Шарлиз Терон: «У меня было много синяков от костюмов»

Обсудить0

Равенна из „Белоснежки и охотника“ мне чем-то напоминает мою героиню в „Бедной богатой девочке“: она сама источник своей боли. Костюмы ее должны были быть настолько неудобными, чтобы я постоянно могла ощущать эту черту характера королевы...

Шарлиз Терон родилась в Южной Африке в августе 1975 года. Ее карьера в кино началась в 1995 году с третьесортного фильма «Дети кукурузы 3» и к настоящему времени насчитывает более 30 картин, среди которых есть и настоящие удачи, и проходные ленты, незапомнившиеся. Однако можно с уверенностью сказать, что если вы однажды увидели Шарлиз Терон, то уже никогда не спутаете ее ни с кем другим. Ее красота может быть броской, яркой, вызывающей и совершенно незаметной, мягкой, скромной. Такими были Роми Шнайдер и Мэрилин Монро.

Ни для кого не будет неожиданностью новая роль актрисы — образ злой королевы-мачехи Равенны еще в одном варианте старой сказки о Белоснежке. Шарлиз уже удивляла зрителя контрастными работами — одна только Эйлин Уорнос из «Монстра» чего стоит! Но, в отличие от последней героини, Равенна — настоящая красавица, как, впрочем, и положено по сказке, где королева спрашивала свое зеркальце: «Кто на свете всех милее?» Шарлиз знакомит зрителя со своим новым персонажем уже на этой неделе, и нам предстоит узнать еще одну грань таланта актрисы — умение показать красоту разрушительную, страдающую и бесплодную.

КиноПоиск встретился со звездой задолго до выхода в прокат «Белоснежки и охотника», поэтому собственно о фильме вопросов задавалось мало, поскольку по небольшим отрывкам, показанным журналистам, было трудно представить, о чем, кроме самого очевидного, стоит говорить.

Немного странное после этой встречи сложилось впечатление о Шарлиз. Она выглядит очень просто: белая майка, легкий розовый шарф небрежно обмотан вокруг шеи, черные легинсы плотно обтягивают длиннющие ноги… Расположена она была довольно доброжелательно, но не упускала случая подколоть журналистскую братию.

Как так получилось, что вы с Джулией Робертс оказались соперницами? Тебя это как-то беспокоило?

Какой бред! С чего бы мне беспокоиться? Это вам надо придумать что-нибудь этакое, чтобы продать материал, вот и вы и сочиняете подобную глупость. (Смеется.)

Это точно, мы такие. (Все смеются.) Но все же какие-то мысли у тебя есть по этому поводу?

(Вздыхая) Я не думаю, что студия Universal стала бы вкладывать деньги и усилия в фильм, который не занял бы свою нишу в прокате. Да и Relativity Media тоже не делала бы свой фильм, не будь у компании уверенности в том, что он найдет своего зрителя. Ребята, сами подумайте, там же не дураки сидят. Они знают, как считать свои деньги. Вы и по трейлеру уже не могли не понять, насколько это разные фильмы.

Когда ты впервые услышала о сказках братьев Гримм?

Наверное, когда мне было лет десять-двенадцать. Я росла на сказках бушменов, а не на европейских историях о принцессах. Мне больше нравились сказки африканских народов, их я и узнавала в основном от друзей или учителей. Я точно не помню, когда впервые прочитала «Белоснежку». Наверное, когда была уже значительно старше, сейчас и не вспомню. И сказка на меня не произвела особенного впечатления.

Ты в детстве и юности была гадким утенком или все-таки красивой девочкой?

Я точно не помню, когда впервые прочитала „Белоснежку“

Вот такие вопросы всегда оставляют тебя в дураках. (Смеется.) Ты никогда не угадаешь, в каком свете тебя выставит пишущий. Если сказать правду о том, что я была уродом, то это будет выглядеть так: «О, красивая девочка жалуется на то, какой она была дурнушкой в школе». Судите сами: у меня не было верхних зубов до 11 лет, одни клыки по бокам и ничего впереди. Я перенесла желтуху, и в меня влили столько антибиотиков, что мои молочные зубы сгнили, не успев выпасть, как у других детей. Так что это был непростой период для меня. Представьте себя в школе с другими детьми, когда ты не можешь не смеяться, если тебе смешно, и как на это реагируют те, кто видит твою улыбку. Конечно, это было неприятно. Но сейчас, вспоминая это время, я могу сказать, что меня это закалило, а не сломало.

Но ты начала модельную карьеру уже в 14 лет?

Нет-нет, мне было шестнадцать. И это была мамина ошибка: она почему-то посчитала, что это могло быть отличной шуткой — отправить меня в модели! Меня это никогда не интересовало, но оказалось, что в этом были огромные возможности. Я помню, что всегда, глядя на карту миру, поражалась тому, что мы живем где-то в самом низу, далеко от всех. Мне ужасно хотелось путешествовать. Я любила читать энциклопедии и справочники путешественников, поэтому, когда агент сказал, что мне предстоит работать в Милане, я была в восторге. Мы не были богаты, и я даже мечтать не смела о поездках куда бы то ни было. Я никогда не бывала в самолете до тех пор, и, когда мне сказали, мол, вот тебе билет на джет в Милан, я расценила это как невероятный подарок судьбы, как приключение.

Ты осознавала тогда, что с этим связана какая-то ответственность?

Нет, совершенно не сознавала. Я была совсем девчонкой, которой выпал шанс невероятного приключения в другую страну.

Любопытно, как складывается твоя карьера в кино: ты снимаешься в фильмах, где героини далеки от привычных канонов красоты, и в то же время ты находишь возможность быть невероятно красивой в рекламных роликах и студийных фильмах. Ты выбираешь контраст для более интересной и яркой карьеры?

Я выбираю правду. Все мои решения по выбору проектов, в которых я принимаю участие, в большей степени связаны с тем, насколько правдива и естественна моя героиня. Девушки не просыпаются утром с идеальным макияжем и блеском на губах. И я хочу показывать своих героинь такими, какие они есть, в каждый момент присутствия на экране. Я не выбираю сознательно роли, чтобы сделать какое-то утверждение в духе «уродство против красоты». Я выбираю героинь, с которыми я чувствую схожесть, родство. Я хочу, чтобы зрители мне верили. Хотя в итоге, если подумать, все это упирается все-таки в историю, которую рассказывает фильм. Я не думаю о картинах, в которых работаю, с точки зрения того, студийный это проект или независимый. Я выбираю интересную мне историю. И студии сейчас тоже, по-моему, больше ориентируются на историю, которая привлечет внимание зрителей. Времена меняются. Независимые фильмы уже не так независимы, как прежде, а студии уже не так твердолобы.

Расскажи немного о костюмах Равенны. Если судить по увиденному отрывку, они совершенно роскошны.

Работа в кино всегда предполагает сотрудничество абсолютно во всем, несмотря на то, что каждый точно знает свое место и свою работу. Такое сотрудничество, наверное, в большей степени относится к работе актеров и художников. По-моему, хороший режиссер прекрасно понимает, что ты не можешь ожидать блестящего результата от актера, ставя его в неудобную ситуацию, заставляя его надевать что-то из костюмов, в которых ему трудно и неприятно. Режиссер всегда поощряет взаимодействие актеров и художников на площадке, костюмеров, гримеров, дизайнеров декораций, ведь именно актеры оживляют все это своим присутствием, поэтому их мнение важно для художников в большей степени.

При создании платья для Равенны нужно знать, что она думает, как она движется
Отсюда и возникает такой творческий союз, когда работают истинно страстные и талантливые люди. Коллин Этвуд — художник по костюмам совершенно исключительного таланта. Она отлично понимает, что костюм должен работать на роль. Создавая платье для королевы Равенны, она должна знать, что героиня думает, как она движется, какие у нее жесты. Можно придумать изумительное по красоте платье, но оно не будет функциональным для этой роли, так как не является частью характера персонажа. Поэтому сотворчество имеет для картины ключевое значение. Мне повезло, что, когда я работала над «Прометеем» на студии Pinewood в Лондоне, Коллин начала разработку костюмов для Равенны, и мы имели возможность провести какое-то время вместе, обсуждая детали и особенности характера королевы. Нам это очень помогло в дальнейшем. Я сразу объяснила Коллин, какой я вижу Равенну.

И какой ты ее видишь?

Она мне чем-то напоминает мою героиню в «Бедной богатой девочке»: она сама источник своей боли. Костюмы ее должны были быть настолько неудобными, чтобы я постоянно могла ощущать эту черту королевы. Они были как бы напоминанием о том, что причинение боли и неудобства — это единственная возможность для нее вообще что-то чувствовать. Коллин придумала эти потрясающие детали, которые меняли мой облик уже тем, что я вынуждена была двигаться особым образом, чтобы тащить за собой эти тяжеленные ткани, из которых сделаны костюмы, все эти тяжелые детали нарядов. У меня было множество синяков и порезов от них. Мы с Кристен Стюарт даже шутили, что от сцен драк у нас не было столько ссадин, сколько от костюмов.

А что ты предпочитаешь в жизни? Если бы я открыла твой платяной шкаф, что я бы там увидела?

Ничего особенного бы не увидела. Я не придаю большого значения одежде и меньше всего каким-то брендам. Ты видишь, как я одета сейчас: простые легинсы, майка, шарф. Это довольно стандартный набор для меня. Я люблю удобство и не люблю показуху, я не вижу разницу между белой майкой от какого-то дизайнера или майкой из любого обычного магазина. Я, как правило, ношу простые и удобные джинсы, просторные и светлые блузы и свитера. Я не люблю большого количества бижутерии или вообще каких-либо ювелирных украшений. Меня это стесняет, мне это мешает. Я люблю неброские цвета.

А собираясь в дорогу, например, что самое важное ты возьмешь с собой?

Слушай, неужели это кому-то действительно интересно?! Ну хорошо-хорошо, я понимаю. Я беру в первую очередь мой паспорт, мой iPad, iPod, очки для чтения, гигиеническую помаду какую-нибудь, бальзам для губ…

Как в целом ты ориентируешься в жизни? Есть ли у тебя какой-то девиз, какой-то моральный код, на который ты ориентируешься в случае необходимости? Жизнь в Голливуде может быть неоднозначной…

Не знаю, с какой стороны подступиться к этому вопросу. (Усмехается уголками губ.) Наверное, все мы живем по основным принципам, которые я не могу выдать за что-то оригинальное: живи так, словно это твой последний день; относись к людям так, как ты хотел бы, чтобы относились к тебе. В одном я уверена с абсолютной ясностью: я не воспринимаю жизнь как генеральную репетицию. Я думаю, что другой возможности у меня не будет. Я не уверена, что есть что-то после жизни здесь, я могу только надеяться, что т а м может быть что-то приятное. Моя мама всегда говорит: «Живи так, чтобы в 80 лет на смертном одре ты не сказала бы себе, что могла бы прожить жизнь иначе, чтобы не поменяла бы ни единой минуты в ней». Вот это, наверное, и есть мой девиз, мое основное правило.

Я люблю удобство и не люблю показуху

Я много слышала от разных людей о том, что с тобой легко работать и просто приятно находиться рядом. Может быть, это как-то связано с тем, что ты выросла в Южной Африке?

(Смеется.) Наверняка именно поэтому! Мы, южноафриканцы, просто потрясающе классные ребята! (Качая головой и сквозь улыбку) Слышать это очень приятно. Я думаю, это может быть связано с тем, что я очень люблю то, чем занята. Многие из нас вырастают и ходят работать в разные офисы. Я выросла и продолжаю играть. Нет, я не принимаю это как должное. Я благодарна судьбе и маме каждый день за то, что у меня есть возможность заниматься любимым делом, которое я ни на что и ни за что не променяю. И я люблю окружать себя людьми, с такой же страстью относящимися к этой работе. Единомышленникам всегда просто и легко рядом.

Люблю работать и общаться с людьми, разделяющими мою философию и мое отношение к жизни. Я терпеть не могу претенциозность — сама этим не страдаю и в других не терплю. Я люблю людей, которые живут, понимая ценность жизни и свое место в ней, тех, кто знает точно, чем занят, и не делает вид, что находится в поисках излечения рака. Я уважаю актеров, которые появляются на работе вовремя, подготовленными и не являются головной болью всей съемочной группы. Я люблю профессионалов. Но, к сожалению, не всегда складывается так, что ты можешь быть с такими людьми, а бывает, что приходится вытаскивать себя в уголок на пару слов, находить в себе гибкость, умение уступить, и я была в таких ситуациях и среди не самых приятных людей. Я понимаю, что не все люди относятся к работе, как я, и многим приходится уступать, если хочешь закончить работу в нормальной обстановке.

Ненавижу, когда актер начинает выпендриваться и издеваться над людьми только потому, что считает себя так называемым актером метода или еще какой-нибудь ерунды. Обычно такие артисты далеки от профессионализма. Именно профессионалы приходят на площадку с выученным уроком, выполненной домашней работой. Они выполняют то, что от них требуется, честно отрабатывают и после этого могут разделить бутылочку пива с рабочими на площадке, которые, в свою очередь, не меньшие профессионалы в своем деле. Я с уважением отношусь именно к таким людям. И, знаете, мне действительно повезло именно в этой картине работать с такими людьми. Группа подобралась профессиональная, с одинаковым отношением к работе, с уверенностью в том, что все делают очень хорошую картину. Я люблю работать в таких условиях.

Смотрите также

Красный шарик, пауки и ужасный дом: Трейлер анимационной «Семейки Аддамс»

9 апреля

Шарлиз Терон станет бессмертной в экранизации комикса «Старая гвардия»

22 февраля

Несмешная девчонка: Почему Кристен Стюарт — это очень серьезно

7 февраля

Как состарить Олдмана: История возрастного киногрима

2 марта 2018

Главное сегодня

Три женщины и «Терминатор»: Репортаж со съемок фильма «Темные судьбы»

Сегодня

Что смотреть в кино: «Король Лев», «Соблазн», «Мышеловка»

Сегодня

Третий сезон «Мира Дикого Запада» будет более прямолинейным

час назад

10 лучших мультфильмов Disney: Выбор редакции и читателей

Вчера

С Кевина Спейси сняли обвинения в сексуальных домогательствах

час назад

Алек Утгофф: «От „Чернобыля“ я отказался ради „Очень странных дел“»

16 июля

Еще не конец: 10 сериалов, которые нужно было закончить раньше

16 июля
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт