа напоминает о героях ромкомов.

«М»

Появлению в кадре маньяка из фильма Ланга всегда предшествует появление его тени, которая нависает над будущей жертвой. Позднее тот сам говорит о тени, что следует за ним и заставляет его убивать. Сталкер не может убежать от собственных демонов — таково условие жанра. Однако, помимо маньяков и влюбленных, преследование закреплено за еще одним архетипическим героем — шпионом или сыщиком.

Здесь на сцену выходит Альфред Хичкок, который уже в «39 ступенях» ухватил скрытую паранойю эпохи. Вечер в мюзик-холле продолжается стрельбой, погоней, преследованием. За героем и его гостьей следят подозрительные люди в широкополых шляпах, убийцы дежурят под фонарем через дорогу. То, что сперва кажется бредом, предстает реальностью, и к концу фильма мы с персонажами уверены, что в тайном шпионском обществе состоят вообще все.

«39 ступеней»

В Америке, куда скоро переедет Хичкок, вместе с фильмом-нуаром становится популярным образ частного детектива — легитимного сталкера. Он вечно сует нос, куда не следует, оттого всегда в опасности и постоянно одинок. Хичкок шлифует этот образ в своем нью-йоркском фильме «Окно во двор».

Персонаж Джеймса Стюарта тяготится своим положением. Он репортажный фотограф, который сломал ногу и вынужден пялиться в собственный двор часами. До травмы он снимает гонки и взрывы. Но вынужденный всматриваться в повседневность, человек с фотоаппаратом узнает, что изнанка обычного дома скрывает куда более интересные и пугающие вещи. Это открытие магнетической силы сталкинга в картине, герой которой — немного вуайерист, сыщик-шпион по обстоятельствам и, наконец, творец (ведь фотоаппарат — брат кинокамеры). Интересен взгляд камеры: она совершает полное панорамирование, то есть предлагает нам оказаться прямо внутри экранного пространства, а не у сцены, и останавливается на… спящем герое. То есть с самого начала в положении подглядывающего оказываемся мы, зрители.

Идеальным сталкером зритель может стать с развитием интерактивных технологий, как в специальном эпизоде «Черного зеркала» — «Брандашмыге», где мы буквально принуждаем героя к тому или иному шагу, заставляя того беспомощно спрашивать в камеру: кто за мной следит?

«Окно во двор»

Связь романтики шпионажа и стремления к обладанию объектом влечения очевидна в тех фильмах, где возникает мотив слежки. Сегодня ее исследует, в частности, сериал «Убивая Еву» Фиби Уоллер-Бридж. Этот шпионский детектив одновременно и любовная история двух женщин. Героини Сандры О и Джоди Комер, английская разведчица и русская диверсантка, одержимы друг другом, обе они сталкеры. Они преследуют друг друга в интернете, на улицах европейских городов и в собственных домах. Притяжение-отталкивание героинь сравнивают с балетом. Собственно, автором оригинала был балетный критик Люк Дженкинс. Танец-преследование оборачивается пляской смерти.

Вы и убили: как камера делает зрителя соучастником

Но вернемся в середину XX века. Джеймс Стюарт сыграет сталкера — уже профессионального сыщика — и в «Головокружении». А на стыке 1950—1960-х выходит «Психо». Здесь взгляд преследователя вновь уже в полной мере становится взглядом маньяка. Кадр при этом сужается до размеров дыры в стене, через которую Норман Бэйтс вожделенно смотрит на раздевающуюся постоялицу его отеля.

С этого момента в кино установилась крепкая связь сталкинга и сексуальной одержимости. Особенно здесь отличился джалло — детективный итальянский жанр, всецело захваченный этой темой. Режиссер Дарио Ардженто поставил знак равенства между камерой и убийцей: руки, словно выраставшие из объектива, душили, кромсали, вонзали кинжал в тела жертв. Встревоженные, ускоряющие шаг, кричащие герои Ардженто не догадывались посмотреть в камеру. А если догадывались, то за секунду перед смертью. В джалло зритель делался соучастником экранного преступления. Не отставал и американский слэшер, который с 1960-х годов постоянно эксплуатирует прием съемки от лица убийцы, например в кровавой серии фильмов Гершела Гордона Льюиса. До предела это доведено в «Черном Рождестве»: серийный убийца остается неувиденным и неузнанным. Знаки его присутствия в фильме — лишь субъективная камера и безумный голос в телефонной трубке.

Почти одновременно с «Психозом» в Англии выходит фильм Майкла Пауэлла «Подглядывающий», где происходит обнажение приема. Антигерой, вуайерист-серийник, в самом деле берет камеру в руки. Он снимает женщин на пленку, подглядывая за ними или добиваясь секса, а потом убивает. Объектив камеры уподобляется прицелу — кажется, более откровенно на тему кинообъективации сказать уже нельзя.

«Подглядывающий»

Новые технологии слежки

Впрочем, сталкер владеет не только фото- или киноаппаратом. Чем больше технологий, тем лучше. Прогресс сближает всех нас, в том числе с теми, с кем сближаться не следует.

Сила технологий связана и с такими фильмами о «хороших» сталкерах, как драма о «лишнем человеке» «Фото на час» или черная комедия «Кабельщик». В обоих случаях в главных ролях комики, грустные клоуны, соответственно Робин Уильямс и Джим Керри. Один из них — работник фотоателье, другой — собственно кабельщик. Именно причастность к технологиям позволила травмированным одиночкам паразитировать на чужих жизнях. Обе эти профессии сейчас ушли в прошлое, но дальнейшее развитие техники, в частности интернета и социальных сетей, превратило фигуру преследователя в особенно угрожающую.

«Кабельщик»

Виртуальная слежка, которая дает власть одержимому сталкеру, — мотив сериала Netflix «Ты». Наивная студентка из Гринвич-Виллидж попадает в сети психопата, который работает в книжном (поэтому «Ты» ссылается на классические литературные сюжеты о сталкерах-маньяках вроде «Коллекционера» Фаулза и «Мизери» Стивена Кинга, а заодно на «Над пропастью во ржи» — книгу, которую почему-то любили реальные сталкеры Джона Леннона и Джоди Фостер). Проникнув в аккаунт девушки и некоторых ее друзей, тот получает возможность тайно манипулировать ее жизнью, разумеется, постепенно «влюбляя» героиню в себя. Эпистолярные интриги вроде тех, что составляли сюжет «Опасных связей», сегодня легко вяжутся одним человеком на экране телефона. При этом грань между виртуальными и реальными действиями тут крайне размыта: от взломанной переписки до взломанной квартиры, убийств и похищений всего полшага. Щелчок мыши, отправленное по электронной почте фото, анонимный звонок несут неотвратимые последствия.

«Ты»

Иногда незнакомец с другой стороны экрана пытается не отнять жизнь того, кого преследует, но похитить его идентичность, впрочем, в нашем мире одно часто неотделимо от другого. Очень неожиданно эту тему трактует недавний «Текст» Клима Шипенко, где бывший заключенный и невольный убийца (Александр Петров), низведенный до состояния призрака, благодаря смартфону практически становится своим антагонистом (убитым в начале фильма), помогая тому продлить свое существование. Также герой Петрова становится сталкером вроде влюбленного вуайериста из фильма Леконта и ценой своей жизни спасает возлюбленную.

Теперь не смотри

А что насчет взгляда жертвы? Он пугает еще сильнее. И после 1980-х годов камера занимает именно точку зрения жертвы. Возможная точка поворота — «Хеллоуин» Джона Карпентера, в первых кадрах которого мы наблюдаем сцену расправы через прорези маски маленького монстра. Позже мы вместе с безликим убийцей следим за школьницами. Но затем камера разворачивается, совпадая с позицией преследуемой героини, которая вроде бы убивает маньяка. Следом нас охватывает ужас, когда мы видим пустое место там, где только что лежало тело Майкла Майерса.

«Хеллоуин»

Хичкок был уверен: то, что за кадром, страшнее того, что в кадре. Невозможность камеры увидеть источник опасности порождает страх. В этом случае знаком присутствия зла может стать любая деталь. Тревогу вселяют и безлюдные пейзажи, и замкнутые интерьеры дома. Сталкер может проникнуть через окно, заднюю дверь. Телефон — еще одна лазейка для маньяка, как было показано в фильме «Когда звонит незнакомец» и в «Черном Рождестве».

В конце концов жертвы в стремлении себя обезопасить прибегают к фиксации происходящего и сами берут в руки камеру как средство самообороны, способ объективно отследить происходящее. И почти всегда эти попытки неудачны. Словно камера и вправду заражена злом. Или, скорее, сам фильм в некотором смысле на стороне сталкера, чья маниакальная логика соответствует логике построения сюжета.

«Ведьма из Блэр»

Это подтверждают «Ведьма из Блэр» и другие фильмы, эксплуатирующие жанр found footage, вроде «Паранормального явления», «Убрать из друзей». Камеры документируют существование мистического зла, оно обретает реальную мощь благодаря тому, что запечатлено, задокументировано. Тема автономности камеры продолжается у Ханеке в «Скрытом», где за парижской семьей следит загадочный сталкер, подбрасывающий героям кассеты с записью их жизни. В финале фильма остается неясным, кто же стоял за камерой и посылал кассеты. Фактически сталкер здесь — бог или даже совесть героя.

Интересно, что прежде, в доцифровую эпоху, камера не была всесильной. Герой «Фотоувеличения» Антониони случайно снимает убийство в парке. Однако негативы пропадают, тело исчезает с места преступления, и фотограф напрасно вглядывается в до предела увеличенный зернистый снимок в поисках истины. Он бежит по городу, надеясь догнать неизвестно кого, пока не исчезает и сам. Реальность сопротивляется документации и становится миражом.

«Фотоувеличение»

Сегодня кино, которое десятилетиями занималось саморефлексией на материале сталкинга, ищет оптику, которая исключила бы из взгляда камеры ту самую тревожную и опасную субъективность. Но возможность этого остается сомнительной. Посторонний наблюдатель — неизбежный участник истории, он появляется в фильме с первым же крупным планом. Нейтральный взгляд, незаинтересованный в объектах, на которые он направлен, — это взгляд механизма: камеры ССTV, системы спутникового слежения, робота на производстве. Едва ли такой наблюдатель способен поведать нам историю. Тем более завораживающую вроде «Тихого места», «Мы» или «Оно».

Успешный психолог расплачивается за свои нестандартные методы лечения. Новая глава драмы с Максимом Матвеевым в главной роли
В главных ролях:Максим Матвеев, Игорь Костолевский, Светлана Иванова, Виктория Маслова, Роман Маякин
Режиссер:Игорь Твердохлебов
Смотрите по подписке
Смотреть

Смотрите также

Почему он не звонит: Краткая история телефона в кино
Эволюция кинообраза

Почему он не звонит: Краткая история телефона в кино

25 октября 201916
Выбор Брандашмыга: Как работает интерактивный эпизод «Черного зеркала»

Выбор Брандашмыга: Как работает интерактивный эпизод «Черного зеркала»

29 декабря 201823
Элизабет Мосс о «Человеке-невидимке»: «Властью должны обладать правильные люди»
Интервью

Элизабет Мосс о «Человеке-невидимке»: «Властью должны обладать правильные люди»

6 марта 202033
От Альмы до яйца: Азбука Альфреда Хичкока

От Альмы до яйца: Азбука Альфреда Хичкока

13 августа 201911

Главное сегодня

Каким вышел новый «Крик» — почти нестрашным фильмом, где никого не жалко

14 января34
Каким вышел новый «Крик» — почти нестрашным фильмом, где никого не жалко
Кто есть кто в «Этерне»?
Онлайн-кинотеатр

Кто есть кто в «Этерне»?

14 января13
Фильм недели. «King's man: Начало». Рэйф Файнс сражается с Распутиным

Фильм недели. «King's man: Начало». Рэйф Файнс сражается с Распутиным

14 января13
Что смотреть дома: 2-й сезон «Эйфории», «Миротворец», «Трагедия Макбета»
Выбор редакции

Что смотреть дома: 2-й сезон «Эйфории», «Миротворец», «Трагедия Макбета»

14 января1
Кинопоиск выступит сопродюсером нового фильма Гая Ричи про Афганистан. Сервис станет дистрибьютором картины в России и СНГ

Кинопоиск выступит сопродюсером нового фильма Гая Ричи про Афганистан. Сервис станет дистрибьютором картины в России и СНГ

14 января29
12 лучших трейлеров недели: Данила Козловский борется с вампирами, а Зои Кравиц — с агорафобией

12 лучших трейлеров недели: Данила Козловский борется с вампирами, а Зои Кравиц — с агорафобией

14 января3
15 ожидаемых корейских сериалов года
Сериалы

15 ожидаемых корейских сериалов года

13 января7
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт