Почему в реальности «Джокер» не опасен

Обсудить0

Нужно ли бояться Артура Флека, как страшатся его американские кинотеатры и спецслужбы, которые ввели особые меры безопасности на показах «Джокера»? Нет, ведь его создатель Тодд Филлипс боится сам себя, считает Дмитрий Комм.

«Джокер», встреченный в Венеции восьмиминутной овацией и завоевавший «Золотого льва», стал также первым в истории фильмом по мотивам комиксов о Бэтмене, получившим в Америке возрастной рейтинг R (в России — 18+). Иными словами, это первый фильм из вселенной Бэтмена, на который детям нельзя. Более того, некоторые кинотеатры в США вообще отказались его показывать, испугавшись возможных эксцессов, а крупнейшая киносеть Landmark Theaters на всякий случай запретила пускать на сеансы зрителей в костюмах Джокера. Полиция Нью-Йорка и Лос-Анджелеса сообщила об усилении патрулирования в районах кинотеатров, показывающих картину. И, наконец, американская армия начала информировать военнослужащих о возможности актов насилия при демонстрации фильма и давать им соответствующие инструкции. Вот уж действительно фильм-бомба.

«Джокер» и в самом деле мощный заряд негативной энергии, эффектно упакованный и выпущенный в лицо зрителю в классическом американском no-nonsense-стиле (то есть прямо, в лоб и без обиняков), что подрывает шутовскую природу героя, но усиливает депрессивность действия. По эстетике это стилизация под кино эпохи «голливудского ренессанса», усредненного Скорсезе-Фридкина-Люметае-Пальму 1970-х годов. То был, наверное, единственный период в истории американского кино, когда нигилизм и пессимизм прорвались в мейнстрим и на короткий срок захлестнули его. Рушилась старая американская мифология, отбросы общества становились героями и образцами для подражания (популярность извращенного глэм-рока и панка в мегаполисах), а социальные авторитеты оказывались мерзавцами (Уотергейтский скандал). Так что выбор режиссером и соавтором сценария Тоддом Филлипсом именно этого стиля, включавшего неотшлифованную хаотичную картинку, часто снятую ручной камерой, обилие съемок на городских улицах с минимальным использованием павильона, спонтанные вспышки насилия на экране и непредсказуемость реакций персонажей, является абсолютно осмысленным, а его воплощение — точным и тонким.

Филлипс решительно отказывается от соблазна экстравагантных декораций и футуристического дизайна. Его Готэм — это просто Нью-Йорк, но не современный, а конца 1970-х — начала 1980-х годов, со старыми машинами на улицах, допотопными телефонами с гигантским автоответчиком и фильмом Питера Медака «Зорро — голубой клинок» (1981) в кинотеатрах. Последнее — насмешка над оригинальной историей про Бэтмена, где семейство Уэйн смотрело классический «Знак Зорро» (1940). В хулиганской интерпретации Медака народный мститель в маске становится геем, а в одной из кульминационных сцен вообще переодевается женщиной. Иными словами, Зорро оказывается большим шутником (Джокером).

Однако сам Джокер в новой версии вовсе не шутник. Он вообще не остроумен, смеяться можно над ним самим, но не над его шутками. Артур Флек, будущий Джокер, предстает перед нами жалким и больным великовозрастным инфантилом, живущим в захламленной квартире с впадающей в деменцию мамочкой и фантазирующим об отцовской фигуре в виде популярного телеведущего Мюррея Франклина (Роберт Де Ниро). Даже его приступы жутковатого смеха — всего-навсего результат психического расстройства.

Если Джокер в исполнении Джека Николсона или Хита Леджера был демоническим пересмешником, который шутил злые шутки с другими людьми, то Джокер Хоакина Феникса — это тот, над кем посмеялась сама жизнь. Его Джокер не могущественный злодей, а человек, потерпевший полное поражение, капитулировавший перед своей болезнью, озлобленностью, никчемностью. Фильм жестко и даже цинично фиксирует процесс этой капитуляции, умышленно лишая Джокера ауры метафизического зла. В этой ревизионистской концепции Артур Флек мог бы выглядеть трагическим героем, но он слишком слаб для этого. Даже свое намерение уйти красиво, найти смысл в смерти он оказывается не в состоянии реализовать. Джокер ничтожен и потому опасен. По сути, Хоакин Феникс играет ходячее воплощение ницшеанского ресентимента, бессильной злобы на судьбу и превосходящего врага, сублимированной в тотальном отрицании любых ценностей.

Несмотря на исключительно аутентичную стилизацию под кино 1970-х годов, «Джокер» — это современный фильм, который трудно до конца понять вне контекста нынешних американских культурных войн. В одних сценах (например, на приеме у психиатра) он выглядит сатирой на условного избирателя Трампа, каким он видится условному либералу, в других, наоборот, пародией на ужас этого либерала, которому мнится, что полстраны надело клоунские маски, выбрало рыжего клоуна президентом и готово линчевать весь истеблишмент (включая киношно-телевизионный) прямо на улице. В этом контексте любопытно, что, когда Джокер обретает свое настоящее «я», он перестает изображать брутального героя «Таксиста». Он начинает покачивать бедрами, делать манерные жесты, томно глядеть из-под накрашенных век и вообще вести себя как дива, что может неожиданно напомнить манеры Майло Яннопулоса, представлявшего собой гибрид стендап-комика и правого политического агитатора и, кстати, именовавшего Трампа «папочкой». Правда, прическа у Джокера явно похуже, а шутки Яннопулоса были посмешнее. Сам Тодд Филлипс иронизировал в интервью TheWrap: «Меня поражает, как легко ультралевые могут выступать в стиле ультраправых, если это отвечает их интересам».

Джокер вполне может стать символом нынешней эпохи. История затравленного и озлобленного одиночки в большом городе, никому не верящего и чувствующего себя преданным истеблишментом и властителями дум, уже срезонировала в душах миллионов зрителей по всему миру, благодаря чему фильм собрал более 250 млн долларов в глобальном прокате, и его сборы продолжают расти. Насколько этот образ сегодня актуален, может сказать один факт: на другом конце света, в Китае, сейчас очень популярен художник Юэ Миньцзюнь, персонажи картин которого (представляющие собой стилизованные автопортреты самого художника) скалятся в одинаковых глумливых ухмылках, напоминающих улыбку Джокера. Сам Юэ Миньцзюнь заявляет, что таким образом высмеивает установку «будь счастлив и улыбайся», которая пропагандируется в китайском обществе.

Юэ Миньцзюнь, «Вооруженные силы» (2009)

Впрочем, политические и культурные проекции не срабатывали бы так эффективно, если бы создатели «Джокера» не владели доскональным знанием кинематографической традиции и не умели использовать ее тропы в собственных целях. Яркая игра Хоакина Феникса исключительно важна, но не менее значительную роль в успехе сыграла операторская работа Лоуренса Шера. Манера съемки в 1970-е годы сильно отличалась от принятой сегодня, и Шер должен был здорово постараться, чтобы придать картине нужный облик. Разбросанные по фильму многочисленные цитаты — от «Злых улиц» и «Собачьего полудня» до «Полета над гнездом кукушки» и «Короля комедии» — осмысленны и работают на общий месседж картины, а не служат цитатами ради цитат, вставленными в фильм для увеселения киноманов. Сам Филлипс утверждает, что вдохновлялся сотнями картин, созданных между 1973 и 1981 годами. Именно школа и ремесленное мастерство — ключевые для культуры факторы — делают «Джокера» одним из самых значительных современных фильмов и отвечают за его триумф, а вовсе не мифическая «пропаганда насилия», которой так боятся менеджеры кинотеатров и полицейские.

