Дуэт французских комедиографов спас зрителей от смертельной серьезности всего остального конкурса Берлинского фестиваля. Специальный гость в этом экранном собрании уморительных жертв современности — автор «Элементарных частиц» Мишель Уэльбек.
Бенуа Делепин и Гюстав Керверн — дуэт французских режиссеров, которые все делают в четыре руки: и снимают вместе, и пишут сценарии. Оба пришли с телевидения. Делепин делал передачу на Canal+, для которой сочинял гэги о вымышленной стране Гроландии, а Керверн снимался в разных сериалах. В кино они дебютировали в 2004 году с фильмом «Заброшенные». Это было безумное роуд-муви, в котором парочка инвалидов-колясочников едет в Финляндию мстить недобросовестным изготовителям трактора, покалечившего обоих. Так сразу определился жанр дорожной комедии, в котором Делепин и Керверн продолжили работать — почти во всех их фильмах герои куда-то едут. Но настоящим триумфом стал фильм «Последний мамонт Франции» (2010) с пузатым Жераром Депардье на мотоцикле. Фильм был в конкурсе Берлинале, но призов не получил.
Шесть лет спустя парочка вернулась в Берлин (уже вне конкурса) с комедией «Сент-Амур: Удовольствия любви». Тут отец и сын (Депардье и Бенуа Пульворд) путешествуют по винодельческим регионам Франции, попутно выясняя отношения и решая проблемы сексуального характера. В эпизодической роли турагента здесь появлялся писатель Мишель Уэльбек. В прошлом фильме дуэта «Мне по кайфу!» Жан Дюжарден играл предприимчивого проходимца, собирающего группу для медтуризма (пластическая хирургия) в Болгарию. У Делепина и Керверна в картинах и раньше звучали нотки критики в адрес капитализма, но в «Мне по кайфу!» режиссеры уже вовсю прославляют социализм: паломничество к заброшенному дому-памятнику компартии на горе Бзлуджа заканчивалось организацией кооператива.
В новом фильме Делепин и Керверн снова уверенно идут против капитализма с его кредитами и безработицей плечом к плечу со своими героями. Вот безработная Мари (Бланш Гарден), от которой ушел муж, забрав сына-подростка. Она воображает, будто сын на месте, и разговаривает с пустым стулом, а по вечерам накидывается в баре двойным виски. Там же она встречает молодого хлыща (Венсан Лакост), с которым в алкогольном беспамятстве проводит ночь. Грехопадение запечатлено на видео, и теперь опека ни за что не вернет сына Мари.
Кристина (Корина Масьеро) — в прошлом оператор атомной станции, из-за запойного просмотра сериалов пропустившая утечку радиации. Теперь она Uber-таксист с вечным рейтингом 1, как бы она ни расстилалась перед клиентами (Кристина буквально стелет красную дорожку перед дверцей авто). А еще работодатели постоянно следят за ней по видеосвязи.
Дочь выплачивающего кредиты Бертрана (Дени Подалидес) страдает от кибербуллинга, а сам он влюблен в голос телефонного оператора (которая впоследствии окажется всего лишь голосовым помощником). Все эти бедолаги живут по соседству в сонной французской провинции, и всем им нужен хороший хакер. Страдания героев оттеняют эпизодические персонажи — Мишель Уэльбек с сигаретой в зубах, желающий починить дизельный двигатель, чтобы отравиться выхлопными газами, и Бенуа Пульворд, курьер, принесший в дом Мари кулеры с водой. Он бессильно плачет из-за пролитого на рабочие чеки кофе.
Нельзя сказать, что «Удалить историю» отличается какой-то особой авторской манерой съемки. Метод Делепина и Керверна — комический реализм, перетекающий в абсурд (в финале Бертран прикладывает к уху морскую ракушку и говорит в нее, словно в телефон). Но ведь и наша реальная, обычная жизнь уже давно абсурдна, если посмотреть на нее трезвым взглядом. В морозилке у Мари записано с десяток различных паролей от веб-сайтов и кредитных карт. Кристина рыдает у себя в такси, рассказывая о том, что сериалы разрушили ее жизнь: она смотрела их даже в туалете; из-за «Карточного домика» от нее ушел муж. Так что название фильма двусмысленное и символическое. Режиссеры, кажется, имеют в виду, что спасением для человечества будет не только удалить историю браузера или взять в руки бензопилу и распилить монитор, но и повернуть вспять историю Европы с ее вечным социальным неравенством, отмотать ее до точки, ставшей роковой ошибкой. Другое дело, что отменять придется не только несколько веков, но и саму Европу да, кажется, и всю Землю.