Сложно вспомнить другой подобный случай, когда фильму всерьез выдвигались обвинения в пропаганде уличного насилия. Разве что «Заводной апельсин», изъятый из проката в Великобритании по настоянию самого Стэнли Кубрика, который был смущен двумя убийствами, вдохновленными, по словам обвиняемых (школьников!), его картиной. Ну, или «Битва за Алжир» Понтекорво, с документальной достоверностью описывающая ход борьбы Алжира за отделение от Франции — сначала террористической, затем всенародной и невооруженной. «Битву» старательно смотрели американские «Черные пантеры» как учебник по городской герилье. Но и в том, и в ином случае надо учитывать еще и социально-политический контекст: ультранасилие на улицах американских гетто и стагнирующих индустриальных центров Британии 1970-х происходило и безо всякого кино. Безденежье, безработица, отсутствие будущего… Социальные взрывы всегда имеют куда более прозаические причины, чем искусство, как бы ни мечтал драматург-революционер Бертольд Брехт о том, чтобы зрители выходили со спектаклей, «яростно жестикулируя в сторону витрин». Ближе всего к нам кейс «Прирожденных убийц»: фильм Стоуна по сценарию Тарантино был назван источником вдохновения нескольких массовых убийц (в том числе и школьников из Коломбайна), но тут мы имеем дело уже с совершеннейшей психопатологией, вызванной скорее органическими, а не культурными причинами.

«Заводной апельсин»

Мнимая опасность «Джокера» совершенно нейтрализуется и финальной сценой в больнице, компромиссной, словно бы вклеенной в картину цензурой времен кодекса Хейса, запрещавшего оставлять преступление без наказания. Тодд Филлипс оправдывает ее фигурой ненадежного рассказчика и желанием сделать фильм открытым для интерпретаций. Фанаты действительно насочиняли уже множество версий концовки, одна фантастичнее другой. Последую их примеру и предложу свой вариант: режиссер сам убоялся радикальности собственного творения и попытался его смягчить. Но, как бы то ни было, после апокалиптической сцены уличных беспорядков и гениальной метафоры в виде улыбки, нарисованной кровью, финал «Джокера» заставляет вспомнить Салтыкова-Щедрина: «От него большого кровопролития ждали, а он чижика съел». Настоящий «голливудский ренессанс» все-таки остался в прошлом.

Обычная жизнь в Санкт-Петербурге резко меняется с появлением человека в маске Чумного Доктора
В главных ролях:Тихон Жизневский, Любовь Аксенова, Алексей Маклаков и др.
Режиссер:Олег Трофим
Уже в кино
Купить билет

Смотрите также

История Джокера за 9 минут
Эволюция кинообраза

ВидеоИстория Джокера за 9 минут

8 октября 20198
Чем герой «Джокера» отличается от прочих комиков в кино
Мнение

Чем герой «Джокера» отличается от прочих комиков в кино

6 октября 201935
Тодд Филлипс и Хоакин Феникс — о «Джокере» и наследии Нолана
Интервью

ВидеоТодд Филлипс и Хоакин Феникс — о «Джокере» и наследии Нолана

3 октября 201959
Режиссер «Джокера» и студия Warner ответили на критику о насилии в фильме

Режиссер «Джокера» и студия Warner ответили на критику о насилии в фильме

26 сентября 201921

Главное сегодня

Крупным планом

Подкаст«Девушка, подающая надежды»: Феминистский триллер про насилие, маскирующийся под ромком

Вчера10
«Девушка, подающая надежды»: Феминистский триллер про насилие, маскирующийся под ромком
BAFTA-2021: 15 самых стильных нарядов церемонии

BAFTA-2021: 15 самых стильных нарядов церемонии

Вчера7
Netflix впервые закажет производство российских сериалов. Их могут снять создатели «Эпидемии», «Чик» и «Холопа»

Netflix впервые закажет производство российских сериалов. Их могут снять создатели «Эпидемии», «Чик» и «Холопа»

Вчера6
Стали известны лауреаты премии BAFTA-2021. Больше всего статуэток получила «Земля кочевников»

Стали известны лауреаты премии BAFTA-2021. Больше всего статуэток получила «Земля кочевников»

11 апреля14
Гильдия режиссеров США вручила премию Хлое Чжао за «Землю кочевников»

Гильдия режиссеров США вручила премию Хлое Чжао за «Землю кочевников»

11 апреля4
Кинокритики и киноведы подвели итоги 2020 года. Лучший фильм — «Дорогие товарищи!» Андрея Кончаловского

Кинокритики и киноведы подвели итоги 2020 года. Лучший фильм — «Дорогие товарищи!» Андрея Кончаловского

10 апреля14
Как «Амели» притворяется милой сказкой
Культовое кино

ВидеоКак «Амели» притворяется милой сказкой

10 апреля16
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт